шлюхи Екатеринбурга

Лишил девственности пухлую подругу подруги, продолжение

.. …. Ещё не отойдя от шока после Викиных заявок, Таня достала тот самый фотоаппарат, с помощью которого доказала всем, что она больше не девственница и завоевала особый статус среди учащихся.

— Я хочу такие же фотки, как у тебя, — сказала Вика, — А может даже лучше!

— Ладушки! Сначала надо разбудить… его. — показала Таня объективом на моего уставшего дружка. — Но сначала его надо помыть!

И девчонки потащили меня в ванную. Впрочем я не сильно то и сопротивлялся. Там они быстро подмылись сами, а потом поставили меня под душ и стали нежно намыливать, водя руками по члену, яичкам и промежности. Прикосновения их молодых пальчиков доставляли мне несказанное наслаждение. Подружки то присаживались на корточки, чтоб поближе рассмотреть моего дружка, то поворачивались попками или грудками и начинали елозить по мне намыленными телами. И вскоре мой член принял боевое положение. Девочки ещё потёрли его своими кулачками и, затем, смыв пену, вытерли полотенцем. Выходили из ванной все вместе и я, идя последним, любовался на их упруго вздрагивающие при каждом шаге ягодички. А у Вики ещё были няшные ямочки возле копчика, но фигура у неё была уже оформившаяся, женственная, в отличие от Тани, тело которой было ещё наполовину подростковым и не соответствовало возрасту. Маленькие, почти плоские, грудки из разряда "смажь зелёнкой — само пройдёт", худощавое телосложение и маленькая, но такая круглая и выпуклая попка. Вобщем девочки были полной противоположностью друг друга! Но мне нравилось и звонкое чувство юмора Тани, и крестьянская добротность Вики.

Таня уже достала откуда то мощную строительную лампу на штативе и возилась, устанавливая её, при этом она прогнулась, выставив попочку назад и демонстрируя чёрно-волосатую промежность. Её длинные чёрные волосы, убранные в два хвоста, красиво ниспадали до пола. Вика тоже стояла прогнувшись и разглаживала складки на покрывале и я пожалел, что я не хамелеон, который может вращать каждым глазом в отдельности! Потому что здесь мне тоже открывался шикарный вид и я сидел в кресле и перекидывал взгляд то на Танину попочку, то на Викину жопу и теребил свою чичирку. Оба вида волновали одинаково!

— Ну, всё готово! — осмотрелась Таня. — Актёры — на сцену!

— Вика! Ты встань на колени перед членом Андрея, и сделай такие глаза, — типа ОГО, и показываешь на него пальцем!… Щёлк! Щёлк! — Теперь высунь язычок и дотронься до головки… глаза сюда! Щёлк, щёлк. — А теперь головку в рот…, смотри ему в глаза! Щёлк, щёлк. — На! — передала она мне камеру. — Сделай фото от первого лица!

Я взял камеру и покрутил фокус, — Вика смотрела в объектив такими блядскими глазами, что я аж удивился. Глядя в камеру она максимально вытянула язык и положила на него головку, щёлк, потом накрыла головку верхней губой, щёлк. Лицо её смешно вытянулось, полные губы плотно обхватывали мой член. И тут она включила свой фирменный пылесос, и я почувствовал, как меня затягивает ей в горло, щёлк!

— Дай сюда! — подхватила Таня фотоаппарат из моих слабеющих пальцев. Сделала несколько кадров и, вернув камеру мне, пристроилась рядом с Викой. Та поняла и, вынув член из горла, направила его в рот Тане. При этом густая слюна протянулась от её рта к головке. Таня намотала её на палец и вытерла об коленку, затем широко открыла рот, демонстрируя зубы в брекетах и попыталась засунуть головку максимально дальше, но вошла только треть и Таня начала давиться, выпучив глаза.

— Не так! — сказала Вика. — Ты пытаешься его выплюнуть, сопротивляешься ему, а тебе надо расслабить горло и глотать. Таня красными глазами смотрела то на головку, то на Вику. — Угу! — Кивнула она, распахнула рот, глубоко вдохнула, и насадилась на ту же треть, опять начала давиться, но пересилила себя и стала делать судорожные движения горлом. Щёлк, щёлк, щёлк! — сделал я фото, и вот её нос упёрся в мой волосатый лобок. Таня победно подняла на меня глаза и кажется даже улыбнулась! Вика снисходительно улыбалась рядом. — У тебя получилось, — сказала она, теребя свои груди… Так они менялись ещё несколько раз, а я сдерживался уже из последних сил. Но слава богу эта сладкая мука закончилась и Таня вытерла лицо и рот полотенцем и забрала у меня камеру.

— Так, теперь ты ложись, а ты садись на него! — Скомандовала Таня, отдышавшись

— Так, сначала фото ваших писек вместе! Щёлк, щёлк!

— А теперь, чтоб только головка вошла. Щёлк, щёлк! — Глубже! Замерли!

— Теперь ты вставай раком, а ты нависай над ней, но не входи. Щёлк, щёлк, щёлк.

— Теперь можешь входить. Щёлк !

— Медленнее! Я сказала медленнее!!! Да вы что, не слушаете меня!! — А я уже закусил удила и стал вгонять в Вику со всей пролетарской ненавистью. Её груди сексуально тряслись при каждом толчке, голова таранила подушку, волны разбегались по попе и бокам.

— Эххх, кинокамеру бы! — Вздохнула Таня и, встав над Викой, подставила мне свои покрытые тёмными короткими волосами розовые губки, раздвинув их пальчиками! И я присосался к этому источнику, схватив Таню одной рукой за её круглую попку и стал ласкать её языком, вдыхая аромат сокровенного! Я и так был на краях после пАрного миньета с заглотом от двух очаровательных красавиц, а тут меня накрыло с головой и я даже не услышал как начала рычать Вика, вцепившись ногтями в подушку, и начал кончать в Вику, прижавшись к её пухлому русому лобку!!…

Я с лёгким чавком вывалился из Вики и без сил упал на кровать. Вика же, по своему обыкновению, не успев отдышаться, хотела поменять позу, но увидев, что от меня сейчас нет толку, оглядела комнату и её взгляд остановился на лежащей Тане, которая так и не успела кончить. Танины пальчики лениво перебирали лепесточки своего бутончика, в руке зажат фотоаппарат.

— Мммм!!!… — только и успела промычать Таня, когда на неё ураганом налетела Вика и прижала её лицо своим пухлым лобком к кровати… — Мммм… Чавк.. Гульп… чавк, чавк… и я понял, что сейчас течёт Тане в рот! Мои глаза стали по пять копеек от происходящего! Но Таня хотя бы привычна к лесбийским ласкам, а вот Вика, по-моему, сама удивилась своему порыву. Щёки её были залиты здоровым румянцем, рот приоткрыт, она взглянула томным взглядом на киску Тани, потом на меня, потом опять на волосатый приоткрытый бутончик и, как в прорубь, нырнула языком в чёрные кудри Таниного влагалища, обхватив её согнутые в коленях ноги! И в комнате зазвучал саундтрек к лесбийской порнушке, только в исполнении двух моих подружек. Я так охренел, что рука сама потянулась к инструменту и с удивлением наткнулась на стоящий твёрдый член! А я и не заметил когда мой друг успел встать! Я задумался куда его пристроить, задумчиво оглядывая мычащую и стонущую композицию из двух извивающихся девичьих тел и вспомнил о просьбе Вики распечатать её попку. Я зашёл сзади Вики и встретился глазами с обалдевшим взглядом Тани, которая уже давно, к моей радости, вовсю наяривала пальчиком в попе у подруги. Я ещё больше раздвинул ягодицы Вики и стал не торопясь добавлять к Таниному пальчику свой и когда он вошёл весь мы вразнобой стали трахать Викину попу. Глаза Тани стали закрываться, она выгнула спину и начала кончать, не отрываясь от Викиной киски и мыча в неё что-то своё. Почти тут же раздался низкий стон Вики и она, оторвавшись от киски подруги, откинув голову назад и поднявшись на руках вжала свою промежность в Танино лицо, елозя по нему бёдрами, стала кончать. Её тело сотрясалось в конвульсиях.

