Всё ради семьи, даже измены. (часть 1)

Всё ради семьи, даже измены. (часть 1)

Это случилось в середине семидесятых годов прошлого века в небольшом городе на юге Алтайского края. Я работала преподавателем русского языка и литературы в школе, а мой муж инженером – экономистом в Рубцовскводстрое. Был такой мелиоративный трест, занимавшийся орошением засушливых степей. У нас был малолетний сын, и мы ютились в небольшой однокомнатной квартирке с удобствами на улице. Зарплаты и у меня и у мужа не большие, связей нет, богатых родственников тоже, так что перспектив никаких.

И вот в то время случилось событие, которое многое изменило в нашей жизни. Однако всё по порядку.

Мы как-то летом отдыхали всей нашей небольшой семьёй на озере. Ну, как отдыхали, просто вырвались в выходной день на озеро в ленточном бору в сорока километрах от нашего города, где купались и загорали. Ближе к вечеру стали собираться домой. Сын с мужем переоделись первыми и ушли к автобусу, а я зашла за разросшийся кустарник, сняла мокрый купальник и вытиралась полотенцем, чтобы одеть сухую одежду. Дело в том, что в то время там была, можно сказать, девственная природа, никаких кабинок для переодевания, ни других удобств.

И вот я вытираюсь, и чувствую на себе чей-то взгляд. Медленно поворачиваюсь и вижу на другом конце кустов голого мужика средних лет, с солидным брюшком, пристально смотрящего на меня. Судя по тому, что у него в руках были мокрые плавки, он так же зашёл за кусты для переодевания, но увидев меня прекратил этот процесс. И если судить по стоящему торчком короткому, но толстому члену, задорно выглядывающему из-под его приличного живота, созерцал он мою обнажённую натуру уже приличное время.

Нужно сказать, что в то время было на что посмотреть. Мне было 34 года и при росте 158 см я весила 53кг, то есть не имела лишнего веса, но в то же время не была худышкой с выпирающими рёбрами. И подтянутая попа и округлые бёдра, и стройные ноги, всё было при мне. Грудь, правда, была только второго размера, но при моём росте она смотрелась достаточно гармонично, да и форма ещё сохранена. Лицо так же не подкачало. Поэтому пристальные, заинтересованные взгляды мужчин мне были знакомы и не вызывали у меня особого смущения.

Так что зажиматься и истерически визжать я не стала, а спокойно посмотрела на него и с улыбкой сказала:

— «Посмотрели? Судя по реакции вашего мужского естества вам понравилось. Что же, я рада, что подняла вам настроение и всё остальное. Однако всё хорошее в этой жизни рано или поздно заканчивается. И этот бесплатный стриптиз тоже».

Я повернулась к нему задом и стала одеваться.

— «Зачем же так категорично» — подал голос мужчина – «Пусть стриптиз закончился, так ведь можно начать что-то более существенное. Не пропадать же такой красоте».

— «А вот этого не надо» — довольно резко ответила я и, не оборачиваясь, пошла к остановке автобуса.

— «Красавица, есть такое выражение – никогда не говори никогда» — вслед мне громко сказал мужчина, но я ему ничего отвечать не стала.

Когда я подошла к автобусу, то увидела там мужа разговаривающего с какой-то толстой женщиной в возрасте и стоящего рядом сына. Муж, показывая на меня рукой, обратился к женщине:

— «А это моя жена, Полина» — и уже повернувшись ко мне представил женщину – «Это Валентина Николаевна, жена нашего нового управляющего трестом. Они тоже здесь сегодня отдыхают».

Не успела я ещё ничего сказать, как мой муж, глядя куда-то за мою спину, приветливо вскинул руку и с улыбкой сказал:

— «Вот и сам Александр Яковлевич Кунц, наш новый руководитель Прошу любить и жаловать».

Я обернулась и оторопела. Это оказался тот самый мужчина из кустов, который ещё несколько минут назад сладострастно рассматривал мою обнажённую натуру. Скажу честно, я даже немного растерялась. Ну не говорить же, что мы уже немного знакомы, да ещё при таких пикантных обстоятельствах. А вот Александр Яковлевич, нисколько не смущаясь, с широкой улыбкой протянул мне руку со словами:

— «Ну, насчёт жаловать не знаю, а вот любовь такой красивой женщины можно почитать за честь, но похоже эта честь уже выпала её мужу, так что увы. Но знакомству рад». Вот так произошло наше знакомство.

После этого он пригласил нас доехать до города на его личной волге, что бы не трястись в переполненном автобусе, на что мы естественно согласились. Всю дорогу Александр Яковлевич много шутил, рассказывал разные забавные истории, периодически бросая косые взгляды на меня. Поскольку я сидела рядом с Валентиной Николаевной, то поняла одну из причин такого поведения Александра Яковлевича. Его жена была явно старше него ( во всяком случае это было видно не вооружённым взглядом), очень толстая, с тройным подбородком, с одышкой. Вероятно она чем-то болела, а болезнь не делает женщину красивее. А как гласит циничное выражение – «Жена мужу нужна здоровая», поэтому Александр Яковлевич и заглядывался на молодых, симпатичных бабёнок.

И вот в ходе балагурства Александр Яковлевич, как бы между прочим, высказал мысль о том, что когда он будет представлен коллективу, как новый руководитель официально, то не плохо было бы провести это мероприятие в трестовском клубе, в более простой, можно даже сказать «семейной» обстановке, куда сотрудники могут прийти со своими жёнами и мужьями. Мой муж с энтузиазмом поддержал эту идею, а я насторожилась, особенно после того, как Александр Яковлевич повернулся ко мне и с хитрой улыбкой подмигнул.

Примерно через неделю муж сообщил мне, что на завтра назначено торжественное мероприятие по случаю официального вступления Кунц Александра Яковлевича в должность управляющим трестом, и он приглашает всех основных сотрудников со своими вторыми половинами на это мероприятие. Я попробовала было заикнуться о том, что мне не хочется туда идти, но муж категорически присёк это, так как мы получили персональное приглашение. Я вздохнула и решила – будь, что будет и стала собираться.

Народа было много, торжественная часть была высокопарной и нудной, зато потом всё пошло веселей. Были приглашены артисты, давшие небольшой концерт, появилось спиртное с закусками, начались танцы. Все сразу оживились, началась непринуждённая суета. На один из медленных танцев меня пригласил Александр Яковлевич.

Улыбаясь, он смотрел мне в глаза, его руки крепко держали меня за талию и я чувствовала сквозь тонкую ткань кофточки, как он ощупывает меня. При этом Александр Яковлевич сыпал комплиментами в отношении меня, восхищаясь моей фигурой, моим вкусом в плане подбора одежды, моей причёской. В общем он охмурял меня по всем правилам этого искусства.

В какой-то момент его руки соскользнули с моей талии сначала на бёдра, потом ниже, и вот он уже поглаживает мои ягодицы, одновременно крепко прижимая меня к себе. Александр Яковлевич немного наклонился ко мне, так, что наши лица практически соприкасались и его дыхание приятно шевелило локоны моих волос у уха.

— «Полина, а давайте на время исчезнем из этой толчеи» — не громким голосом в самое ухо проговорил он – «Здесь есть небольшой кабинетик, где мы можем пообщаться».

Я не скажу, что эти слова шокировали меня, что-то подобное я ожидала, однако так сразу соглашаться не собиралась. Так же на ухо ему я ответила:

— «Мне кажется, что вы спешите, да и как воспримут окружающие наше исчезновение».

— «Вот уж это вас не должно волновать. Посмотрите вокруг. Все заняты выпивкой, закусками и танцами. А ваш муж прямо-таки олицетворяет известную шутку, что наши люди на работе говорят о женщинах, а на отдыхе с женщинами о работе» — при этом показал рукой на стоящую небольшую группку людей, где мой муж что-то с серьёзным лицом и энергичными размахиванием руками им доказывал.

