шлюхи Екатеринбурга

Попутчица часть 9

От автора

Публикую исключительно по просьбе тех немногочисленных читателей, кто захотел узнать, чем закончилась эта история. В жизни всегда так: история, рано или поздно, имеет какой-то конец, или история продолжается, то угасая, то разгораясь снова из почти угасшего пепла. И бывает так: всё Happy end, а может вылетит из головы будто сквозняком выдует, или будет эта история терзать душу до тех пор, пока не захлопнется крышка гроба над бренным телом.

Считаю, что этой части рассказа не место на этом сайте — не по тематике. Эту часть впору разместить на портале ПРОЗА. РУ — там опубликованы все мои скромные сочинения. Кому интересно, скину в личку ссылку.

Начну с Эпилога из Части 8.

АНТОНИНА

Спустя почти три года, в середине июля я возвращался той же дорогой из командировки, только днём и при солнечной погоде. Что-то екнуло в сердце. Будто кто-то повернул руль машины на дорогу, ведущую в тот посёлок, где жила Тоня. Я остановился напротив её дома. Вышел из машины. Навалился на пассажирскую дверь. За пышным кустом цветущих георгинов послышался звонкий детский девичий смех. Прикурил, стал смотреть на крыльцо, которое находилось метрах в десяти от калитки.

— Мама, мамоська! "Масына плиехала", — донёсся до меня радостный голосок. А перед калиткой появилось ангельское белокурое создание: девчушка лет трёх отроду.

Дверь в дом открылась. На пороге появилась Антонина. Она узнала меня….

Медленно она преодолела три ступеньки крыльца и направилась к калитке.

— Мама, там дядя, — пролепетала маленькая милашка.

Ещё два шага, и нас разделяет только калитка. Она взялась за досочки калитки, а я захватил её пальчики сверху.

— Это ты! Как же я рада тебя видеть!

— Тоня, раз рада, почему же слёзки-то на глазках?

— Потому что и ты уже почти плачешь.

Я не сдержался: стоило моргнуть, и слезинки побежали по щекам.

— Оленька, давай дядю впустим.

Мы бросились в объятья. Поцелуй затянулся.

— Здластвуй, — этот детский голосок вернул нас в действительность.

Мы держались за руки, а я не мог оторвать взгляда от красавицы. Передо мной стояла статная и уверенная в себе женщина. От той поникшей женщины, какой она запомнилась мне, не осталось и следа. Только на глазках слёзки. Как и у меня.

— Здравствуй прекрасная маленькая фея. Тебя как зовут?

Малышка не спешила раскрыть своё имя.

— Мама, засем ты пласешь? И дядя тоже.

— От радости, доченька. Скажи всё же, как тебя зовут.

Тоня в упор впилась мне в глаза. Казалось, она читала мои мысли. И чуть позже я убежусь в этом.

— Я Оля! — радостно сообщила это божественное создание.

— Проходи в дом, — предложила Антонина, пропуская меня вперёд, — Оля, давайка тоже домой. Тебе кушать пора.

— Сейчас, одну минуточку, — опомнился я.

Я пошёл к машине, забрал пакет и вернулся во двор. Малышка с любопытством наблюдала за мной, держась за сарафан Антонины. Я присел рядом с ней.

— Тебя, значит, Оленькой зовут.

— Да!

Я обратился Тоне:

— Тоня, можно ей конфеты?

И получив одобрение, подал ребёнку коробку конфет.

— А это тебе, Антонина, — подал другую коробку.

Конфеты я вёз домой. Так я обычно возвращался из командировок.

Получив подарок, Оля сразу приняла меня за своего. Потрогала меня за руку, и с улыбкой смотрела мне в глаза. Она будто вспомнила и сказала мне слово, отдалённо напоминающее "Спасибо". Отдала коробку Антонине.

Мы зашли в дом.

Я не буду описывать всё подряд, да и стёрлись уже в памяти все мелкие детали той встречи. Да и не нужны они читателю вовсе. Остановлюсь только на том, что не забыть уже никогда.

И ещё: разочарую читателя — об интимных сценах не будет ни слова.

Тоня накормила Олю и уложила спать. Накрыла на стол для меня. Села напротив.

— Поправь меня, если что-то не так, — с улыбочкой начала диалог Тоня.

Я глянул Тоне в лицо. Озабоченность и лёгкое волнение проглядывалось в его глазах, хоть и улыбалась.

— Тебя удивило, что эта малышка называет меня мамой, а я её — дочкой. Я прочла это в твоих глазах сразу. Ты сперва подумал, что это твоя дочь. Мы же совершенно не предохранялись тогда. Но ты умный мальчик, ты быстро просчитал, что Оля в таком случае должна быть младше. Ты знаешь по своему отцовскому опыту, что если бы Оля была нашей дочерью, то вряд ли бы она так уже могла общаться. Нашему ребёнку было бы только два с небольшим, и не имел он бы такого словарного запаса. Ты просчитал и с тебя спало напряжение. Я это тоже заметила. Когда ты дарил Оле конфеты,   всё уже ты успел просчитать. У тебя пятёрки по математике, сам рассказывал. И скажи, что я не права.