И снова, почти без паузы, Вика вскочила с лица подруги и легла на спину, раздвинув ноги, глядя на меня каким-то диким взглядом, раздвинула свои ягодицы! Я глянул на Таню — она лежала, тяжело дыша, а лицо её покрывали длинные пряди слипшиеся от обильной влаги волос. Она попыталась, в который раз, сдуть их с лица и протянув мне тюбик с кремом, уронила руку. Первый готов, — подумал я и обильно намазал свой член кремом. Потом начал мазать Викин анус, а она пыталась всякий раз поймать жопой мои пальцы, смазывающие её внутри!

— Ну ты и Ураган! — восхитился я её энергии, — Охренеть!!! Я приставил головку к её сфинктеру и начал давить, медленно раздвигая стенки. Чуть вышел и опять вперёд… уже головка там!… И тут Вика-Ураган схватила меня за шею, закинула мне ноги на талию и, сильно надавив пятками мне в копчик, буквально вогнала меня в себя!

— Кххммммм!!! — выдохнула она и потом, уже со свистом, втянула воздух сквозь сжатые зубы, — Тсссссссс!!!

— Ну девка, ты даёшь! — поразился я, но меня никто не услышал! Вика, тяжело дыша, начала крутить жопой восьмёрки — я старался пока не двигаться, чтоб не причинить ей боль. Её ногти начали впиваться мне в спину и, чтоб избежать травм и царапин, я повернул её на бок и подогнул ей колени к подбородку. Чуть переместил, чтоб жопа чуть свисала с края кровати и с трудом, наблюдая как начинает белеть, входя, обескровленная головка, медленно погрузился в Викину жопу! Она застонала, но уже сладко! — Давай! — едва слышно прошептала она! — я сделал первое движение, преодолевая сильное сжатие её сфинктера. Член входил и выходил очень туго, несмотря на обилие крема! Постепенно её попка чуть расслабилась и я уже мог выходить и спокойно нырять обратно. Её крупные ягодицы упруго пружинили под моим лобком. Я входил до основания и потом ещё на пару миллиметров, стремясь, чтоб кольцо её сфинктера сжимало мой член как можно ближе к основанию — это было так приятно! Тут уже подползла отдышавшаяся Таня и, успев сделать пару кадров, ухватилась обеими руками в ягодицу подруги, пыталась как можно ближе рассмотреть происходящее, из за чего я иногда толкал её своим животом в макушку. Ритм всё ускорялся, шлепки моего лобка об Викину жопу перешли ту грань, когда ещё можно было остановиться и, вслед за Викиным рычанием, я начал наполнять её спермой, прижав свой живот к её ягодицам. Вика уже просто выла и тут не выдержала ткань подушки, сжимаемая её ногтями, и взорвалась облаком пуха, добавив фееричности нашему оргазму. В последних конвульсиях я вдруг уловил умоляющий взгляд Тани и, выдернув с тихим чавком член из жопы Вики, вставил его в рот Тане. Ей тоже досталось чуть спермы и она слизывала остатки со ствола, громко причмокивая. Потом макнула палец в разработанное очко подруги и облизала его. И ещё и ещё, пока не слизала всю сперму, вытекающую из Викиной шикарной жопы! Так мы и лежали, без сил, покрытые пухом и счастливо улыбались друг другу!

— Надо же! — подумал я, — А с виду никогда не скажешь, что прячется под обличием таких невинных девушек…