— «А насчёт спешу я или нет вы решите в ходе нашего разговора. Уверяю вас, этот разговор стоит вашего внимания» — многозначительно произнёс он.

Не скрою, его слова заинтриговали меня, и после недолгого раздумья я дала согласие. Александр Яковлевич повёл меня по какому-то коридору в дальний конец здания, где на двери небольшого кабинета была надпись «Директор».

Меня он усадил в кресло, а сам присел на краешек стола. Немного помолчав, сказал:

— «Есть известное мнение, что новый руководитель приводит с собой свою команду. И это правильно. Я тоже не исключение. Однако это не означает, что я собираюсь менять абсолютно всё и всех. Да, первых заместителей я приведу своих, а вот других буду набирать из местных, которых посчитаю достойными» — при этом Александр Яковлевич многозначительно посмотрел на меня.

— «Например, своим заместителем по экономике я ещё не решил кого назначить. В принципе ваш муж может подойти на эту должность, но я всё ещё колеблюсь».

После этого он замолчал вопросительно поглядывая на меня. Пауза затянулась, я понимала, что должна отреагировать на его слова, хотя по правде мне этого не хотелось.

— «И что же вам мешает перестать колебаться и принять решение?» — набравшись духа спросила я, примерно догадываясь каким будет ответ.

— «Вы» — просто ответил Александр Яковлевич – «Да, именно вы. Ещё там, на озере вы правильно заметили, что очень понравились мне. Прежде всего как женщина. Так что если вы удовлетворите моё желание обладать вами, то это поможет мне принять правильное решение. Так что дело за вами» — и он снова замолчал, выжидательно глядя на меня.

Сказать, что его слова ошарашили меня, я не могу, всё-таки я уже не девочка-мокрощелочка. Однако та прямота, с которой они были сказаны, меня удивила и даже немного покоробила. Нам женщинам всегда хочется какой-то красивой романтики, даже в таких приземлённых ситуациях.

Но нужно что-то решать. Во мне боролась порядочная женщина и верная жена с расчётливым человеком и заботливой матерью, думающей о том, что у сына должна быть своя комната и материальная возможность, чтобы впоследствии выучить его и поставить на ноги. В конце – концов второе победило. А порядочные женщины и верные жёны, есть ли они в реальности?

— « Хорошо, я согласна, только всё должно остаться между нами».

— « В этом можешь не сомневаться» — сразу же перешёл на ты Александр Яковлевич – «Я в этом заинтересован не меньше, а может быть даже больше тебя».

Он слез со стола, подошёл ко мне и, взяв за плечи, поставил перед собой. Одной рукой взял за затылок, привлёк к себе и нежно поцеловал в ухо, потом в щёку, потом в губы. Сначала его поцелуи были лёгкими, он слегка касался и тут же отстранялся, но затем всё более продолжительными и страстными. Вскоре Александр Яковлевич стал целовать меня взасос, а его язык проникал мне в рот и ласкал изнутри.

Некоторое время я просто пассивно стояла, но потом стала отвечать на его поцелуи. Ну, в самом деле, смешно строить из себя девственницу, коли сама попала в такую ситуацию. Да и я начала постепенно возбуждаться, тем более, что Александр Яковлевич второй рукой поглаживал мою грудь под тонкой кофточкой, а найдя выпирающий сосок, начал его потихоньку сдавливать. Через некоторое время он расстегнул кофточку, потом застёжку на лифчике (она была спереди), и шарики моих грудей выпрыгнули на свободу.

Это привело в восторг Александра Яковлевича. Он играл с ними, тискал, целовал со словами:

— «Давненько я не баловался с такими упругими сисечками. Да они у тебя стоят прям как у девочки. И сосочки торчат вверх, ишь какие твёрдые. Как ты это сохранила? А у моей висят, как две переспелые груши».

Говоря это, Александр Яковлевич буквально облизывал меня, целуя в шею, в плечи, в грудь, в ложбинку между грудей. При этом он распалялся всё больше и больше, что было заметно по его учащённому дыханию, по более резким и нетерпеливым движениям рук. Было видно, что дело приближается к апофеозу.

