Уютный загородный клуб. Часть 3

Уютный загородный клуб. Часть 3

— Дорогая, где ты была? — спросил Уолтер Каннингем свою жену, когда она вернулась в бар.

— Мне срочно нужно было уладить кое-какие дела в офисе, дорогой, — ответила Грейс.

— Ооо… Твоя работа никогда не заканчивается?

— Всегда, что-нибудь находится… Уолтер, давай лучше потанцуем… — сказала она.

Брови Уолтера приподнялись.

— Ты приглашаешь меня танцевать? Конечно, я с удовольствием!

Он кивнул своим джентльменам-собутыльникам.

— Ребята, я вернусь после того, как станцую вальс со своей женой…

Грейс улыбнулась… Обычно муж проводил танцевальный вечер, напиваясь в баре…

После танца и моего символического выступления перед участниками мне придется позаботиться о второй части моего план… Алан Эдвардс! –подумала она, беря мужа под руку.

Уолтер и Грейс прошли мимо Терезы и Эйлин, которые было окружены вниманием нескольких молодых людей.

— Твой отец пил? У него красное лицо… — прошептала Эйлин, наклонившись к Терезе.

— Что еще он мог делать? — прошептала Тереза ей в ответ, — Моей мамы не было почти час…

— Ого! С кем?

Лицо Терезы было на удивление спокойным, она не пвырожало ни капли гнева.

— Неважно…

— Ооо… — понимающе ответила Эйлин.

— Забудь об этом, — сказала Тереза, — Как только они закончат танцевать, я попрошу своего папу потанцевать со мной. Подожди немного, а потом вмешайся…

— Вмешаться? — спросила Эйлин, как будто это была какая-то ужасная идея.

— Да, вмешайся! Просто похлопайте меня по плечу, и я отойду в сторону… Затем ты танцуешь с ним и дальше по плану…

— Я не могу, — сказала Эйлин.

— Ты должна!

— Я не хочу!

— Ты хочешь! Эйлин! Разве ты не хочешь узнать, что такое настоящий зрелый мужчина? — спросила Тереза.

— Конечно, хочу, ты же знаешь, — сказала Эйлин.

— Тогда просто спроси его… Все, что он может сделать, это сказать нет… Но он не сделает этого… Я знаю, что ты ему нравишься!

— Тогда почему он не пригласил меня? — прошептала Эйлин.

Тереза вздохнула.

— Потому что ты слишком молода… Он же не может ходить и устраивать спектакли для девочек нашего возраста… Что, если мы запаникуем и расскажем кому-нибудь? У него были бы большие неприятности… Он женат, и он должен играть круто…

— Возможно, ты права… — сказала Эйлин.

Грейс прижалась к Уолтеру всем телом, но он, казалось, этого не замечал. Его движения были слегка неуверенными, когда он вел жену по залу.

Он самый красивый мужчина здесь! — сказала Грейс себе, смотря на него, — Красивый и богатый… Половина женщин сделали многое, лишь лечь с ним в постель… Но он мой! Только мой! Потому что я самая умная, самая красивая и самая потрясающая женщина в этом зале!

Уолтер скользил глазам по танцполу. Все, что он видел, это стареющие полные тела с перетянутыми поясом задницами…

Печальная участь, — подумал он, — Грейс несомненно здесь самая красивая…

Его взгляд упал на Эйлин и Терезу, сидящих в углу в окружении молодых людей.

Есть два прекрасных создания, — размышлял он про себя, — Два молодых, привлекательных и энергичных тела! Но к моему огромному сожалению… Одна моя дочь… Другая ее подруга…

Музыка закончилась.

— Возможно, нам следует поговорить… — сказала Грейс.

— Возможно, — ответил Уолтер, — Почему бы нам не напасть на Джеймсонов? Ты сможешь услышать все последние сплетни… А я могу услышать кое-что о продаже лодок…

— Хорошая идея, — сказала Грейс.

Но по дороге им повстречалась Тереза.

— Папа, пожалуйста, потанцуешь со мной? — попросила она.

Уолтер любезно улыбнулся.

— Если только твоя мама простит меня, что я не пошел общаться с Джеймсонами…

— Хорошо… Ты потанцуешь с Терезой, а я пока сама разберусь с Джеймсонами…

Снова заиграла музыка, Тереза взяла отца под руку. Она мило улыбнулась и прижалась к его ухоженному, приятно пахнущему телу.

— Наслаждаешься жизнью? — спросил он.

— Не слишком много, — ответила Тереза, — Все это довольно скучно…

— Ну, мы должны притворяться… — усмехнулся Уолтер, — Это меньшее, что мы можем сделать для твоей матери…

Терезе нравилось ощущение безопасности в нежных объятиях отца и плавность, с которой он вел ее. Он казался гораздо более трезвым, чем несколько минут назад. Его грациозные движения и нежное лидерство заставили ее полностью отдаться танцу. Грудь Терезы прижалась к груди отца, приподнявшись в ее топе.

Уолтер непроизвольно опустил глаза вниз, глубокий вырез топа Терезы позволяли ему видеть большую часть груди дочери. Он видел, где заканчивалась линия ее загара и начиналась чистая белая кожа… Видел часть ореолов и напряженную выпуклость возбужденных сосков…

Уолтер спохватился и поднял глаза… И глубоко вздохнул…

— Ты сегодня самая красивая девушка в этом зале! — прошептал он.

Тереза покраснела.

— А ты самый красивый мужчина!

— Даже красивее, чем твой спасатель? — спросил он.

Но прежде чем Тереза успела ответить, она почувствовала, как кто-то похлопал ее по плечу. Она обернулась и увидела встревоженное лицо Эйлин.

— Что это? — спросил Уолтер, — Вечер танцев со стариками?

— Нет, пап… Это вечер танцев с самым классным мужчиной в зале! — сказала Тереза.

И уступила свое место подруге. Эйлин застенчиво заняла ее место. Она неуверенно прижалась к телу Уолтера.

Уолтер не мог придумать, что сказать это милому юному созданию, оказавшемуся вдруг в его руках.

— Эйлин, тебе нравится сегодняшний вечер? — это было единственное, что пришло ему на ум.

— Теперь, да! — застенчиво ответила она.

Ответ своей прямолинейностью смутил Уолтера, он замолчал, не представляя, что еще сказать.

Мужчина уверенно вел свою партнершу в идеальном ритме музыки, чувствуя, как ее стройное изгибающееся тело все сильнее и сильнее прижималось к его телу. Он почувствовал, как ее рука скользит по его спине, а ее бедра прижимаются к его бедрам. Как ее упругий живот трется об его промежность. Уолтер представил ее такой, какой видел ее много раз в своем доме. С Терезой… Обеих в купальниках… Тереза была полнотелой, сочной штучкой с большой грудью и округлым задом. Эйлин же была привлекательной своей элегантностью и стройностью. Ее груди были далеко не такого размера, как у его дочери, но они все равно были очаровательны. Он много раз раздевал ее глазами, когда они этого не видели, представляя ее обнаженной. Ее груди в виде широких конусов без достаточной массы, были прекрасны. Ее соски были восхитительны подростковой розовой плоти.

Уолтер глубоко вдохнул и почувствовал невероятный запах чистоты ее длинных рыжих волос. У Эйлин была белая нежная кожа, которая категорически отказывалась загорать. И она всегда была осторожна на солнце, легко обгорая. Ее веснушчатое лицо напомнило ему о былых временах, когда девочкам не разрешалось носить что-либо столь вызывающее, как макияж.

Уолтер вдруг понял, почему Эйлин ему нравилась. Отсутствием макияжа… Он смотрел ей в лицо и не видел ничего, кроме чистой, здоровой кожи. Ее глаза были чистыми и ясными, на губах не было и следа помады, только естественный цвет. Ее губы всегда вызывали у него желание поцеловать…

Эйлин почувствовала, как член мужчины напрягся в его штанах и упирается ей в живот. Она едва могла дышать, чувствовала себя такой возбужденной и нетерпеливой. И он, казалось, совсем не возражал и на самом деле он выглядел так, как будто ему это нравилось. Он так хорошо пах… И так грациозно танцевал… И держал ее так, словно она была хрустальной, ценной и желанной. Он смотрел ей в глаза, и Эйлин поняла, о чем он думал…

Все, что ей сейчас нужно было сделать, это набраться смелости, как и сказала Тереза.

— Мистер Каннингем, — прошептала Эйлин.

— Да, дорогая? — ответил он.

— Вы думаешь, я слишком молода?

— Слишком молода? Конечно, нет! — улыбнулся он.

— Хорошо… И я тоже не думаю, что вы слишком стары для меня.

— Не слишком стар для чего?

— Чтобы… Завести роман со мной!

Уолтор удивленно и задумчиво смотрел на Эйлин. Ее лицо начало заливаться краской, она почувствовала жар по всему телу…

— Нет, нет… Ты не слишком молода и я не слишком стар, Эйлин. Но я действительно думаю, что тебе было бы лучше быть ближе с кем-то своего возраста…

Слова пронзили ее, словно нож, но она не могла и не хотела отступить.

— Мистер Каннингем… Я не знаю… Я думаю… Я хотела бы, чтобы меня научил всему кто-то более зрелый… Кто-то, кто знает, что и как делать…

Он мягко и тепло улыбнулся. Его глаза осветились радостью лести.

— Тогда ты пропустите удовольствие от открытий и приключений…

— И от ошибок, — добавила она.

— Мы все совершаем ошибки, Эйлин, — любезно сказал он.

Музыка закончилась. Девушка выжидающе смотрела ему в глаза. И Уолтер понимал, что сейчас не время и не место…

— Эйлин… Я уверен, что совершаю большую ошибку, не заводя с тобой романа… Возможно, если бы все было по-другому, мы могли бы…

Он проводил ее, обратно к Терезе. Эйлин посмотрела на Терезу и смущенно пожала плечами.

— Я пыталась… И я проиграла… Я чувствую себя ужасно… Он был так добр ко мне…

Тереза кивнула и подмигнула ей.

— Не все потеряно, дорогая… Не все потеряно… Посмотрим, как все дальше повернется…

Уолтер Каннингем пытался не думать о Эйлин, присоединившись к своим приятелям за столиком в баре. Но один вопрос не давал ему покоя.

Как у такой юной и такой невинной девушки хватило смелости сделать ему такое предложение? Если Эйлин способна на это, на что тогда способна моя дочь?

Он пытался отделаться от этой мысли и уделить внимание мужчинам за столиком, но это не получалось. Вместо этого он уставился в окно на бассейн, на прозрачную голубую воду с подсветкой, на красивого молодого спасателя, одетого в костюм и скучающего у бассейна. Затем на его глаза попала Грейс. Она на мгновение остановилась около спасателя, а потом направилась в свой кабинет.

Менее чем через пять минут Уолтер увидел, как Алан неторопливо пошел в кабинет Грейс. Он изумленно покачал головой и заказал себе еще напиток…

Грейс не стала теряла времени, и как только Алан вошел в ее кабинет, она жестом пригласила его сесть на диван. Ее лицо было решительным и серьезным, у нее не было времени на любезности…

— Я хочу, чтобы ты вернулся к Терезе, — решительно заявила она.

— Что? — спросил Алан.

— Ты слышал меня… Я хочу, чтобы ты вернулся к Терезе! И на данный момент мы закончили…

— Эээ… Почему? Совсем недавно ты хотела совсем другого…

— В первую очередь, потому что я не должен был уводить тебя от нее…

Но Алан не устраивал этот ответ.

— Ты предложила мне сделку… И она меня полностью устраивает…

Грейс покачала головой.

— Прости, Алан! Поверь мне… Я наслаждался этим ничуть не меньше тебя, но… Мы должны остановиться… Мы должны вернуть все так, как было…

Алан поднялся на ноги.

— Вернуть вещи на место? Это невозможно! Как я могу просто забыть тебя и вернуться к ней, как будто ничего не случилось?

— Ты сможешь это сделать…

— А что, если она меня не примет?

— Она примет…

— Но… Почему? Скажи мне, почему! — потребовал Алан.

— Потому что я хочу держать ее подальше от Джонни Карвела! Вот почему… — злобно огрызнулась Грейс.

— О! Так что, я теперь достаточно хорош для нее? Что за игра? Я что, по-твоему какая-то шахматная фигура, которую ты можешь передвигать по своему желанию, когда хочешь и куда хочешь?

Грейс начала злиться, она не ожидала, что Алан упрется.

— Послушай, идиот! — она повысила голос, — Я предлагаю тебе все, к чему ты стремился с самого начала! Моя дочь твоя, без всякого вмешательства с моей стороны!

— И я должен отказаться от тебя?

Грейс решительно кивнула.

— Абсолютно!

— Я не могу… — сказал он, — Я просто не могу включать и выключать себя… И мне действительно понравилось быть с тобой! Я не могу от этого отказаться!

— Между нами все кончено! — заявила она.

— Тогда черт с вами с обоими! Можешь уволить меня! Но ни ты, ни Тереза мне не нужны! Я вообще не собираюсь иметь ничего общего ни с тобой, ни с твоей дочерью! — сказал Алан, направляясь к двери.

— Подожди! Пожалуйста, Алан, не делай этого… Мне нужно, чтобы ты сделал Терезу счастливой и держал ее при себе, подальше от него!

Он резко обернулся.

— А как насчет моих потребностей? Они вообще считаются? Нет! Черт возьми! Не для тебя!

Грейс смотрела на него.

Он прав! Единственными потребностями, о которых я сейчас беспокоюсь, это потребности Терезы.

Она посмотрела на Алана и улыбнулась.

— Я позабочусь о твоих нуждах прямо сейчас, — Грейс улыбнулась, глядя на Алана, — При условии, что ты пообещаешь мне, что, хотя бы, попытаешься помириться с Терезой…

Алан фыркнул.

— Отлично! Просто великолепно! Откупаешься от меня своим телом!

— У меня нет выбора, Алан. Меня заставляют это делать. Ты же знаешь, я бы никогда тебя не бросила, если бы у меня был выбор.

Грейс подняла руки, положила их на свою грудь и сжала ее. Алан сглотнул.

Вся эта чертовщина становилась слишком фантастической… Если я откажусь от нее сейчас, то потом просто пожалею об этом. И если возвращаться к Терезе… То это только на моих условиях! И с бюджетом! Синица в руке лучше, чем две в небе!

— Хорошо, — сказал он, — Но я не могу гарантировать, что она примет меня обратно, даже если я буду ее умолять!

— Ты справишься с ней! — сказала Грейс, — Теперь давайте позаботимся о твоих насущных потребностях…

Грейс нравился Алан. С ним было просто и весело. Он не унижал ее, не требовал денег, его секс был чистым и аккуратным. Она знала, что платит дорогую цену ради своей дочери, но это стоило того, лишь бы Джонни больше не прикасался к ней.

Грейс встала на колени перед Аланом и расстегнула ширинку его брюк. Ловкими пальцами она проникла внутрь и вытащила его твердый член. Она почувствовала, как мышцы ее ануса напряглись от боли, и вздохнула с облегчением.

Слава Богу, Алан не проявляет интереса к анальному сексу.

Грейс поцеловала влажными губами его твердый член. Затем она языком провела по стволу и вернулась обратно к головке. И лишь затем она накрыла ее губами.

Алану нравилось ощущение ее мягких губ, обернутых вокруг его члена. Ее волосы не мешали ему наблюдать, как ствол погружается в ее рот глубже и глубже. Грейс удалось заглотить головку пениса глубоко в горячие объятия ее булькающего горла. Затем она отстранилась, позволив члену выскользнуть изо рта.

Грейс расстегивая платье… Она знала, что могла бы отложить это до завтра, но в последнюю минуту решила сегодня довести дело до конца.

Алан быстро снял штаны и рубашку и стоял, ожидая, когда Грейс скинет туфли и снимет чулки и нижнее белье.

— Подожди, — сказал он, — Чулки не снимай…

— Конечно, Алан… Все, что захочешь!

Ему нравилось видеть ее в чулках и поясе с подвязками, которые спускались с талии по ее бедрам вниз. Это напомнило ему старые порнографические фотографии, где все женщины носили пояса с подвязками. Эти фотографии всегда казались ему более похотливыми.

Большие сиськи Грейс мягко покачивались, когда она подошла к нему. Он почувствовал жар ее тела, когда она нетерпеливо прижалась к нему. Она глубоко погрузила свой язык ему в рот. Его твердый член терся о верхнюю резинку розового пояса с подвязками. Ее руки не спеша переместились вниз, чтобы обхватить его задницу. Алан прижался пенисом к ее животу. Губы Грейс переместились с его губ на его шею и ухо. Ее палец скользнул в складку его задницы, погрузившись внутрь анальной долины.

— Я буду скучать по тебе, — прошептал Алан.

— Я тоже, Алан! Я тоже… — вздохнула она, кладя руку на его возбужденный пенис.

Она гладила член крепкой хваткой и наблюдала, как наливалась кровью пульсирующая головка. Рука Алана была на ее промежности, массируя ее половые губы. Ее бедра мягко прижимались к его руке. Он водил пальцем по кругу, лаская клитор и заставляя ее счастливо стонать от удовольствия. Палец проник глубоко во влагалище, исследуя гладкость его стенок.

Грейс легла на диван, широко расставив ноги, Алан встал на коленях между ними. Он опустил глаза, посмотрел на блестящие алые губы, обрамленные черными короткими волосиками.

— Ты такой хороший, Алан, — вздохнула она, — И я тебе совсем не гожусь… Ты будешь намного счастливее без меня…

Искренность ее слов, не тронула Алана. Он не стремился к добру ни с Грейс, ни с Терезой. То, что он хотел от них, не имело ничего общего с тем, о чем Грейс ему сейчас сказала. Единственное, что он хотел от них, это их влагалища… Их горячие и влажные, легко возбуждаемые, влагалища!

Грейс приставила его инструмент к своей жаждущую дырочке.

— Пожалуйста, полегче, — вздохнула она, когда большая головка начала медленно погружаться внутрь.

Теперь, когда она попросила его быть с ней помягче, хотя ей больше нравился жестко и быстро, волна ревности накрыла Алана. Он понял, чем занимались здесь Грейс и Джонни ранее целый час.

Алан вошел легко, даже очень легко. Его пенис скользнул по липким стенкам влагалища, ощутив невероятный жар и мгновенную дрожь. Он нежно погружался, пока не проник полностью. Грейс мягко приподнялась к нему и грациозно покачалась из стороны в сторону. Ей нравился твердый член молодого человека, и то, как он полностью заполнил ее.

Алан опустил руки под ее задницу, обхватил теплые щеки ее задницы и поднял ее. Киска плотно прижалась к основанию его пениса. Он опустил ягодицы, когда вышел, а затем поднял, когда снова вошел.

Глаза Грейс были закрыты, она глубоко дышала. Член Алана заставлял вибрировать ее влагалище до приятного безумия. Его сильные руки и крепкое тело приводили ее в восторг. Твердые мышцы его хорошо развитых бедер приятно ощущались на фоне гладкости ее собственных бедер.

Она ласкала его внутренней стороной своих бедер, потирала ступнями о тыльную сторону его ног. Алан почувствовал электрическое трение ствола о ее кожу и волосы. Это было невероятно возбуждающее ощущение. Он стал двигался быстрее, с большей силой и напором погружаясь в горячую пи…ду.

— Ооох! — простонала она.

Но Алан не мог и не хотел останавливаться.

Тело Грейс извивалось под ним, она крепко обхватила его ногами.

— Да… – выдохнула она, — Да, Алан! Сделай это со мной! Позвольте себе расслабиться…

Его голая задница поднялась высоко в воздух и с огромной силой обрушивалась на ее киску резким, мощным толчком. Это было жестко… Жесче, чем обычно… Пенис горел от трения… И Алан это заметил. Он подумал, что у женщины в организме не так много влаги, и после того, как она трахнула Джонни некоторое время назад, она, скорее всего, иссякла.

Грей ощутила сухость во влагалище, но она проигнорировала это в пользу большого удовольствия. Твердость ее клитора грубо царапала основание члена Алана. Он крепко держал Грейс за задницу и поднимал ее с каждым новым глубоким заходом. Его палец скользнули в расщелину и прижался к ее анусу. Грейс немного напряглась и попыталась качнуть задом в сторону, но не могла. Палец Алана впился в болезненное кольцо ее задницы.

— Оооох! — она кротко застонала, когда палец глубоко вошел в отверстие.

Сильный оргазм пронзил ее тело, и Грейс яростно встрепенулась. Головокружительное удовольствие каскадом прокатилось по ее телу, заставляя ее живот содрогнуться, а соски превратить в твердые камешки. Она схватила Алана за задницу и покрутила пальцем глубоко в его заднице. Тело Алана начало бесконтрольно танцевать, когда он почувствовал, как ее палец шевелится у него внутри. Сначала было чертовски больно, и Алан хотел откатиться, но внезапно волны оргазма начали захлестывать и его. Он испытал все удовольствия оргазма, но из его члена ничего не выходило. Он грубо ввел свой член в липкое влагалище и засунул палец в ее задницу так далеко, как только мог.

Грейс крепко сжала пенис мышцами влагалища. Вскрик удовольствия сорвался с ее губ. Алан грубо вгонял в нее свой член. Он проникал глубоко, жестко долбя ее киску и заставляя ее тело биться в конвульсии…

Пенис Алана взорвался, выплеснув потоки горячей спермы в полость ее влагалища. Поток спермы заставил тело Грейс снова взбеситься. Затем она почувствовала, как сперма начала вытекать из ее киски… Белый сок сочился из щели вниз в складку ее задницы, где палец Алана все еще продолжал двигаться в ее дырочке.

— Ооо… Алан, ты так хорош… — выдохнула она.

— Мы расстались навсегда? — спросил он.

Она улыбнулась и поцеловала его в щеку.

— Лето скоро закончится… Тереза вернется в школу… И когда она уедет, возможно, мы сможем иногда встречаться…

— Но сейчас я должен отвлечь Терезу от твоего выбора номер один?

— Он не мой номер один! Это единственный способ разлучить их!

Алан пожал плечами. Он не мог до конца понять, на какие крайности готова идти эта женщина, чтобы защитить свою дочь. Казалось, что каждый шаг, который она предпринимала, чтобы убедиться, что Тереза в надежных руках, вызывал обратное действие. И Тереза явно была настроена против Грейс, но Алан решил промолчать. Не в его правилах было делать какие-нибудь предположения, особенно когда его любезно переводили из одной первоклассной киски в другую.

— А теперь возвращайся, — сказала Грейс, — Забудь о дежурстве у бассейна и найди Терезу. Пригласи ее на танец, и скажи, что между нами все кончено…

— Она знает о нас? — с удивлением спросил Алан.

— Да, она знает. Скажи ей, что ты порвал со мной… И что ты предпочитаешь молодых девушек, а не старых кошелок…

Алан, усмехаясь, наблюдал, как Грейс одевала платье, любуясь ее телом.

Напитки показались Уолтеру пресными. Он сидел за столиком и смотрел в окно. Он видел тусклый свет в окне кабинета жены. Почти полчаса ничего не происходило. Никто не выходил из кабинета и никто не входил. Он понимал, что происходит внутри и что делают его жена и этот молодой спасатель. Но Уолтер так же знал, что молодой человек был нынешним парнем Терезы. Он сокрушенно покачал головой.

Все происходит… Слишком быстро… — сказал он себе.

Мужчина не был в курсе последних событий.

Сделав еще один глоток, Уолтер медленно поднялся на ноги.

— Куда ты, Уолтер? — спросил его Билл Хендрикс.

— В туалет… — пробормотал он.

Уолтер прошел в дальний конец зала, он больше не хотел смотреть в окно, и заметил Джонни Карвела…

Интересно… Видел ли Джонни, как Алан входил в кабинет Грейс? — усмехнувшись, подумал он, — Ему бы не понравилось это! Забавная ситуация… Я думаю, что Джонни Карвел был бы больше расстроен ненасытными сексуальными привычками Грейс, чем я… Ее собственный муж…

Уолтер давно знал, что у Грейс на стороне были отношения. Но это его не сильно беспокоило. Он и сам был не против повеселиться на стороне. Его полностью устраивало, что жена с энтузиазмом принимала его извинения по поводу того, что он допоздна задержится в офисе.

Каждый из нас играет на своем поле… Моногамия просто не была нашим коньком… Но… Грейс всегда держала свои дела в тайне… И это было для всех удобно… Но Алан… Это совсем не похоже на Грейс… Связаться с парнем своей дочери… Да еще на глазах любовника-бармена… Это очень опасно… Последствия могут быть очень плохими… Для всех!

Уолтер оторвался от своих мыслей и увидел Эйлин, приближающуюся к нему. Его глаза наслаждались гибким покачиванием ее бедер и грациозным покачиванием ее рыжих волос.

Она остановилась перед ним, опустив глаза.

— Эйлин?

— Мистер Каннингем, — сказала она, — Я должна извиниться за свое поведение… Я…

Брови мужчины взлетели вверх.

— Почему? – остановил он ее, — Не нужно извинений…

— Я была очень дерзкой… Я не имела права так разговаривать…

Уолтер приподнял ее лицо за подбородок. Их глаза встретились.

— Ты не сделала ничего плохого… Ты была честна и искренна… Твои слова были приятны для меня…

— Но я ошибалась! Я думала, что ты примешь меня…

— Я был неправ, дорогая, что не сделал этого…

Его слова застали ее врасплох. Эйлин с удивление и надеждой смотрела на него.

— Неправ?

Он кивнул.

— Если ты простишь старику отсутствие ясного мышления… Я бы хотел изменить свой ответ с нет на да…

— Да? — переспросила она.

— Если ты этого хочешь, конечно… — добавил Уолтер.

— Когда? — ее лицо засияло от радости.

Уолтер обвел взглядом зал и это напомнило ему об исчезновении его жены.

— В деловом мире есть старая поговорка… Нет лучшего времени, чем настоящее…

Тереза стояла у чаши с пуншем и наблюдала за отцом и Эйлин, через плечо молодого человека, пытавшегося привлечь ее внимание. Когда Тереза увидела, как ее отец небрежно пошел к боковому выходу, а Эйлин, вместо того, чтобы вернуться обратно, медленно пошла к главному входу, она поняла, что была права на счет отца и подруги. Пульс Терезы застучал в висках, и она почувствовала приятный трепет. Мысль о том, что Эйлин потом расскажет ей все об этом, в мельчайших подробностях, каково это спать с ее отцом, заставила тело Терезы наполниться возбуждением.

Эйлин прошла через парковку, как сказал мистер Уолтер Каннингем. Дойдя до края поля для гольфа, она остановилась и стала ждать в темноте. Мягкий шум электродвигателя стал все громче. А потом появился он, электрический гольф-кар с полосатым тентом и с надписью «Терра-Мар клуб» сбоку. Он остановился перед Эйлин.

— Надеюсь, они не заметят, что это пропало… — улыбаясь, сказал Уолтер Каннингем.

Эйлин села рядом с ним.

— Куда мы едем?

— В мое тайное убежище, моя дорогая, — засмеялся он, вдавливая педаль в пол.

Они пронеслись мимо песчаных ловушек, мимо рощи деревьев, а затем резко повернули к краю поля. В лунном свете Эйлин увидела остроконечную крышу небольшого здания, почти скрытого деревьями и кустарниками, окружающими поле.

— Там? — спросила она.

Уолтер кивнул, ища небольшую дорожку, ведущую к дому. Ветви небольших деревьев хлестали по крыше гольф-кара, когда он маневрировал. Внезапно они оказались перед коттеджем. Эйлин посмотрела на старый красивый дом с плющом на стенах.

— Что это за место? — спросила она.

— До того, как земля была куплена клубом, здесь было поместье. Это одно из немногих сохранившихся зданий. Это коттедж смотрителя…

— Здесь сейчас кто-нибудь живет? — спросила Эйлин.

— Нет. Мы собираемся здесь вечером по средам поиграть в покер…

Уолтер достал из кармана ключ и отпер входную дверь. Большой зал на первом этаже был украшен длинной барной стойкой, несколькими кожаными креслами и круглым карточным столом, покрытым зеленым бархатом.

— Это действительно место для мужчин…

— Да, здесь мы играем в карты…

— На деньги? — спросила она.

— И на деньги… — усмехнулся он, — И на другие вещи…

— Какие еще вещи?

— Следуй за мной, — сказал он, осторожно поднимаясь по лестнице.

Уолтер чувствовал себя прекрасно, он прекратил пить как раз вовремя. Больше было бы слишком, меньшего недостаточно, чтобы поддерживать приятное и беззаботное чувство, которое у него сейчас было. Он знал, что нарушает твердое правило клуба, приводя сюда Эйлин, но ему было все равно.

В конце концов, я же президент клуба в клубе! И они все равно никогда не узнают…

Добравшись до верха лестницы, он остановился в темноте, поджидая Эйлин. Она слегка в темноте налетела на него.

— Ой, прошу прощения, мистер Каннингем…

Он нежно обнял ее за плечи и тихо прошептал ей на ухо.

— Ты должны пообещать, что все, что ты увидишь и услышишь здесь, останется строго между нами…

Ее лицо засияло от волнения тайны.

— Я обещаю! — сказала она.

Он притянул девушку к себе и нашел ее губы, она жадно ответила на поцелуй. Их губы плотно прижались друг к другу, ее язык с любопытством скользнул в его рот.

Уолтер уже несколько лет не пробовал ничего настолько свежего и волнующего. Чистые, обнаженные губы Эйлин ласкали его, как мягкий шелк, нетерпение ее сосущего рта и исследующего языка бросило его чувства в вихрь возбуждения. От прикосновения ее гибкого, мягкого тела его обдало жаром, и он ощутил жесткую эрекцию. Эйлин почувствовала, как член мужчины поднимается и упирается ей в живот. Его руки спустились вниз с ее плеч, обхватили надменный изгиб ее ягодиц и подтянули их вверх, плотно прижав ее. Дыхание Эйлин мгновенно вышло из-под ее контроля. Девушка хватала ртом воздух, ощущая руки мужчины на своей заднице, массирующие ее ягодицы через ткань ее короткой юбки. Она чувствовала, как его пальцы проникают глубоко, зарываются между ее ягодицами, давящие на ее анус, заставляя ее ноги дрожать, а киску течь.

Уолтер отстранился и, взяв ее за руку, повел к двери в конце короткого коридора. Он открыл ее и включил свет. Посередине комнаты стояла огромная кровать с балдахином. Эйлин никогда в жизни не видела такой великолепной кровати и совсем не предполагала ее здесь увидеть.

— Очевидно, смотритель земли часто наслаждался любовными играми… — улыбнувшись, заметил Уолтер, — Говорят, что после смерти жены ему было чертовски трудно содержать… Горничных, гувернантку и дочерей владельца поместья. По слухам, кровать была подарком хозяйки дома…

— Я не могу в это поверить! Он такая большая! — воскликнула Эйлин.

Уолтер рассмеялся.

— По вечерам в среду каждый из нас вносит по двадцать долларов, чтобы нанять… Кого-то достаточно симпатичную, чтобы пошалить на этой замечательной кровати. Победитель в покер получает дополнительный бонус…

Эйлин села на край кровати. Она увидела, что Уолтер расстегивает рубашку и поняла намек. Она не хотела показаться неопытной, поэтому сбросила туфли и начала расстегивать блузку. Но ее кое-что интересовало…

— Сколько мужчин обычно играют?

— Шесть… — снимая штаны, ответил Уолтер.

Эйлин увидела огромную выпуклость в его шортах.

Шесть мужчин по двадцать долларов каждый… Счастливица получает сто двадцать долларов за одну ночь. Плюс она получает удовольствие провести ночь здесь! Я бы сделал это бесплатно! Ради того, чтобы просто иметь возможность поспать на этой кровати!

Уолтер был обнажен и ждал ее. Член Уолтера был большим… Пульс Эйлин забился слишком быстро. Она и раньше делала это с парнями, но никогда раньше она не занималась этим в постели. Обычно это было на заднем сиденье в машине после долгого, затянувшегося сеанса обнимашек с большим количеством выпивки.

Уолтер подошел к ней и помог ей снять блузку, затем он помог ей расстегнуть лифчик. Когда он увидел подростковую спелость ее маленьких, конусообразных грудей с заостренными сосками бежевого цвета, он облизнул губы. Они были именно такими, какими он их себе представлял.

Уолтер расстегнул ее юбку и позволил ей упасть на пол. На девушке остались чулки и маленькие трусики-стринги. Он не торопился, наслаждаясь тем, как спускал чулки по ее бархатисто-мягким бедрам… Уолтер чувствовал жар ее обнаженного тела, мог видеть, как мышцы ее живота дрожат от нервного возбуждения. Он зацепил пальцем за резинку ее белых трусиков, и все ее тело непроизвольно содрогнулось, а рука поднялась ко рту. Уолтер посмотрел ей в лицо и увидел, что ее глаза закрыты. Она была словно пластилин в его руках, боясь пошевелиться, боялась что-либо сделать, но позволяя ему делать все то, что захочет. Он потянул трусики вниз на ее бедра, на лобке он увидел рыжие волосы. Под ними виднелась верхняя часть ее щели… Ее задница была просто великолепна… Это было лучше, чем он себе представлял. Уолтер наклонился и поцеловал Эйлин в обе ягодицы. Он почувствовал, как ее тело затряслось, почувствовал запахи ее разгоряченной промежности и услышал глубокое хриплое дыхание. Она повернулась к нему, и он увидел ее застенчивое лицо. Она была смущена. Ее руки поднялись, чтобы прикрыть маленькую грудь, ноги были плотно сжались…

— Ты прекрасна, Эйлин, — Уолтер тепло улыбнулся.

— Я? — пробормотала она, запинаясь.

Его руки легли на ее бедра и притянули ее ближе. Он поцеловал каждый ее маленький сосок и наблюдал, как они отзываются твердыми бугорками красной плоти. Гусиная кожа покрыла ее грудь, а дрожь от дыхания заставила ее плечи непроизвольно качнуться вперед.

Уолтер обхватил ладонями прохладную полноту ее задницы и притянул ее дрожащее тело к себе. Ощущение ее легкого, извивающегося тела заставило его член пульсировать с силой. Но он не торопился. Его пальцы проследовали по ложбинке ее попки вниз, бедра Эйлин начали мгновенно реагировать.

Уолтер почувствовал мягкую ласку ее лобковых волос, трущихся о его член, почувствовал жар ее киски. Его рука проникла в ее промежность, ноги Эйлин раздвинулись. Пальцы Уолтера проникли горячую розовую плоть, из которой струился жар. Мужчина глубоко засунул палец в горячую и влажную уютную дырочку и покрутил им по влажным дрожащим эластичным стенкам молодой киски.

Эйлин целовала его губы, его лицо, его шею, пока его рука распаляла ее до предела. С паническим вздохом она хватала ртом воздух, вспышки яростного удовольствия начали отдаваться по всему ее содрогающемуся молодому телу.

Уолтер лег на спину, продолжая ласкать пальцем ее клитор. Эйлин потеряла всякий контроль и прильнула к енему, ее бедра прижались к его телу, она терлась своей небольшой грудью об волосатую грудь мужчины и плакала от счастья в его пропитанное слюной ухо.

— Оооох! — простонала она, когда потоки ни с чем не сравнимого удовольствия начали спадать.

Уолтер провел свободной рукой вверх и вниз по ее спине, вставляя палец глубоко в тугую пещерку, ощущая последние спазмы оргазма. Эйлин стала вялой, и истощенной, счастливой и удовлетворенной. Затем она почувствовала, как мужчина мягко усадили ее на кровать рядом с собой. Эйлин восторженными глазами посмотрела ему в лицо, ожидая указаний.

— Широко раздвинь ноги, — сказал Уолтер.

Эйлин послушно широко раскинула ноги, в приглушенном свете лампы мягкая плоть внутренней поверхности бедер блестела от влаги, вытекшей из ее влагалища. Уолтер посмотрел на набухшие ярко-розовые половые губы, на рыжие волосики, которые выглядели как язычки пламени, горящие в ее промежности.

Эйлин ожидала, что Уолтер оседлает ее, заполнив ноющую пустоту в ее влагалище своим твердым пенисом. Но он этого не сделал, вместо этого мужчина опустил голову между ее бедер, чтобы попробовать вкус ее трепетной киски. Он слизнул всю влагу с ее бедер, чувствуя, как дрожь вернулась в ее тело. По мере того, как его язык приближался к ее киске, она становилась все более напряженной, все более возбужденной. Уолтер провел языком вниз по розовой плоти, ее бедра задрожали и покрылась гусиной кожей. Его язык погрузился между губами и вонзился в узкий канал влагалища.

— Ахххх! — вскрикнула Эйлин, не в силах сдержать свои эмоции.

Уолтер никогда в жизни не пробовал более вкусной и более свежей киски. Он втянул губы в рот и засунул язык так глубоко, как только мог. Ее бедра сжали его голову, и она жадно выгнула свое гибкое тело к его лицу.

Уолтер лизал ее лобковые волосы, пока они не слиплись, сосал ее пупок, пока она не застонала от отвлечения. Она плакала по его члену, стонала от удовольствия, мечтая почувствовать в своей пылающей киске большой пенис.

Ее рука схватила член, потянула его, пытаясь направить его в себя. Но Уолтер не торопился, он наслаждался ее маленькими грудями и сморщенными сосками…

— Пожалуйста! Мистер Каннингем… Пожалуйста! Возьми меня!

Он поцеловал ее в губы, чтобы заставить ее замолчать. Схватил ее за бедра, высоко поднял их к ее плечам. Массивная головка плотно прижалась к влажным губам влагалища. Мужчина не сильно толкнул, и головка вошла внутрь. Эйлин глубоко вдохнула, чувствуя, как напряженный пенис проникает внутрь. Член Уолтера неуклонно продвигался все глубже и глубже. Ее упругая плоть дрожала под напором. Когда пенис погрузился на всю длину, Эйлин испустила болезненный стон.

Член двинулся в обратном направлении и почти полностью вышел. Затем снова погрузился вглубь, и снова до упора. Эйлин напряглась, ее живот сжался, а бедра яростно двинулись вверх и издала пронзительный крик. Внутри ее тела все задрожало…

Уолтер интенсивно двигал бедрами, загоняя пенис быстро и глубоко. Эйлин извивалась и приподнималась навстречу его члену. Судорожные захваты мышц влагалища сдавливали его член. Ее бедра двигались в такт с телом мужчины, принимая его пенис все глубже и глубже.

Он наклонился и схватил ее за задницу, его палец вдавился в нежную дырочку ее ануса. На ее лице появилось удивление, ее большие глаза широко открылись, капельки пота покрыли ее верхнюю губу, с ее губ сорвался глубокий вздох удовольствия.

Эйдин была молодой и сильной, нетерпеливой и желающей, и готовой к различным экспериментам, которые предлагал ей мужчина.

Уолтер, резко вонзая пенис во влагалище, покрутил пальцем в ее заднице. У Эйлин перехватило дыхание, она громко ахнула. К ней неминуемо приближался еще один оргазм. Уолтер поддерживал быстрый ритм. Девушка делала все возможное, чтобы сохранить контроль. Ее хриплое дыхание стало громче, она откинула голову назад и простонала:

— Ох, мистер Каннингем! Это так чудесно! Так здорово!

Уолтер замедлил шаг, его член таял в ее влагалище, словно воск в огне. Его пенис дрожал и вот-вот готов был взорвется. Он погрузил член глубоко во влагалище, как раз в тот самый момент, когда тело Эйлен воспламенилось в очередной бурной кульминации ее мышц. Сперма вырвалась из члена мощными струями белого крема. Эйлин почувствовала, как ее киска наполняется кипящими сливками, и она крепко прижалась к телу мужчины. Девушка была горда и польщена тем, что была наполнена спермой именно этого мужчины, который ей очень нравился и которым она восхищалась. Ее ноги обвились вокруг его тела, чтобы удержать его в этом положении навсегда.

Уолтер расслабился и позволил своему телу насладиться сладкими объятиями молодых бедер. Его бедра следовали за каждым всплеском спермы, чтобы погрузить головку его члена глубоко внутрь. Она радостно приподнялась, чтобы полностью принять каждый его толчок.

Безумный напор ослаб, пенис медленно двигался по хорошо смазанному влагалищу. Сперма прекратила свое извержение и Уолтер вышел из Эйлин. Она громко застонала от разочарования.

— Все хорошее когда-нибудь заканчивается… — прошептал он ей на ухо.

— Я знаю. Но это было так хорошо! Я бы хотела, чтобы это продолжалось вечно! — сказала она.

Лицо Эйлин светилось удовлетворением опытной женщины. И она больше не казалась Уолтеру подростком, она излучала свою зрелость, свою способность нравиться и быть довольной.

Мужчина сел на край кровати и сказал:

— Я знаю… Я хотел бы сделать это еще раз… Но, к сожалению, мне нужно немного отдохнуть…

— Мы можем вздремнуть? — спросила Эйлин.

Он покачал головой.

— Нет… Мне нужно вернуться на вечеринку…

— О, нет…

— Моя жена, возможно, закончила свои дела в офисе и будет меня искать…

— Да, конечно… Нам пора… — сказала она с разочарованием.

Импульсивно Уолтер повернулся к ней и спросил:

— Скажи, Эйлин, что происходит между Терезой и этим молодым спасателем Аланом?

— Аланом? Что вы имеете в виду?

— Они все еще встречаются?

— Нет! Больше нет… — Эйлин покачала головой.

— Почему?

— Ну… — начала она и тут замолчала.

Уолтер посмотрел на нее сверху вниз.

— У тебя не должно быть от меня секретов…

Она улыбнулась. У нее не было причин не говорить ему, Тереза не просила хранить тайну.

— Она собиралась с ним встречаться, но миссис Каннингем это не понравилось. Она сказала Алану держаться подальше от Терезы…

— Ооо? И как ей удалось его убедить? — бровь Уолтера приподнялась.

Лицо Эйлин вспыхнуло от смущения.

— Ох… Я не думаю, что мне следует говорить, мистер Каннингем…

— Я думаю, тебе следует, Эйлин, — он мягко коснулся ее щеки и сказал, — Я спрашиваю только потому, что хочу быть уверенным, что Тереза счастлива. Я знаю о делах своей жены…

— Терезе действительно нравился Алан… И она ужасно разозлилась, когда узнала… Что миссис Каннингем украла его у нее!

— Украл его? Она с ним спит?

— Да! Это страшно разозлило Терезу… Настолько, что она начала играть с парнем миссис Каннингем.

— С барменом? Джонни Карвелом?

Эйлин кивнула.

— Да… Она хотела показать своей матери, что двое могут играть в одну и ту же игру…

Уолтер встал и глубоко вздохнул.

— Что ж, мне лучше разобраться с этим беспорядком, пока он не зашел слишком далеко, — пробормотал он.

— Я поеду с тобой!

— Нет, — ответил он, — Ты останешься здесь и отдохнешь… После того, как я поговорю со своей женой… Я вернусь…

Эйлин скользнула под роскошные покрывала кровати. Ей очень понравилась эта идея.

— Хорошо, я буду тебя ждать…

Уолтер быстро оделся и пошел в ванную. Его разум был абсолютно ясен, действие алкоголя прошло. Он знал, что должен был что-то сделать, чтобы восстановить мир между двумя женщинами, которые жили с ним.

Прохладный вечерний воздух был приятен, когда он забрался в гольф-кар и повел его по дорожке к полю для гольфа. Он мчался на полной скорости на огни клуба. Он знал, что ему придется сказать Грейс, что он знает о ее похождениях и потребует немедленно прекратить их. И это привело бы его к ее обвинениям в том, что он часто работает допоздна. Все это могло вылилось бы в глупый спор о том, кто больше виноват. Но он собирался это сделать. Он готов был на все, чтобы спасти Терезу от пыток назойливой матери.

Грейс нашла Терезу в танцевальном зале. Грейс небрежно махнула дочери и не торопясь подошла к ней. Она бросила еще один презрительный взгляд на яркий вызывающий наряд Терезы и с трудом подавила желание сделать еще одно едкое амечание по этому поводу.

— Ты видела своего отца? — спросила она.

Тереза пожала плечами.

— Он был здесь совсем недавно… Разве ты была не с ним?

— Нет, я была занята в своем офисе…

Грейс внимательно обвела взглядом зал.

— Может он в баре?

Грейс покачала головой.

— Я пойду посмотрю… Если увидишь его, скажи, что я его ищу…

— Когда будешь в баре, передай от меня привет Джонни, — невнятно пробормотала Тереза.

— Я попрощаюсь с ним за тебя, моя дорогая… — Грейс усмехнулась своей дочери.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Я хочу сказать, что между тобой и Джонни Карвелом все кончено… Ты его больше не интересуешь.

Лицо Терезы покраснело.

— Я ненавижу тебя! — прошипела она, — Я…

Но Грейс не дала ею слушать. Она мило улыбнулась дочери и направилась к бару.

Тереза зло смотрела матери в спину, не позволив гневу выйти наружу. Она была рада, что не упомянула, что ее отец ушел с Эйлин всего несколько минут назад. Она хотела насладиться местью и правосудием, связав своего отца со своей подругой, но решила повременить и просто насладиться тайным знанием.

Грейс вошла в бар и огляделась. В последний раз, когда она видела своего мужа, когда он сидел за столом у окна с другими мужчинами. Но его стул был пуст. Мужчины все еще были там, пили и смеялись. Она собралась подойти к ним и их спросить, куда подевался ее муж, но остановилась… Она увидела, что из окна бара был виден и бассейн, и ее офис…

Он мог видеть… Как ко мне приходили и Джонни, и Алан…

Грейс сглотнула.

Как я могла быть такой беспечной? Почему последнее время все складывается против меня? Что теперь делать?

Заметив Джонни Грейс поспешила к нему.

— Грейс, что будешь? — спросил, улыбнувшись, он.

— Хватит болтать, Джонни… — холодно сказала она, — Ты видел моего мужа? Он был здесь совсем недавно…

— Да, он был здесь… — Джонни протер полотенцем стойку бара, — Он выпил довольно много напитков… И ушел…

— Куда он пошел? — с тревогой спросила она.

— Черт, я не знаю, — Джонни пожал плечами.

— Ты уверен? Или ты лжешь мне? — сказала Грейс, наклонившись ближе к парню.

— Честно, Грейс, я не знаю, куда он пошел!

— Когда он ушел? — требовательно спросила она.

Несколько человек в баре обернулись, на ее громкий голос.

Джонни начал готовить напиток. Грейс повернулась к нему спиной и невинно посмотрела на любопытствующих. Джонни поставил на стойку рядом с ее локтем стакан с коктейлем.

— Пятнадцать-двадцать минут назад… Может быть, полчаса… Я не смотрел на часы… У меня были другие дела… И мне некогда было присматривать за твоим мужем, — прошептал Джонни.

— У тебя есть какие-нибудь идеи, почему он ушел? — тихо спросила она.

— Конечно… — сказал он.

— И почему?

— Потому что ему надоело смотреть, как парни табуном ходят в твой офис… Включая меня… И этот спасателя…

Грейс взяла стакан и сделала большой глоток.

— Что произошло там между тобой и тем парнем? — спросил Джонни, — Он был там достаточно долго…

Грейс сделала еще один глоток.

— Я должен был сказать ему, что между нами все кончено… Ты же это знаешь… Что-то подобное нельзя сделать за две минуты…

— Тебе не потребовалось и пяти секунд, чтобы сделать это со мной! — прошипел Джонни.

— Ты взрослый мужчина, а он всего лишь маленький мальчик…

Джонни рассмеялся.

— Ты стала такой добросердечной! Беспокоишься о чувствах мужчин, которых бросаешь!

— Заткнись! — прошипела она. — Он был с кем-нибудь?

— Кто?

— Мой муж! Ты чертовски хорошо знаешь, кого я имею в виду!

— Нет… Все, что я видел, это как он встал и пошел в сторону танцев. Вот и все…

Грейс допила напиток и со стуком поставила стакан на стойку. Она была полна решимости докопаться до сути.

Когда она отошла от стойки бара пару шагов, Джонни, усмехнулся и покачал головой, с удивлением взяв ее стакан. Он добавил в ее напиток большую дозу алкоголя, и она выпила, не заметив этого. Со смешком он поставил его в мойку и снова протер стойку бара полотенцем.

Грейс вновь столкнулась с Терезой, дочь направлялась в бар, чтобы поговорить с Джонни о новостях, которые узнала от матери.

— Тереза! — остановила ее Грейс.

— В чем дело, мама? — презрительно спросила Тереза.

— Не говори со мной таким тоном! — прорычала Грейс.

— Чего ты хочешь?

— Ты солгал мне, не так ли? — спросила Грейс.

— Мама, я лгала тебе всю свою жизнь! Как и ты мне! Это единственный способ, которым я могу справиться с тобой. Довольна? А теперь оставь меня в покое? — заявила Тереза.

— С кем был отец, когда он ушел? И не пытайся сказать мне, что ты не заметила!

Грейс схватила Терезу за руку и крепко сжала.

— Отпусти меня! — прошипела Тереза.

— Скажи мне! Я знаю тебя достаточно хорошо, чтобы знать, что ты бы не позволил ему уйти, не заметив!

— Почему ты думаешь, что он ушел с кем-то? Может быть, ему стало противно от тебя и твоих блудливых похождений! И он просто пошел домой!

Ладонь Рука Грейс по дуге двинулась к лицу Терезы, но она вновь промахнулась, так как девушка вновь пригнулась.

— Ты сука! — прошипела Тереза, — Да, он ушел отсюда не один!

— Кто?

— Тот, кто заставит его почувствовать себя настоящим мужчиной! Тот, кто искренне ценит его!

— Черт возьми! Кто?

Тереза рассмеялась.

— Я не собираюсь тебе рассказывать! Все, что я скажу, это то, что она намного лучше, чем ты когда-либо была или есть сейчас!

Грейс была в ярости. Она отошла от Терезы и направилась к главному входу. Снаружи стояла их машина.

Куда бы он ни поехал, это было не на нашей машине… Он должен был быть где-то поблизости…

Она вышла на прохладный воздух. Ее ноги немели от ярости и алкоголя. Побыв на свежем воздухе какое-то время, она направилась снова в бар.

— Джонни, — прошептала она, подойдя к стойке бара.

Джонни поднял руку и жестом попросил ее подождать, пока он смешает напиток. Как только он закончил, он подошел к ней и поставил перед ней напиток. Она подняла бокал и выпила.

— Куда бы пошел мужчина, если бы нашел кого-то, с кем можно поиграть? — спросила она.

— Отель…

— Нет… — она покачала головой, — Я имею в виду здесь… На территории клуба…

— Твой офис… — спросил он.

— Прекрати, Джонни! Куда бы пошел Уолтер, если бы захотел побыть один?

Джонни на минуту задумался.

— Старый коттеджу… Вот куда я бы пошел, если бы у меня был ключ…

Грейс отшатнулась.

Конечно! — она развернулась побежала обратно на улицу, — Старый коттедж! Почему я об этом не подумала? Он и его приятели играют там в покер… И, Бог знает, что еще там делают!

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *