шлюхи Екатеринбурга

Бабье царство. Часть 6

Следующий день на работе сразу начался с криков и суеты. Снова выяснилось что надо срочно, вот прямо срочно-срочно, слепить очередную сводку. И несмотря на справедливые возражения что на это нужна минимум неделя, задача была поставлена сделать все за два дня. Так же остался без ответа вопрос — почему мы об этом узнали только сейчас. В общем, все дружно отложили текущие дела и занялись проклятой сводкой. Целый день я не поднимал головы от бумаг, а рук от клавиатуры и все равно разошлись все в десятом часу. Поскольку нам с Иркой идти в одну сторону мы вместе дошли до ее дома. Она остановилась, молча взглянула на меня и вздохнула:

— Зайдешь?

— Ир, давай в другой раз?

— Давай. — легко согласилась она. — Мне тоже что-то неохота…

— А спрашивала зачем?

— Ну-у… для порядка. Вдруг бы ты согласился?

— И что бы ты тогда делала?

— Да уж не прогнала бы. Лежала бы бревнышком, ждала когда закончишь.

— Не, не надо мне такого!

— Ну тогда до завтра.

Очередной день был не легче предыдущего. Все продолжалось с того места, на котором вчера закончилось. Снова шорох бумажек и щелчки клавиш. В перерыв мне навстречу попался Федор:

— Вить, тебя ждать? Ленка спрашивает.

— Ох, Федь… Я бы с удовольствием, но ты же знаешь что у нас творится?

— Конечно. Ваши уже кому только не плакались. Потому и спрашиваю.

— Постараюсь, а там как пойдет. Вроде сегодня должны закончить, если успеем — приду.

— Ладно, ты тогда меня набери — мы тебе откроем.

— Ага.

Федька потащил позвякивающий пакет к себе, а я поплелся к своим бумажкам.

Разумеется, по всем законам подлости до конца рабочего дня мы не успели. Оставалось немного — но оставалось. По тем же законам Галина Павловна отпустила женскую часть отдела, оставив с собой одного меня. У них же, видите ли, семейный очаг и все такое, а мне спешить некуда. Я подавил вздох, подумав о том что сейчас происходит на дне рождения у Федора. Похоже, мне туда не попасть. Если только очень постараться, то может к самому концу успею.

Эта надежда таяла с каждым часом. Я перестал суетиться и смирился с тем, что никуда сегодня не попаду. Ну да ладно, не последний же день рождения у них. Подравняв стопку свежеотпечатанных бумажек, я поднял взгляд на Галину Павловну:

— Готово вроде. Есть еще что делать?

— Готово? Как-то быстро ты. Ну-ка я посмотрю…

Я было дернулся передать пачку ей, но Галина Павловна сама встала, с явным удовольствием потянулась и подошла ко мне:

— Ну поглядим…

Она склонилась над столом, распотрошив только что сложенную мной стопку. Я терпеливо ждал, от нечего делать поглядывая в вырез белой блузки. Вырез открывал многое, но вот лифчик надежно скрывал самое интересное. По мере рассматривания я обнаружил что если постараться, то вроде бы можно разглядеть за белым кружевом темные круги вокруг сосков. Они еле угадывались, но я был уверен что это не плод воображения. Кажется, в их центре даже присутствовала маленькая выпуклость от самого соска. Или это все-таки я сам себе придумываю? Увлекшись, я пропустил момент когда Галина Павловна оторвалась от бумаг и посмотрела на меня, проследив направление взгляда, а когда заметил было уже поздно.

— Вить… — взяла она очередной листок, вернувшись к делам. — Вить, а это правда что ты всех наших девок перетрахал?

От такого вопроса я чуть не подпрыгнул. Откуда она знает!? Они что, отчитываются ей?

— Ммм… Ээээ…

Ну что тут можно сказать? И признаваться не хочется, и врать тоже… мало ли что ей известно.

— Да не мычи, я и так знаю что всех. — вздохнула она. — Тоже мне секрет.

— Ну да…

— Стало быть, в нашем отделе я одна тобой нетраханая осталась? Или на меня у тебя тоже планы есть?

— Ээээ…

Блин! Скажешь “да” — окажешься озабоченным маньяком, и вообще — “все вы об одном думаете”. Скажешь “нет” — получишь “Ах, я что, хуже чем они?” Хотя, честно говоря, и то и другое было бы справедливо — мысли насчет “Какова в постели Галина Павловна?” иногда проскакивали, и в то же время прояснить этот вопрос я вовсе не стремился.

— Планов нет… — решился я — Но… если бы вдруг…

— Эх, Витя… — вздохнула она — Я тебе честно признаюсь — было у меня, замужней уже, с посторонними мужчинами всякое, но почему-то всегда именно “вдруг”. Ни разу ничего не планировала, заранее не собиралась. Вот вроде ничто не предвещало — а потом раз — и понимаю что на все согласна.

Она выдержала недолгую паузу и добавила:

— Вот как сейчас.

— А? — не понял я.

— Я говорю трахнешь меня, Вить? — пояснила она, склонившись к моему уху. — Прямо сейчас?

Я молча кивнул, не в состоянии ответить словами. Этого оказалось достаточно, чтобы Галина Павловна развернулась ко мне задом, собрала юбку на поясе и облокотившись на соседний стол застыла в ожидании. Объемные ягодицы, затянутые в светлые колготки, смотрели прямо на меня. Я поднялся, ощутив что в штанах стало как-то тесновато. Вид сзади у Галины Павловны был весьма развратный. Хотя какой еще может быть вид у женщины, стоящей раком с задранной юбкой? Колготки я легко, одним движением сдернул до колен, а вот плотные тугие трусики стянул уже с трудом, наконец посмотрев на поле деятельности. Толстые валики половых губ едва смыкались, поблескивая влагой. Я провел между ними пальцем, от клитора до входа в вагину, раскрывшегося при легком нажатии.

— Мммм…. — Галина Павловна расставила ноги насколько позволили колготки — Ну давай уже!

Член нырнул в нее легко. Даже, я бы сказал, слишком. Просто провалился во влажное отверстие. Я шлепнулся лобком о ягодицы, оказавшимися мягкими и весьма приятными наощупь. Так и хотелось вцепится в них и мять, мять… заодно резко вгоняя член в мокрое, скользкое влагалище. Галина Павловна навалилась грудью на стол, поскрипывающий в тишине в такт моим толчкам. Я растягивал ягодицы в стороны, пытаясь вбить свой орган как можно глубже. Почему-то казалось что значительная часть все равно остается снаружи, хотя каждый взгляд вниз, туда где жесткий стержень врывался в нее, опровергал это. Ощущения были… противоречивые. Все бы ничего, но вагина охватывала член слабовато. Это не позволило мне кончить слишком быстро, поэтому когда Галина Павловна судорожно вздрогнула и еле слышно застонала я был еще далек от финиша. В очередной раз посмотрев вниз, я растянул ягодицы в стороны, наткнувшись взглядом на анус. Темная звездочка пульсировала, сжимаясь когда я вытаскивал член и расслабляясь, едва не раскрываясь при обратном движении. А почему бы и не попробовать? — решил я — Вдруг получится?

На всякий случай я дождался второго оргазма Галины Павловны и в этот момент ткнул головку в анус. Легкого нажатия хватило чтобы головка проскочила внутрь, но потом сфинктер, точно опомнившись, сжался. Галина Павловна возмущенно дернулась:

— Витя! Прекрати немедленно!

— Почему? — удерживая виляющий зад я продолжал проталкивать член.

— Не хочу!

Галина Павловна завертелась сильнее, так что пришлось всерьез вцепится в мягкие бедра. Член входил туго, смазка явно не помешала бы.

— Вить… ну хватит… — взмолилась она.

— Да уже почти вошел. — приврал я. Внутри было не более четверти.

На самом деле я не особенно надеялся что она — взрослая солидная женщина, мать семейства, начальник отдела — позволит трахнуть себя в зад. Я вообще был почти уверен что она даже не думала никогда о подобном. Но попытаться стоило. И теперь я не отступал только потому, что в голосе Галины Павловны было что угодно кроме боли. А я точно знал — в попу без опыта — процесс болезненный. И оттого в голову закрались сомнения относительно моих представлений о скучной, но правильной половой жизни начальства.

— Ох, Витя… Что ты со мной делаешь… — вздохнула она, прогибаясь.

Сфинктер неожиданно расслабился и член не сказать чтобы легко, но относительно свободно погрузился ей в зад до мошонки. Я удивленно уставился вниз, не веря глазам — да, весь мой орган находился в анусе Галины Павловны и похоже, это не доставляло ей особенного дискомфорта. Первые же толчки подтвердили, что ее задний проход вполне пригоден для полноценного полового акта. Член скользил в прямой кишке, плотно сдавливаемый сфинктером, да и внутри было довольно тесно. Галина Павловна же спокойно стояла, подставляя мне на растерзание зад, иногда дергаясь от особенно резко врывающегося в кишку члена и тихо шипя. Но в общем вела себя так, как будто мужской орган в анусе для нее обычное дело. И вот тут, глядя как мой член двигается в ее заднем проходе, я пришел в небывалый восторг. Я трахаю женщину, без малого годящуюся мне в матери! Приличную женщину! Не шлюху какую-нибудь! Непосредственную начальницу! На рабочем месте! В зад!!! Такого я и помыслить не мог. А теперь вот, уверенно тараню одервеневшим членом анус, разглядывая подробности процесса проникновения и прислушиваюсь к ее участившемуся дыханию. Это продолжалось недолго, возбуждение лавиной затопило меня и сбившись с ритма я несколько раз хаотично дернулся напоследок прежде чем в прямую кишку Галины Павловны хлынула сперма.

— Вить, вот зачем ты так? — спросила она, все еще стоя в той же позе после того как я извлек поникший орган.

— А что? Здорово же получилось.

Из ануса скатилась маленькая белая капелька. Из любопытства я попробовал пальцами растянуть его и оттуда вытекло еще немного.

— Ты теперь будешь думать что я женщина легкого поведения. — вздохнула она.

— Да почему хоть?

— Ну как же… Мало того что сама напросилась, так еще и в задницу дала.

— Глупости. — возразил я. — Хотя, честно говоря, насчет задницы думал не получится. Думал вам больно будет.

— Нет, Витя. — она наконец выпрямилась, натягивая трусы. — Я привыкла. Это у нас с мужем в молодости такой способ предохранения был. Сначала как обычно, а в конце он туда вставлял и все сливал. Сначала неглубоко, буквально на полсантиметра, просто чтобы все внутрь попало. А потом с каждым разом глубже, потом начал несколько последних фрикций там делать…. ну и чем дальше — тем дольше и глубже.