— Права, даже добавить нечего и возразить не могу ничем. И догадываюсь, что ты хочешь знать мою реакцию на то, что если бы всё же Оленька была нашей дочкой. И чувствую, что ты желала бы увидеть испуг и растерянность в моих глазах, и что я уже проклинаю, что заехал к тебе, и в одночасье нажил себе проблем. Зачем же ты так со мной?

— Прости меня.

Молча сидели. Аппетит пропал. Всплыл в памяти тот день, когда я вернулся домой после знакомства с Тоней. Тогда я, как Штирлиц, был в шаге от провала. Жена бы тогда поняла, что у меня был контакт с женщиной. Мы тогда уже закончили наши утехи со всеми, с кем были устоявшиеся, пусть и нечастые, свингерские встречи (тогда мы такого слова не знали). Но табу на случайный контакт не наложили. Только решили в таких случаях быть честным. А потому без подробностей рассказал жене. Сказал, что не предохранялись. На что жена сказала, что тут ОНА должна была побеспокоится. Почему-то у жены не возникло опасений по гигиеническим соображениям.

— Тоня, жена знает про нашу встречу. Без интимных подробностей и знает, что не предохранялись. Так и сказала: "Ну так чё, родственницей станет, а мы поможем чем сможем. С удовольствием понянчусь. Наша-то оперится скоро и вылетит из гнезда."

— Ты специально адрес тогда оставил, для этого? — ехидненько заявила Тоня.

— Не знаю зачем. Я влюбился в тебя. Только этим могу объяснить.

— Ждал, что откликнусь? Я же тоже влюбилась в тебя. А Олин муж разом вылетел из моего сознания. Его возненавидела, а себя ещё больше.

— Я успел увидеть, как приехала к тебе беременная Оля с мужем. Видел, как вы с дочкой бросились в объятия. И я понял, что мой дурацкий совет тебе не понадобится. Даже пожалел, что решился его дать тебе.

— Я видела, что ты остановился невдалеке. С Олей мы помирились и простили друг другу всё. А за рулём был не муж. Она выгнала его в то же день. Это коллега её привёз ко мне. Муж ещё какое-то время проживал там в доме, пока не уехал. Но я тогда категорически отказалась бывать у них. Но продлилось это недолго.

И тут Тоня залилась слезами. Плакала навзрыд. Взяла валидол под язык.

— Тоня, что с тобой? — перепугался я не на шутку, — может врача вызвать?

Тоня отказалась. Успокоилась вскоре.

— Ты заметил, что Оля меня мамой называет. Бывает у маленьких такое, что бабушку мамой кличут. Но я и есть ей мама, а она мне дочка, — последовала пауза.

Что-то сердце у меня сжало, хоть тоже валидол под язык.

— Оля умерла при родах. Я назвала девочку в честь своей дочки и удочерила малютку, — только и вымолвила Тоня и опять залилась слезами.

Молчали.

— А год назад встретила мужчину. Мы поженились. Он всё знает. Да же про тебя. Конечно, тоже без подробностей. А характер покладистый, и добрый, как ты. Он в командировке сейчас тоже.Ты знаешь — пожалуй, я счастлива сейчас! И благодарю Бога, что мы встретились тогда на дороге. Так и не пойму, что за ключик в моём сознании ты повернул.

Попросила Тоня про себя рассказать. Вытянула из меня историю мой первой любви. Про то как с будущей женой познакомился.

Повесть "Первая любовь" мной была написана в 2016 -2017 годах. Размещена на портале ПРОЗА. РУ. Могу в личку ссылку на мой аккаунт.

Я уезжал, когда уже навалились густые вечерние сумерки. Сердце не щемило, наоборот: я был рад, что эта красивая женщина обрела счастье! С меня будто водой смыло то отвратительное состояние души, которое преследовало меня все эти годы, что воспользовался когда-то женщиной в бедственном положении.

P.S.

Дома рассказал жене. На следующий день с женой отправили перевод на сто тысяч на имя Тони. Сделали приписку, что это для малышки Оли. Вскоре деньги вернулись, но мы опять их отправили и убедили принять. В ответ пришло письмо с благодарностью! Больше с Тоней не общались.

Р.P.S.

В 2015 году, проезжая по той же дороге, завернули к Тоне. Соседи сказали, что это жильё она году в двенадцатом продала и уехала в дом, где жила раньше. Сказали, что всё у ней было тогда прекрасно. А школа поселковая лишилась в лице Тони самого лучшего директора за всё время существования школы.

Мы уехали, адресом интересоваться не стали. Не судьба!

А саму историю я отнесу к разряду HAPPY END!

Согласен ли с этим читатель?