— «Всё, больше не могу терпеть» — с этими словами Александр Яковлевич властно повернул меня к себе спиной и наклонил на стол. Я почувствовала как он задирает мне юбку на спину, резко стягивает трусики почти до колен, сначала шлёпает меня по голой заднице, потом начинает тискать ягодицы, приговаривая – «Какая славная попка. Упругая, гладкая, круглая, просто чудо. Ну как такую женщину не хотеть».

Его палец стал двигаться по разделяющей полосе ягодиц сверху вниз углубляясь всё сильнее и в самом низу, раздвинув половые губы, проник во влагалище.

Хочу заметить, что частенько бывает так, что властные действия мужчины действуют на женщину даже более возбуждающе, чем мягкие, аккуратные ласки. Именно так произошло в этот момент со мной. От решительных и даже немного грубоватых действий Александра Яковлевича у меня пошли мурашки по телу, дыхание стало прерывистым, сердце учащённо забилось. А когда его палец проник во влагалище, там уже стало влажно, моё лоно было готово принять в себя его член. И долго ждать не пришлось.

Буквально менее чем через минуту я почувствовала, как толстый мужской детородный орган решительно раздвигает нежную, бархатистую плоть моей киски и проникает внутрь. Глубоко он не вошёл, поскольку был не очень длинным, к тому же мои ноги были не расставлены, а сжаты. Однако это не помешало достать головки члена до клитора и первая волна сладострастия прокатилась по моему телу. А поскольку Александр Яковлевич начал меня трахать, то головка его члена ритмично нажимала на клитор и горячие волны наслаждения накатывали на меня одна за другой, постепенно наслаиваясь друг на друга накрывая меня каким-то сладостным покрывалом.

Но не только мне было так хорошо. Крепко сжатые ноги сжимали и вход во влагалище, которое плотно обхватывало член Александра Яковлевича, что вкупе с его толщиной создавало очень хороший контакт. В ходе каждого толчка головка члена раздвигала бархатистые стенки влагалища словно поршень, отчего Александр Яковлевич испытывал сильнейший кайф.

— «Ух, как хорошо! Какая узенькая писулька, как у девочки!» — с придыханием говорил он, учащая свои движения – «Какая классная ты женщина! Тебя трахаешь, а в это же время ещё больше трахать охота!».

И он трахал, трахал с вдохновением. То убыстрял темп, его толчки становились такими сильными, что мне приходилось упираться в стол обоими руками, а в глазах темнело и дыхание перехватывало. То он замирал на какое-то время, тогда я ложилась на стол и могла отдышаться. Но такие перерывы были не долгими. Александр Яковлевич начинал меня долбить с новой силой, крепко держа обоими руками за бёдра.

Несмотря на то, что горячие волны сладострастия захлёстывали меня всё больше, я понимала, что нужно сдерживать себя, так как опасалась, что кто-нибудь может услышать, поэтому не просто сжимала рот, а даже закусывала себе губу. Однако глухие, прерывистые стоны всё равно вырывались из моей груди. Но, как говорят философы, наступил тот момент, когда количество перешло в качество.

Горячие волны одна за одной накатывались от промежности по всему телу, не давая мне опомниться, непроизвольно начали дрожать бёдра, потом все ноги, задёргалось тело и изо рта вырвался стон перерастающий в крик. Я уже не контролировала себя, я стонала во весь голос, я дрожала всем телом, я выкрикивала:

— «Ещё!…Ещё!…Ещё!». И в такт этим выкрикам сама, упираясь в стол руками, двигалась на встречу Александру Яковлевичу буквально насаживаясь на его член. Мне уже было всё равно, услышит кто-нибудь или нет, я буквально растворилась в этом наслаждении, я купалась в этой животной страсти. До меня доносились, как сквозь вату, слова Александра Яковлевича:

— «Вот это женщина! Огонь! Я просто ох….ю!».

Я даже не уловила тот момент, когда он кончил, хотя обычно чувствую, когда мужчины кончают в меня. Через какое-то время я начала приходить в себя, успокаиваться. Почувствовала, что по ляжке течёт что-то жидкое и липкое. Начала оглядываться и искать, чем привести себя в порядок. Александр Яковлевич уже заправил свою одежду в брюки и застегнул их, протянул мне какую-то бумагу, чтобы я смогла вытереться. Я была удивлена, как он быстро пришёл в себя и собрался. Вот что значит опыт.

— «Ты просто замечательная женщина. Я встречал таких немного. Секс был просто божественный, я по хорошему завидую твоему мужу, если ты ему даришь такое каждую ночь» — говорил он, пока я приводила себя в порядок.

— « И я сейчас принял решение. Твой муж может занять должность моего заместителя по экономике, во всяком случае я не буду возражать».

— «Что значит не будете возражать, и что значит может занять должность?» — удивлённо спросила я – «Я так понимаю, что вопрос уже решён. Или что?»

— «Видишь ли Поленька. Для себя я этот вопрос решил. Но тут такая штука. Второй секретарь горкома партии проталкивает на эту должность председателя нашего профкома. Как специалист он нулевой и в подмётки не годиться твоему мужу, но он в дружеских отношениях со вторым секретарём. На рыбалку вместе ездят, да и вообще семьями дружат. А против партийного руководства, сама понимаешь, я пойти не могу» — и он с некоторым смущением развёл руками.

— «Александр Яковлевич, вы подлец и лгун! Вы всё знали и пошли на ложь и подлость только для того, чтобы удовлетворить свою маленькую похоть» — во мне кипела праведная ярость – «А что если о том, что здесь произошло, узнает ваша жена?»

— «Стоп, стоп Полина! Давай не будем пороть горячку» — Александр Яковлевич выставил вперёд руку и поморщился – «Во первых, я тебе не лгал, а просто не всё сказал. Во вторых, да, признаю, я сподличал. А как ещё я мог добиться тебя? После того, как я тебя увидал на озере, ты мне по ночам постоянно снишься, я с женой сексом не могу заниматься, у меня на неё не встаёт. Вот и пришлось, каюсь. А насчёт жены, если она узнает, ну что, будет очередной скандал и всё. И раньше подобное бывало. Моя жена слишком привыкла к обеспеченной жизни и комфорту, что я ей даю».

— «Хорошо устроились, Александр Яковлевич. Получили своё и с вас взятки гладки. А мы с мужем как сидели в своей дыре, так и сидим, а я ещё и в дерьме, нет, пардон, в вашей сперме. И сделать, значит, уже ничего нельзя».

— «Полина, давай поубавим эмоций. Да, здесь уже сделать ничего нельзя. Но есть ещё генеральный директор Вахрушев Иван Гаврилович. У него и авторитета и власти будет достаточно, чтобы перевесить мнение второго секретаря горкома. Вот как тут со всем ознакомлюсь, так поеду в Барнаул к нему на приём, где и подниму этот вопрос. Но сразу честно предупреждаю, ничего гарантировать не могу. Он мужик резкий, какое решение примет предугадать трудно».

Тут Александр  Яковлевич поглядел на часы, удивлённо поднял брови и сказал:

— «Ого, мы здесь уже минут сорок, пора возвращаться, а то к нам обоим возникнут вопросы. И прошу тебя, Полина, притуши свои эмоции, постарайся вести себя как обычно, по крайней мере пока ещё не всё потеряно. А я однозначно на вашей стороне».

Я поправила свой макияж, подкрасила губы, изобразила безмятежную улыбку и вместе с Александром Яковлевичем вернулась в общий зал. Нас встретил вопросительный взгляд моего мужа, но Александр Яковлевич опередил меня с ответом, сказав, что показывал мне трестовский клуб и прилегающий сквер. В общем наше отсутствие удалось как-то объяснить. Потом опять было вино, были танцы и всё сгладилось.

Но с того времени в меня поселилось чувство неудовлетворённости, какого-то раздражения, что не получилось добиться своего, и неясности, что дальше делать.

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *