шлюхи Екатеринбурга

Больница мечты 3

by горе-писатель без девушки

Больница мечты.

Часть 3.

В комнате была женщина, она сидела в кресле, спиной ко входу и задумчиво смотрела на экран ноутбука, на котором была открыта обложка пситранс группы, которую я слушал вчера ночью. В голове у меня начали возникать закономерные вопросы. «Кто она, как тут оказалась, ведь я запер комнату, а ключ унес с собой и какого черта я снова не выключил компьютер?». Женщина, поняв что не одна, встала и повернулась ко мне лицом. На вид ей было лет тридцать пять, хотя я не был в этом уверен, не особо хорошо у меня получается определять возраст по лицу. Кстати оно было довольно милым, но при этом строгим и каким-то, не знаю, «опытным», такое лицо обычно у людей, которые долго на руководящей должности и хорошо знают, что делают. На ней была строгая серая юбка и белая блузка- типичный дресскод какого- нибудь офиса или банка. «Александра Евгеньевна», — представилась она. Я был немного в ступоре, но вместо требования назвать мое имя, она начала вдруг рассказывать мне о съемках. «Я была в кабинете номер 13. Честно говоря, ты меня… Впечатлил.», — голосом руководителя сказала она, я вдруг начал понимать, зачем она здесь. Внутри стало жарко, а сердце забилось сильнее и чаще. «Я являюсь ответственной за этот блок резидентов, я буду следить за вашим состоянием и буду рекомендовать вас на другие съемки, ведь если сниматься только в одном жанре, то можно умереть со скуки, а нам мертвые не нужны», — последнюю фразу она произнесла максимально приветливо, «Пытаешься разрядить обстановку, чтобы было легче меня уломать, неплохо», — заметил я мысленно. Она вдруг начала смотреть мне в глаза и замолчала, но после продолжила : «у меня есть ключи от всех комнат моих подопечных, кстати неплохая музыка», — последнее я счел за издевку, никогда не любил копание в моих вещах, электронных в том числе. Так как сейчас я твой босс, я хочу, чтобы ты сделал мне так же, как сделал той девчонке на съемочной площадке. Ее глаза при этом стали какими- то хищными. «В моем блоке так мало мужчин, а таких умельцев делать кунилингус всего один». Она подошла ко мне, от нее приятно пахло. Запах был словно ее собственный, а не парфюмерный. Я вдруг словно «завис», хотелось только стоять и вдыхать ее запах еще и еще. Тут она подошла к кровати, расстегнула замок на юбке, села на кровать и раздвинула ноги, на сколько позволила расстегнутая юбка. «Подойди ко мне, у меня есть то, что тебе нужно», — Она говорила медленно и совсем другим голосом, томным и каким- то сонным, словно гипнотизируя меня. Я подошел, других выборов у меня не было, она тут «босс» и пока я не делаю то, что приказано, она не уйдет. Она попросила меня встать на колени : «Так ведь удобнее, не правда ли?», — спросила она. Я решил уже не затягивать и начал подворачивать ее юбку, чтобы добраться до ее киски. «Смышленый малый, думаю, скоро ты будешь сниматься не только по анкете, возможно я даже попрошу поставить тебя «верхним», если ты понимаешь, о чем я.», — снова томно проворковала она. Под эти слова я приблизился, запах стал сильнее, у меня даже немного закружилась голова. На ней были серые трусики с кружевами по краям, у нее были весьма пухлые половые губы, которые красиво прорисовывались под трусиками. Сначала я прижался к ней носом и провел им снизу- вверх, теперь помимо того запаха добавилось еще несколько, судя по блестящим пятнам на ее внутренней стороне бедер, она либо сильно вспотела, либо уже долго была на взводе. Она слегка застонала. Удивительно, сколько лет я ненавидел свой большой нос, который еще больше уродовал мое лицо, и вдруг ему нашлось такое применение. Я начал облизывать кожу рядом с половыми губами, которую не прикрывали трусики, язык начал побаливать, напомнив о съемках. На ее трусиках появилось влажное пятно, ровно посередине. От таких видов я окончательно возбудился, низ живота снова начал ныть и болеть. Я стянул с нее трусики. Ее внешние половые губы были такими же загорелыми, как и остальное тело, а внутренние были розовыми и немного темноватыми на самых кончиках.

Та, кто называл себя моим «Боссом» лежала и тихо постанывала, она уже успела расстегнуть блузку и сейчас массировала объемные груди с темными сосками. Я снова начал работать носом. Ласкать ее языком я не спешил. Я проводил им вверх и вниз, вдоль ее вагины, с каждым разом углубляясь больше и больше. Трение уменьшилось, сильнее запахло выделениями, когда я полностью погрузился в нее, она начала стонать громче и подергивать ногами, я понял, что пора. Я вытащил язык на всю длину, приложился им к ней и провел по ее половым губам, от того места где киска заканчивалась и переходила в анус, до самого лобка, оставляя на ней след из слюны, словно слизень. Кстати говоря, в ее промежности не было и намека на волосы. Она была совершенно гладкой, я понял, что она пользуется чем-то больше и сложнее бритвы. Мне было легко и приятно скользить по ней. Оставшийся процесс описывать не за чем, я все делал как обычно, стараясь водить по всем губам, углубляясь в нее и дразня клитор. Когда она стала кончать, она схватила меня за волосы и со всей силы вжала в себя, сдавив мою голову при этом ногами. Она кончала обильно и громко, я боялся, что услышат «соседи» но потом мне стало не до этого, она билась в конвульсиях и истекала смазкой, я уже начал захлебываться, ее ноги съехали мне на шею и сдавили ее еще сильнее, но тут она расслабилась и повисла ногами на мне, словно тряпичная. Я выбрался из ее «объятий». Она пришла в себя, начала извиняться за то, что сделала, но мне на самом деле было не обидно, я снова умылся, вытерся и остаток нашего знакомства мы провели за разговорами о разном. Оказалось, что она неплохо разбирается в компьютерной технике и современном «диджитал» искусстве. Однако, ей пришло время идти по делам, она поправила одежду, надела лежавшие на полу трусики, мы попрощались, она ушла. Остаток дня я пытался вылечить свою шею, в которой будто много металлических лезвий, которые словно резали меня при каждом движении.

На следующее утро меня разбудил стук в дверь. Это была девушка с металлической тележкой, наполненной полиэтиленовыми свертками. Молча отдав мне один, она пошла дальше по коридору, постучалась в следующую дверь, сделала то же самое и пошла дальше. Я зашел обратно в комнату, развернул сверток. Внутри оказалась одежда, какую обычно носят в настоящих больницах, это была рубашка с длинным рукавом и штаны, которые вроде и обычные, но на месте члена там был небольшой «гульфик». Я оделся, стало намного удобнее, клетка совсем не ощущалась. Через час мне позвонили и снова попросили спуститься на минус первый этаж, но теперь в комнату номер шесть.

Я снова вежливо постучал и зашел, все- таки привычка- страшная вещь. Внутри комнаты снова была больничная палата, но другая, ко мне снова подошла «управляющая». «А вот и наш «боец», готов к новой работе?», — спросила она. Я ответил: «Готов!». Она снова объяснила мне сценарий их «фильма». Примерно то же самое, от меня требуется только мое умение куни и готовность «обслужить» двух актрис.

На этот раз мне не давали никаких таблеток, но я понял, что все впереди. Зеркального потолка не было, да и он не был бы мне полезен. Верхнюю часть головы мне туго забинтовали по самые глаза. Тело зафиксировали какими- то упругими лентами. Я, наверное выглядел забавно, голый и с забинтованной головой (хотя по настоящему болела у меня шея). Послышалась команда «Мотор!» и все затихли. В палате я был один, но недолго. Кто- то подошел ко мне. Кто- то явно на высоких каблуках, тут я почувствовал, что с моего члена снимают клетку, медленно вытаскивают катетер, снимают кольцо. Я кое как скосил глаза вниз, где был зазор между бинтом и переносицей. Рядом со мной стояла женщина в белом халате. Она была довольно взрослой, с длинными ногами, пухлыми губками и русыми волосами, собранными в пучок. Тут она, не церемонясь, залезла на кровать, и села мой член, именно присела, на корточки. Она была спиной ко мне, я видел только ее роскошную задницу, которую обхватывал белый халат. Те ощущения, которые я испытал, были ни с чем не сравнимы, внутри нее было тепло, даже жарко, ее киска плотно обхватывала мой член, который еще больше раздулся внутри нее, стал очень чувствительным, словно на нем не было ни кожи ни слизистых. Такая сцена длилась минут десять, я изо всех сил старался не кончить, и когда я был очень близко, все прекратилось. Она вдруг соскочила с меня и начала судорожно запахивать свой халатик. Тут в дверь вошла еще одна медсестра, которая была старше ее и по возрасту и, судя по всему, по «должности». Это была ее начальница. Она посмотрела на нее, на меня, на клетку, которую она положила рядом на столик и начала отчитывать свою «подчиненную». Спустя какое- то время их ругань переросла в лесбийские ласки. Они целовались, «подчиненная» одной рукой ласкала грудь «начальницы», а второй рукой уже лезла ей в трусики. Я не должен был показывать, что вижу что-то, но тут член предательски начал пульсировать и дергаться. В это время ласкающаяся пара начала приближаться ко мне, «начальница» упала мне на живот своей спиной, а «подчиненная» начала яростно вылизывать ей киску. После этого они обратили внимание на меня. «Я думаю, ему не повредит немного нашей «терапии»», — после этого они рассмеялись и ушли. Вернулись с небольшим набором инструментов на стальном подносе. «Подчиненная» устроилась у меня в ногах, просто сев на них и прижав меня, а ее «начальница» напротив нее, на моем животе. Тут что- то колючее коснулось тела моего члена, я дернулся от неожиданности, они рассмеялись, «начальница» прижала меня к кровати сильнее, сдавила член рукой и начала водить колючим диском по головке члена. Я дергался и пытался вырваться, они лишь смеялись и только сильнее прижимали колючий диск. Когда боль стала невыносимой, он принялись за другую «игрушку», это была помпа, причем очень узкая и с двумя блестящими полосами вдоль нее. Я думал, что мой член порвется. Пока они натягивали эту колбу на него, затем одна из них взяла в руки пульт, к которому шли провода от помпы и включила его, мой член начали пронзать электроразряды, все ухудшалось этой узкой трубкой, от нее член болел еще сильнее, пытаясь уменьшиться в ширину и увеличиться в длину.

Я начал постанывать, медсестры рассмеялись, снова поцеловались взасос и продолжили уменьшать давление в колбе. Наконец они сняли с меня ее. От резкой смены обстановки член снова заболел, но скоро снова пришел в форму. Наконец они достали из подноса стальное кольцо с уретральным плагом. Надели кольцо под головку, плаг вошел глубоко, раздражая уретру и не давая члену опасть. Я устал скашивать глаза и просто начал смотреть вверх, на пробивающийся сквозь бинты свет. Тут я почувствовал сильную боль в основании и в головке, медсестры сделали мне два укола, но с чем, было неизвестно. Тут боль в уретре усилилась, мой член стал не просто увеличиваться, он стал опухать, уретра сужалась, обхватывая плаг все сильнее. «Подчиненная» села мне на лицо и начала агрессивно двигать своей киской по мне. Тут ее «начальница» надела на мой член презерватив, который казался очень тугим из за инъекций, и вставила его в себя, причем с заметным трудом. От того, что ее вагина плотно обхватывала член, боль в уретре нарастала, плаг полностью перекрыл ее. Я кончил, по мне пробежала волна оргазма, но медсестры не собирались останавливаться, они поменялись местами, теперь более рыхлая и терпко пахнущая вагина сменила плотную, покрытую русыми волосами. Член стоял, словно это была обычная игрушка из сексшопа, впрочем, использовали они его также. Вагина русой медсестры была очень тугой, я успел несколько раз снова возбудиться и кончить, наконец, съемки закончились. Меня отвязали, мой член словно покусали пчелы, в месте чуть ниже плага сильно болело, а под презервативом не было ни капли спермы или смазки. Ко мне подбежала «главная по съемкам», быстро вспорола презерватив тупоносыми ножницами, стало намного легче. «Кольцо получиться снять после того как иньекции пройдут», — сочувствующе сказала она.

Сейчас «главная по съемкам» сидела рядом со мной на кровати, сочувствующе смотрела на мой распухший член и мое красное лицо. «Я кстати Олеся», — вдруг сказала она. Она понравилась мне с того самого момента, как я впервые увидел ее. Она никогда не одевалась вызывающе, относилась ко мне с пониманием, заботилась обо мне после съемок.

Наконец, уколы действительно прошли. «Позволь мне», — сказала Олеся, после чего она взялась за кольцо и осторожно сняла его с головки, затем медленно вытащила плаг из моего члена. Следом за ним вылилась небольшая лужица всего, что не вытекло за съемки. Я согнулся от боли. Было чувство, что в уретре повреждение. «Сейчас, потерпи, я помогу», — после этих слов Олеся вдруг выбежала за дверь, вскоре вернулась с тонким маленьким шприцом. «Сейчас немного поболит, но потом сразу станет легче», — сказала она и вставила шприц в мой член, но не глубоко, надавила на поршень. Я почувствовал, как гелеобразная масса медленно продвигалась вглубь члена, все повреждения пощипывали, словно его поедали изнутри маленькие зубастые твари, в шприце был тот гель, которым мой член пропитали в первый день. «Еле выпросила, у нас тут с таким все строго», — сказала Олеся : «Ты извини, немного мы не рассчитали», — я сказал, чтобы она не извинялась, мне все понравилось, тем более все мои мучения стоят того, после чего поблагодарил ее за заботу. После этого я весь вече проторчал в кабинете врача, она осмотрела меня на предмет повреждений, потом я долго ждал, пока можно будет надеть пояс верности, без него уйти нельзя, наконец, снова подлечив мой член емкостью с гелем, которая также наполнила этим гелем мою уретру, на меня надели пояс и я пошел к себе. В комнате я только и успел, что умыться после такого агрессивного кунилингуса, и сразу завалился спать.