— Понятно. И вы с ним до сих пор…

— Именно. Так что это дело мне привычно.

— Никогда бы не подумал…

— А я что, на всех углах об этом кричать должна? — Галина Павловна подтянула колготки и оправила юбку. — Ладно, Вить, иди домой, дальше я сама. Тут минут на десять осталось.

В коридоре я, посмотрев на часы, прикинул что Федькин праздник давно закончился и направился к выходу. Жаль конечно что я туда не попал. Сейчас, после Галины Павловны, трахать Ленку не особенно хотелось, но поприсутствовать было бы неплохо. А то в следующий раз вообще не позовут. Да и просто пообщаться с парнями стоило. И — признался я сам себе — хочется от начала до конца посмотреть как Ленку трахают все по очереди.

На первом этаже в холле я чуть не споткнулся, обнаружив топчущуюся там ту самую Ленку, о которой думал только что.

— Ви-ить… ты еще здесь?

— Да вот ухожу уже.

— Один?

— Галина Павловна еще осталась. А девчата давно сбежали.

— А мы тебя ждали-ждали…

Я вздохнул и развел руками:

— Самому знаешь как обидно? А ты-то что тут делаешь?

— Ребят жду. Они там мусор собирают, сейчас спустятся.

— А потом куда?

— По домам, куда ж еще.

— Лен… — родилась у меня идея — Может ну их? Пошли со мной.

— Ммм… Ну пошли. А то они и правда что-то долго.

На улице Ленка попыталась свернуть к остановке, но я ее удержал:

— Пошли лучше туда.

— А что там такое?

— Там я живу.

— А… Это ты меня к себе тащишь?

— Ну да. Ты против?

— Да нет… — пожала она плечами. — Дома все равно никто не ждет.

По пути Ленка настояла забежать в магазин за бутылочкой вина. А дома, пока я искал приличные стаканы и что-нибудь перекусить, первым делом направилась в ванную:

— Вить, мне бы помыться… после всего… ну ты понимаешь..

К накрытому столу она явилась в мелких капельках воды, благоухая моим шампунем и имея из одежды на себе только мое полотенце.

— Не стала одеваться — пояснила она — Ты ж все равно меня трахать собрался?

— Ну-уу…. Если ты не против… — запнулся я, не привычный к таким прямым вопросам.

— Не против, не против… но чуть позже. Наливай давай.

Ленка и изначально была навеселе, а после распития со мной еще бутылки захмелела окончательно. В процессе застолья полотенце с нее сползло, на что она не обратила внимания и теперь напротив меня маячили маленькие острые грудки с торчащими горошинками сосков, смешно подпрыгивающие когда Ленка смеялась.

— Ну хватит — потянулась она и встала — Что-то меня в сон тянет. Давай, Вить, бегом в душ, трахнешь меня и спать. Ты же меня не выгонишь до утра?

— Да как тебе такое в голову пришло?! — возмутился я, глядя на лобок с аккуратно выстриженной вогнутой трапецией темных волос, оказавшийся перед моим носом.

И не удержавшись, притянул ее к себе, поцеловав в живот и скользнув губами ниже.

— Вить, не здесь… — уперлась она мне в макушку когда я добрался языком до самого низа.

Но ноги ее уже раздвинулись и кончик языка добрался до клитора. Ленка слабо охнула, подаваясь тазом навстречу. Я сполз на пол, задрал голову, прижимаясь лицом к выбритым губкам и запустил язык между ними, старательно теребя там все что можно. Ленка всхлипывала, обеими руками прижимая мою голову к промежности и приседала, норовя еще плотнее сесть мне на лицо. Я занялся исключительно клитором, как наиболее отзывчивой точкой ее тела. Два пальца воткнул в вагину, решив что и это не помешает.

— А-а-аххх… — выдохнула Ленка, чуть не упав.

Я заработал языком еще быстрее, почти сразу услышав долгий удовлетворенный стон. Влагалище сжало пальцы и я еле успел поймать оседающую, лишившуюся сил Ленку. Через полминуты, открыв глаза, она посмотрела на меня мутным взглядом:

— Хорошо-то как…

Еще бы — подумал я. Трахать-то тебя трахают, а вот такого парни наверняка не делают.

Дотащив безвольное тело до постели, я наконец нырнул в ванную. А когда вернулся, Ленка лежала так же как я ее оставил — поперек кровати, разбросав ноги. Не затягивая, я улегся сверху, поцеловал приоткрытые губы. а когда языки сплелись — плавно ввел член. Ленка дернулась подо мной, принимая в себя мужскую плоть, напряглась и развела ноги еще шире. Влагалище, охватившее мою гордость, подрагивало, слегка сопротивляясь вторжению. Я начал с плавных, длинных движений, полностью вытаскивая член и так же, не меняя скорости, погружая его до конца. Эти ленивые, медленные фрикции были по своему приятны и я собирался до конца поддерживать такой темп.

Оторвавшись от Ленкиных губ, я вдруг заметил, что она болезненно поморщилась. Едва заметно, но все же…

— Что-то не так? — остановился я — Лен, что случилось?

— Ничего, Вить, продолжай.

— Нет, ну я же вижу! Тебе больно?

— Так, чуть-чуть. Продолжай.

— Что случилось?

Разумеется, в таких условиях продолжать я не мог. Особенно с ней.

— Да ничего. — открыла она глаза. — Просто натерли ребята сегодня. Генка почему-то долго кончить не мог, да и Федор тоже… — она помолчала — Вить, я тебя не шокирую?

— Чем?

— Ну вот рассказываю как меня сегодня трахали, в то время как ты меня вроде сейчас сам…

— Лен, раз тебе больно я лучше не буду…

— Хм… — усмехнулась она — А то, что до сих пор во мне с тобой не согласно.

Она была права. Член все еще был тверд, находясь в ней по самый корень.

— Лен.. — попросил я — давай я просто так полежу, а ты мне расскажи как там у вас сегодня было.

— Хочешь послушать? С подробностями?

— Конечно!

— Как обычно, посидели, потрещали… Ну выпили немножко. Парни на меня все чаще поглядывают. Про тебя вспомнили, Федька сказал что ты весь в работе. В общем, я решила — пора.

— Лен. — перебил я — А сама ты тоже… хотела? Или просто потому что “пора”?

— Конечно хотела! Еще с утра предвкушала. Короче, пошла за ширму, стала раком — ну ты видел как.

— Ага… — член в ней напрягся и я едва удержался чтобы не дернуться.

— Первым был Санька, как самый молодой и нетерпеливый. Сходу засадил по яйца и давай меня драть. Мммм… Быстро только кончил, но я, хи-хи, оказалась еще быстрее…

Я не выдержал и шевельнул членом в ней, совсем чуть-чуть, но при этом смог почувствовать сжавшее ствол влагалище. И тут же испугался что ей это не понравится:

— Ой, прости.

— Ничего-ничего, Вить, так можно, если чуть-чуть… Так вот, потом меня Мишка трахал… Ну не смотри на меня так!

Ленка притянула меня, заставив лечь на нее всем телом, так что ее губы шептали мне прямо в ухо.

— Мишка вечно, когда раком трахает, наваливается сильно. Чтобы глубже. Потому что у него, хи-хи, короткий. Ну не совсем, но мне маловато. Зато толстенький такой, ммм… в общем, компенсирует. Но все равно не достает туда, куда ты сейчас.

Я снова чуть шевельнулся, стараясь головкой почувствовать те самые глубины Ленкиного влагалища, где не бывал Мишка, опять ощутив прилив возбуждения.

— Потом был Федька. Ему, как имениннику, я сначала сосала. Они это любят, но я их не балую. А после и он меня сзади, но недолго — зря что ли я ртом работала?

— А у него какой? — шепотом спросил я.

— Ну-у-у… как тебе сказать. Приятный такой, твердый, кверху изгибается когда сильно возбужден — необычные ощущения, нажимает где-то там, куда другие не достают.

— А у Генки?

— Длинный. Правда длинный, в меня еле помещается. Я с ним обычно раком трахаюсь. Когда на спине — он в пылу страсти мне ноги задирает, тогда начинает упираться внутри и больно. А сзади нормально.

Я снова пошевелил членом, чувствуя как трется налившаяся кровью головка внутри нее:

— А дальше?

— А дальше посидели как всегда и перед уходом опять. На этот раз меня на стол положили. Мишка начал. Во второй раз они обычно дольше держатся, но он почти сразу кончил. Он так прикольно кончает — сопит, глаза закатывает, голову вверх задирает и рот приоткрывает. Потом Санька подошел — вот он долго пыхтел. Не знаю почему, но у него с эрекцией сегодня что-то не то. Я же чувствую — когда тверже, когда мягче. У него пару раз чуть вообще не упал, но потом все же справился. И сразу за ним Генка. Со своей дубиной. А я на спине! Он мне ноги сразу вверх потянул, но я сказала — хочу чтобы за грудь держал. Послушался, ноги отпустил. Но долго кончить не мог. Долго-долго. Натер все. Федька последним был — я уже без всякого удовольствия лежала. И он тоже почему-то долго, я не ожидала что столько. И наверное сам понимает что затянулось, торопится, резко так засаживает, грубо… Вообще пора мне какую-нибудь смазку носить. А то если еще и ты там будешь…

Последние слова я уже не слушал, представляя себе все сказанное воочию и слегка пошевеливая в Ленке членом. В последние мгновения я прижался к ней, чувствуя под собой упругие бугорки грудей и с облегчением ощутил как сперма брызнула из меня.

— Ой, Лен, я же про презерватив забыл! — дошло до меня через минуту.

— Да и ладно. Тебе сегодня можно. А теперь осторожно вытаскивай и спать. Только сначала в ванную.

Проснулся я поздно, обнаружив что лежу на спине, одеяло отброшено, рядом, скрестив ноги, в чем мать родила сидит Ленка и рассматривает мой член, водя по нему пальцем.

— Проснулся? А я вот изучаю…

— Можно подумать ты голого мужика не видела.

— Не-е, это не то. Он у них обычно сначала торчит, а потом, даже если и висит, то все равно толстый еще и длинный. А у тебя сейчас совсем маленький.

— Ну смотри тогда. Лен, а… как у тебя сегодня с настроением? — осторожно поинтересовался я.

— А знаешь, Вить.. нормально. Наверное, если наутро просыпаешься рядом с мужиком то это помогает. Вот на удивление — ни о чем не жалею что вчера было.

— Тогда, может… — я попытался залезть ей между ног.

— Не надо. Побаливает еще.

Ленка посмотрела на огорченного меня:

— Ну что ты так сразу? Ну хочешь меня в рот трахнуть?

— Ребята говорили ты не любишь…

— А ты значит не можешь так, если знаешь что женщина не любит?

Я на мгновение вспомнил Светку, которая не хотела делать минет, но которую я благополучно трахнул в рот, вспомнил Галину Павловну, которая поначалу противилась проникновению в зад…

— Могу, но…

— Вот и лежи, получай удовольствие.

Ленка легла щекой мне на живот и втянула в рот мягкий член. Мягким он оставался недолго — вскоре я почувствовал что головка заполняет Ленкин рот, а ее губы сжимают твердый, неподатливый ствол. Она приподняла голову, чтобы я видел как блестит от слюны погружающийся в рот стержень, насколько глубоко он туда входит и как снизу высовывается язычок, облизывая уздечку.

— Погоди… — приостановил я ее. — Давай так…

Сначала она пробовала возразить, но я был непреклонен и в конце концов Ленка расположилась надо мной, нависая промежностью над лицом. А дальше я, наученный Иркой и Катькой, заставил ее опустится и прислушиваясь к ощущениям от скользящих по члену губ коснулся языком клитора. Ленка, охнув, замерла на мгновение, а потом продолжила сосать, прижимаясь промежностью к моим губам. Я старался как мог, даже дотянувшись руками до грудей и легонько сжимая ставшие твердыми соски. Губы на члене утратили ритм, замедлились, зато стало слышно тяжелое, на грани стона Ленкино дыхание. И наконец это завершилось ее оргазмом, громким и сильным, заставившим меня испугаться за все еще находящийся у нее во рту член. Через минуту Ленка с удвоенной энергией насаживалась головой на мой орган. Я, более не отвлекаясь, двумя руками эту голову держал, задавая темп, готовясь излиться ей в рот. Поняв что я вот-вот кончу, Ленка еще сильнее сжала ствол губами и всосала его насколько могла. И я с облегчением выпустил ей в рот мощную струю, потом еще и еще. Я расслабленно лежал, слушая как она сглатывает мою сперму, чувствуя как потом облизывает головку и языком собирает попавшие на лобок капли.

— А знаешь, Вить, наверное все-таки неправда что я не люблю минет. — вытянулась она рядом со мной.

— С чего это вдруг ты передумала?

— Ну-у… в нем тоже есть своя прелесть… особенно когда ты мне тоже…

— А, понятно. Слушай, Лен… — повернул я к ней голову — А еще ребята говорили, что ты с двумя сразу тоже не хочешь. И в попу не даешь. Это так и есть или как с минетом?

— Правда -правда. Им волю дай, так они вообще все одновременно меня драть станут. И вообще с двумя — это уже разврат какой-то.

— А когда четверо по очереди — это, типа, не разврат?

— А это просто секс по очереди. Вот если женщина трахается раз в месяц, но с разными мужчинами каждый раз — это что?

— Ну это, пожалуй, скажем так, раскрепощенная женщина. А ты хочешь сказать, что у тебя то же самое, только в течение часа?

— Точно.

— А в попу?

— Вить, ну сам подумай — если у меня и от обычного секса с ними до сих пор побаливает, то что с задницей станет если их туда пустить?

— А вообще пробовала?

— Прикидываешь, обломится ли тебе? — прищурилась Ленка. — Это надо подумать, на твое поведение еще посмотреть. А насчет пробовала… Понимаешь, Вить, я же всегда была не красавица, вниманием мужским обделена. Ну и если все же появлялся кто, я на все для него согласна была чтобы удержать — и в рот, и в зад, и куда и как они только меня не трахали… Потом поумнела конечно. В общем, первым ты в моей заднице не будешь. Если, конечно, вообще будешь.

— А может… — приподнялся я.

— Нет, Вить, хватит на сегодня. Мне домой пора, у меня на эти выходные куча дел запланирована. — Ленка переползла через меня и принялась одеваться.

Проводив ее, я повалялся некоторое время, размышляя о том, что, пожалуй, из всех женщин, с которыми я имел дело в последнее время, Ленка самая адекватная и, не побоюсь этого слова, удобная. Не пытается откровенно меня использовать как Ирка, не отвлекается на любовь к мужу как Светка, а про Галину Павловну я так и не понял зачем был ей нужен. А то что внешность не очень… так я уже привык и теперь это в глаза не бросается. А если постараться, так и вообще можно считать это за оригинальность и некоторую изюминку. И даже то, что ее регулярно трахают четверо других мужиков не вызывает отторжения — она же мне не жена, и верность друг другу мы хранить не обещали. Тем более что я-то знаю как они к ней относятся. Впрочем, что это я так рассуждаю, как будто настроился на долгие отношения с ней? Хватит об этом, пойду тоже хозяйством заниматься. Обед сам себя не приготовит.

Суббота прошла в лености и праздности. Воскресенье должно было бы быть таким же, но все испортил севший телефон. Ближе к вечеру, когда пришло время традиционного звонка родителям, я обнаружил что он напрочь разрядился и выключился. Не беда, ща зарядим — подумал я. И внезапно вспомнил, что в пятницу утащил зарядку на работу. И не помнил, чтобы принес ее обратно. Неудивительно — после Галины Павловны это у меня напрочь вылетело из головы. На всякий случай пошарил по дому — вдруг все-таки принес? Нет, ничего подобного. Можно было бы плюнуть на это — все равно завтра на работу, но родители — если я не позвоню — наверняка подумают что что-то случилось. Еще и ночь спать не будут. Нет, как ни крути, придется бежать на работу, благо тут рядом.

Охранник на входе пропустил меня без проблем — примелькался уже с поздними уходами. Ключ от кабинета у меня был, так что через пять минут зарядка лежала в кармане. Из коридора донеслись шаги. Очень неторопливые, которые можно было бы принять за шаги неспешно проверяющего владения охранника, но… это определенно стучали женские каблучки. Кого же в воскресенье вечером черт принес? — удивился я. Запирая дверь поглядел по сторонам — ага, вон в конце коридора женская фигура возится с замком. Что-то долго возится. А дверь-то начальницы нашей, Инны Альбертовны. Да это вроде она сама и есть. Ну и ладно, мало ли что ей тут надо.

В это момент Инна Альбертовна, наверное услышав шум, обернулась, посмотрела на меня и недвусмысленно махнула рукой, подзывая. Чертыхнувшись, я пожалел что не выждал внутри лишних пять минут и направился к ней.

— Виктор, это вы? — Инна Альбертовна была изрядно не в себе, а точнее — прилично пьяна.

Наверняка из ресторана явилась — подумал я, рассмотрев туфли с высоченными каблуками, а под расстегнутым пальто короткое тонкое платье. — Одежда явно не для прогулок в это время года.

— Помогите мне, что-то замок не открывается. Сломался наверное.

Еще бы ему открыться если ты даже ключ до конца вставить не удосужилась. — подумал я, распахивая перед ней дверь.

Внутри она сбросила пальто на ближайший стул и уверенно направилась к сейфу, бросив мне:

— Подожди, сейчас документы спрячу и уйду, поможешь закрыть.

Пока она возилась с сейфом, я смотрел на нее сзади, гадая сколько ей может быть лет. Выглядела она отлично, короткое платье подчеркивало красивые ноги, собранные на затылке волосы почти не растрепались, поддерживая образ строгой деловой женщины. Вот только некоторые мелочи выдавали то, что в последние часы она позволила себе расслабиться. О чем я ей и сказал:

— Инна Альбертовна, у вас чулок сполз.

Может и не стоило такое говорить женщине. да еще начальнице, но я, увидев собравшиеся под коленкой складки и показавшуюся из-под платья резинку, не удержался и ляпнул до того как подумал.

— Да? — совершенно спокойно посмотрела она вниз, чуть приподняв подол. — Спасибо что сказал. — Тут же она попыталась его подтянуть, совершенно не обращая внимания на меня и заголив ногу еще выше, но покачнулась, вовремя успев опереться на стол.

— Помоги. — посмотрела она на меня.

Приблизившись, я присел перед ней, осторожно ищи под платьем край чулка и при этом стараясь не коснуться чего-нибудь лишнего. Видя что наощупь у меня не особенно получается, Инна Альбертовна небрежным жестом вздернула платье вверх, явно перестаравшись. Перед моими глазами оказались не только ноги, но и маленькие темные трусики и даже полоска живота над ними. Стараясь не смотреть на ее промежность я неумело подтягивал норовящий перекрутиться чулок на положенное место, макушкой чувствуя как она наблюдает за мной. С такого расстояния сквозь трусики просвечивалась белое тело, позволив узнать что волосы на лобке отсутствуют полностью, а малые губки темной полоской выступают над большими. Несмотря на старания, подтягивая чулок вверху я все же несколько раз задел рукой трусики в самом интимном месте, каждый раз ожидая ее недовольства. Вместо этого с удивлением услышал:

— Другой тоже поправь.

Не встретив осуждения, я стал менее осторожен, теперь свободно касаясь всех близлежащих мест, иногда прижимаясь довольно плотно, чувствуя ребром ладони щель под трусиками.

На мою руку вдруг легла ее ладонь, целенаправленно подтолкнув ее к промежности.

— Нравится? — прозвучало сверху.

— Д-да.

— Сними.

— Что?

— Трусы с меня сними. — раздраженно повторила она.

Стянув их, я пару мгновений пялился на выбритый бледный лобок, после чего она рывком прижала мое лицо к промежности:

— Лижи!

Мои слабые попытки вырваться успеха не имели. Инна Альбертовна твердо намеревалась получить удовольствие, не интересуясь моими желаниями. Чуть посопротивлявшись, я понял что отвертеться не удастся. К тому же, по правде говоря, родилась надежда что это только начало. Язык скользнул в щель, начав привычную работу. Женщина вздохнула, еще сильнее прижимая голову, а ноги в моих руках расслабленно раздвинулись. Вздохи сверху звучали все чаще. временами переходя в стоны — Инне Альбертовне явно нравились мои действия. Сжимая губами клитор я чувствовал как ее оргазм неумолимо приближается, а кроме того, чувствовал что и сам возбуждаюсь. Член давно встал, больно упираясь в штаны. Одной рукой кое-как я выпустил его на волю, уже зная что сделаю когда она будет кончать.

Как только по ее телу пробежала первая судорога, я выпрямился, втискиваясь между ног и мощным толчком насадил ее на член. Инна Альбертовна взвизгнула, не ожидая такого, потом снова послышался стон, потом как-то обмякла, затем встрепенулась, попробовала меня оттолкнуть… Все это время я не переставая натягивал ее на свой кол, впившись пальцами в ягодицы и грубо дергая на себя. Сопротивление неожиданно прекратилось и некоторое время я просто трахал предоставленную в мое полное распоряжение вагину, поглядывая на раскрасневшееся лицо охающей от особенно резких толчков женщины. Уже подумывая, не пора ли опрокинуть ее спиной на стол — так было бы намного удобнее — я вдруг получил сильный толчок в грудь, шлепнувшись на стоящий сзади стул. Инна Алексеевна, хищно взглянув на меня, сидящего с торчащим в потолок членом, облизнула губы, приближаясь:

— Ну, Витя, ты сам напросился… Сейчас ты получишь то что хотел! Но я привыкла быть сверху!

Лобок мелькнул перед моими глазами и рухнул вниз. Каким-то удивительным образом вагина угодила точнехонько на торчащий орган, надевшись на него в одно мгновение. А после началась скачка. Я никогда не думал что женщина может столь энергично вертеться на пронзающем ее стержне, высоко поднимаясь и падая на него снова и снова, сопровождая это стонами, от которых я едва не кончал. Однако при этом она не позволяла мне сделать ни малейшего движения, возмущенно шипя при любом шевелении. Единственное, что мне было позволено — это залезть под платье и лифчик и немного подержать в руках груди. Оставалось только расслабится и наслаждаться этой бешеной пляской влагалища на члене. Впрочем, я и теперь знал что сделаю когда быстро приближающийся оргазм наконец накроет ее.

Когда это случилось, я торопливо спихнул с себя обмякшее тело, вскочил, толкнув Инну Альбертовну грудью на стол и ворвался в нее сзади. Все ее попытки выпрямиться я решительно пресекал толчком в спину, после чего снова хватал за бедра и продолжал со всей возможной скоростью терзать ее влагалище. Ближе к концу, глядя на вздрагивающие, бледные, без малейшего следа загара ягодицы, я вспомнил Галину Павловну и их с мужем способ предохранение. И когда сперма уже рвалась из меня наружу выдернул член, чтобы тут же воткнуть головку в бледный анус. Совсем чуть-чуть, только головку. Инна Альбертовна дернулась так, что стол со скрежетом сдвинулся и тоненько завизжала, но я держал ее крепко и уже кончал, впрыскивая сперму ей в зад, с трудом удерживаясь чтобы не засадить ей в зад по самые яйца.

— Ты что сделал!? — развернулась она, как только я извлек из нее член. — Я тебе это разрешала!?

Я промолчал, подтягивая штаны. Как будто в такой ситуации кто то разрешения спрашивает…

— Что молчишь!?

— А что я сказать должен? — огрызнулся я — Не я это затеял вообще-то.

— Ну конечно! Не ты! Я что ли тебя просила меня так трахать и в задницу спускать!?

— Э-ээ… — прикинулся я дурачком — Я думал что можно, раз уж мы…

— Дурак! — резко бросила она, слегка поутихнув и подбирая с пола трусы — Эх, вот же угораздило… Блин, что с тобой теперь… Ладно, иди уже отсюда, пока я… Кстати, а что ты тут вообще делал?

— Зарядку телефонную забыл в пятницу.

— Забрал?

— Забрал.

— Вот и иди. Глаза б мои тебя не видели.

Наутро, явившись на работу, я ожидал чего угодно. Все таки трахнуть директора всей организации было не особо удачной идеей, хотя по большому счету не я это затеял. Но Инна Альбертовна мне не попалась, а вот Галина Павловна посмотрела на меня как-то задумчиво, явно что-то замышляя. Впрочем, узнать что именно мне не пришлось. Перед обедом позвонила Надька, секретарша, и велела явится к директору.

Инна Альбертовна встретила меня суровым взглядом.

— Ну, Виктор, садись. Поговорим.

Я молча сел. И так ясно о чем будет разговор.

— Я не буду ходить вокруг да около и тратить время — начала она — Так получается, Виктор, что вчера мы позволили себе… лишнего. Ты позволил.

— Угу. — кивнул я, не став спорить кто начал первым.

— В общем, парень ты хороший, неглупый… по работе у меня к тебе претензий нет… но работать вместе мы теперь, сам понимаешь, не можем. Как я могу тобой командовать, зная что ты в любой момент можешь раззвонить всем что тут было? Или просто проговориться? Сам же понимать должен. Короче, вот — она подвинула ко мне листок — подписывай и неси в кадры.

На листке ожидаемо было мое заявление по собственному желанию. Только без подписи.

— Подписывай! — она обошла стол и сунула мне ручку.

— А если не подпишу?

Морально я был к этому готов еще с утра. И уже прикидывал где искать новую работу — не оставаться же здесь со ставшим врагом директором.

— А не подпишешь — чуть позже найдем за что уволить по статье.

Я занес ручку над листом, но помедлил:

— Значит, чтобы не проговорился?

— Да. Подписывай.

— Конечно подпишу.

Отложив ручку, повернулся к ней и глядя в глаза запустил руку под юбку, хватая за бедро:

— Инна Альбертовна — удержал я отшатнувшуюся женщину — если вы так боитесь слухов… меня же наши расспрашивать будут почему ухожу… Кстати, охранник наверное тоже нас слышал, просто не сообразил еще кто это был, а так подтвердит все. Чтобы я ушел молча — давайте на прощание сделаем друг другу приятное?

Она ошарашенно смотрела на меня, даже не отреагировав когда моя рука поднялась вверх по ноге до промежности.

— Да как ты…!

— Это уж как хотите, но я вас честно предупредил. Как решите так и будет.

На лице Инны Альбертовны явственно отразилась работа мысли. Я замер, вдруг поняв что, наверное, перебрал с наглостью. Вдруг она, приняв какое-то решение, метнулась к двери. Ну все — уныло успел подумать я — Сейчас позовет охрану и меня выкинут отсюда, а возможно и помнут слегка. Однако, вопреки пессимистичным ожиданиям, она только повернула ключ в двери и шагнула обратно, на ходу подтягивая узкую юбку.

— Черт с тобой. Только быстрее, у меня совещание через полчаса.

Сегодня на ней были не чулки а колготки, да и трусики самые обычные, белые в голубую полоску. И то и другое осталось висеть чуть выше колен, а сама Инна Альбертовна приняла знакомую мне позу — грудью на столе. Сжимая в руке член я просеменил к ней, путаясь в сползших штанах и смело ткнулся головкой в подставленное отверстие, отчетливо видимое между выпуклых губок. Ох, зря я сделал это так резко. Вскрикнули мы одновременно. Больно-то как! Из-за отсутствия смазки по головке как наждаком провели.

— Ви-ить… ну нельзя же так… — всхлипнула она.

— Тогда начнем с другого — решил я, разворачивая ее и укладывая спиной на стол.

Инна Альбертовна даже спорить не стала, и более того, сама задрала ноги кверху, давая мне полную свободу.

Мой язык ввинтился между губками, устремившись к клитору. Горошинка с готовностью отозвалась на мои действия, увеличиваясь в размере. Вскоре я уже мог, растягивая губки пальцами, не только облизывать ее, но и схватить губами, втягивая в рот и посасывая. Инна Альбертовна тихо постанывала, а я так увлекся, что пропустил момент, когда подбородок покрылся истекающей из нее влагой. Спохватился, выпрямился, торопливо воткнул член. Вот теперь вошло легко, плавно, с легким сопротивлением неохотно раздвигающихся стенок вагины. Инна Альбертовна несколько раз судорожно вдохнула, сопровождая это сокращениями мышц влагалища и снова расслабилась, устроив ноги у меня на плечах:

— Быстрее, а то скоро люди собираться начнут.

— Стараюсь… — пропыхтел я, торопливо дергая тазом.

Ее вагина, казалось, создана специально для меня. Плотно охватывающая член, но позволяющая ему свободно скользить внутри, при этом чувствуя массирующие ствол мельчайшие подробности рельефа. Иногда сжимающаяся в глубине, вынуждая с силой проталкивать головку сквозь возникшую преграду, иногда непроизвольно сдавливающая весь член, погруженный в нее, точно не желая выпускать. Я наслаждался этим, не торопясь и нарочно затягивая процесс.

— Ну скоро ты? — поторопила меня Инна Альбертовна.

— Только после вас…

— Что?

— Ну не могу же я кончить раньше дамы…

— Я не могу в таких условиях! Или хочешь чтобы я притворилась?

Я, однако, и сам понял что пора заканчивать. Сдвинул ее бедра, толкнул их от себя, посмотрел вниз, на то как в безволосой промежности, широко раздвинув выпуклые губки блестящий от смазки стержень погружается вглубь ее тела. Ускорил толчки, размашисто врываясь в тесную вагину и почувствовал что сперма уже готова брызнуть из меня. Как и вчера, в последний момент выдернул член и воткнул его в анус, опять неглубоко, одну головку. Инна Альбертовна, наверное, ожидала чего-то подобного, так как не издала ни звука, только болезненно поморщилась. Я поборол соблазн втолкнуть член поглубже, дождался пока выльются последние капли, извлек свой орган и помог даме встать.

— Доволен? — раздраженно поинтересовалась она, натягивая трусы и не глядя на меня.

— Ага. — застегнул я штаны, сгреб со стола листок и направился к двери. — И как и обещал, никому ничего не скажу.

— Стой!

— Что такое? — притормозил я.

— Дверь не открывай пока не оденусь. — пояснила она, разобравшись с трусами и берясь за колготки.

Я подождал пока она натянет и их, поправит юбку, усядется на свое место и только тогда покинул кабинет, прошествовав мимо сидевшей все это время в приемной Надьки.

Уволили меня в один день. Забежав за вещами, я огорошил новостью всех наших девчонок, на все вопросы отвечая что нашел место лучше и сейчас туда тороплюсь, а подробности как-нибудь потом. Забежал попрощаться в Ленкин отдел, шепнув ей что если что — мой телефон у нее есть. А больше прощаться было и не с кем.

После увольнения с Иркой я еще встретился случайно пару раз на улице, после чего, заскочив к ней на минутку, уходил утром, невыспавшийся, выжатый досуха, с побаливающим членом и приобретенным полезным опытом. Светка до сих пор появляется у меня пару раз в месяц, отвести душу в постели. Причем в последнее время ее потянула на эксперименты, в результате чего она лишилась девственности в попке, была трахнута связанной, а так же попробовала два члена сразу — мой собственный и и принесенный ею резиновый. Сейчас у нас на очереди глубокий минет, но с этим у нее пока получается плохо, а точнее — никак. Ленка тоже навещает меня регулярно, особенно после их оргий на работе. Как она говорит — в психотерапевтических целях, чтобы утром просыпаться рядом с мужиком. Разумеется, за это ей приходится расплачиваться всеми возможными способами и отверстиями. Разве что иногда я делаю исключение для вагины, когда ей и без меня достается от ребят.

А новую работу я нашел довольно быстро. У меня там все хорошо, не хуже чем было, а в деньгах даже и получше. Но вот коллектив чисто мужской. И от того я иногда скучаю по временам, проведенным мной в бабьем царстве.