шлюхи Екатеринбурга

Зарисовки нашей семьи. часть 11

Уважаемый читатель прошу оценивать мою роботе, это позволит понять стоит ли мне писать дальше.

Мы поднялись в комнату, Бет растянулась на кровати.

— Ну, все пошло не так, как мы с тобой придумали, — начала она.

— Ну…, ее убедила, что это моя проблема. Но потом все пошло, немного по-другому.

— По-другому? Как? – я встревожено взглянул на Бет.

— Она первая спросила меня, девственница ли я, и я призналась, что нет. Она была очень удивлена, ведь они с Биллом, говорили об этом, он рассказал о том что он сделал для моей защиты. Затем мама сказала, что она не хочет знать, с кем и когда. Но для нее важно, чтоб это было добровольно и это доставило удовольствие. Я убедила маму, что все было очень хорошо. Потом мама немного помолчав спросила: «Бет, ты когда-нибудь чувствовала влечение к… эм, девушкам?»

Этот вопрос мы с тобой не рассматривали в фантазии, поэтому я должна была импровизировать. Я догадалась, к чему она клонит, поэтому застенчиво ей кивнула. «В школе было несколько девочек, которых, мне хотелось.. . ну, я бы хотела их поцеловать. Я не знаю, все было по-другому».

Она снова спросила. «Тебе интересно узнать, на что это будет похоже?» По ее лицу я видела, что она надеется. Она чуть приоткрыла губы, я видела кончик ее языка между ними, и она наклонилась ко мне, я чувствовада ее дыхание, я улавливала запах ее кожи. Затем…

Бет глубоко вздохнула, вспоминая. «Мы поцеловались, сначала чуть-чуть, потом еще, и наши языки соприкасались, это было так здорово».

— Вау, — выдавил я, — никогда бы не подумал, что мама тайно хотела тебя.

— Через некоторое время мы прервали поцелуй, — продолжила Бет, — и я видела, что она немного обеспокоена.

— Ты в порядке, Бет? Может, мне не стоило этого делать? – спросила она.

Я прижалась к ее щеке. «Все в порядке мама… Это было даже лучше, чем я представляла». Она повернудась, чтобы поцеловать мою ладонь, затем… мм… я и сейчас чувствую кончик ее языка на своей коже.

Бет бросила на меня почти грустный взгляд. Я знала, что после этого мы не сможем остановиться. Я взяла ее за руку, по очереди облизывала каждый ее палец себе в рот и касаясь их языком. Она вскрикивает. «Боже, да, Бет!», и мы снова целуемся.

— Я всегда представляла, что твоя грудь, потрясающая, — бормочу я. Она смотрит вниз, и понимает намек, мои пальцы не касаются обнаженной кожи, затем я провожу рукой вверх, я удивлена, она без бюстгальтера. Она смеется. «Ну, мы же в отпуске», — и я вижу ее румянец. «Биллу нравится, когда ничто не мешает». Мои пальцы продолжают двигаться вверх, я задерживаю дыхание, с трудом веря, что это происходит. Я касаюсь ее груди, она больше моей, такая полная, ее соски твердые. Она снимает топик, ммм, ее ареолы широкие, темные, и я не могу сопротивляться, я провожу языком по каждому соску.

— О боже, Бет, пососи их, — умоляет она, и ее соски твердеют один у меня во рту. Я останавливаюсь, чтобы снять футболку, расстегиваю бюстгальтер, и она обнимает меня, прижимает к себе, я чувствую, как ее груди прижимаются к моей груди, соски мокрые…

А этот момент мы услышали стук в дверь на первом этаже. Бет издала низкий звук разочарования.

— Бутерброды готовы, — послышался голос Билла.

— Спасибо, папа, — ответила Бет. Она глубоко вздохнула. «Закончить рассказ мне придется позже».

Мы спустились вниз, я украдкой взглянул на маму, пытаясь уловить хоть какой-то намек на то, что произошло очевидно, между ней и Бет. Она выглядела спокойной, и на долю секунды я задумался, не было ли все, что рассказывала мне Бет, одной из ее удивительных фантазий. Но потом я поймал взгляды, которыми обменялись мама и Бет, и будь я между ними, я бы моментально воспламенился, их взгляды вселили в меня уверенность, что Бет говорила правду.

Мы поужинали бутербродами, печеньем, потом, мама как всегда первой сладко потянулась.

— Давай, Билл, давай пораньше, мы можем встать рано и ярко, ты наконец сможешь показать мне те леса, в которых ты был.

Они исчезли в спальне, и я взглянул на Бет. "Хочешь увидеть, чем они занимаются?" Она покачала головой. «Я хочу закончить рассказ о том, что произошло сегодня днем». Я не нуждался в уговорах последовал за ней наверх. В мгновение ока мы разделись, и Бет прижалась ко мне.

— Так, где я остановилась? — поддразнила она.

— Вы обе полуголые и не можете оторвать руки друг от друга, — подсказал я.

— Ага, — начала Бет.

— Твоя очередь…, продолжила Бет, — я с трудом дышу, когда она наклонилась, чтобы поцеловать мои соски, а затем я ощутила как она сосет их.

Потом мама провела рукой по моему бедру, прижилась ко мне. «Ты не хочешь снять остальное?» Мы обе заканчиваем раздеваться, не считая наших трусиков, и ее пальцы снова прижимаются ко мне. «Я рада, что тебе нравится». Я тянусь к ней, прикасаюсь к ней, и чувствую мокрую ткань ее трусиков. Она улыбается. Мы просто касаемся друг друга какое-то время, по очереди доставляя удовольствие грудям друг друга, с ее губ срывается тихий стон. Она стягивает мои трусики, и я открываю рот для поцелуя, а затем — о боже — вводит в меня палец, немного изгибает его, чтобы найти это особенное место.

Бет раздвинула бедра, явное приглашение, и я опустил руку, вошел в нее одним пальцем, пытаясь воссоздать то, что она описывала.

Она продолжила свой рассказ.

Она продолжает целовать меня опускаясь ниже и ниже. Ее язык такой мягкий, но она точно знает, сделать, чтобы я могла достичь оргазма. Мои пальцы запутываются в ее волосах, и я стону, когда она немного замедляется. Нет, пожалуйста, сейчас… Я чувствую ее улыбку, но ее язык снова начинает снова ласкать, дрожь пробивает меня, я выгибаюсь, и она продолжает ласкать меня, чтобы поймать как можно больше, глотает…

Бет сжала мою руку. «Мм, Тим, ты будешь ласкать меня, пока я рассказываю тебе, чем все закончилось?»

Я скользнул вниз, касаясь ее языком, я еще больше возбудился от того, как и с кем Бет уже получила удовольствие там совсем недавно.

Бет продолжила свой рассказ.

— Итак, это было так здорово, и мне хотелось доставить удовольствие ей. Теперь я знаю, почему ей так нравится ласкать меня, ее киска такая мягкая и такая мокрая, и с этим мускусным вкусом, и мои пальцы скользко вдавливаются в нее, и она стонет, я ничего не могу с собой поделать…

Бет вскрикнула, струя тепла разлилась по моим губам, а затем каким-то образом сумела сказать: «Она так сильно кончает, ее влагалище сжимается, ее бедра обхватывают меня, пока, наконец, она не откидывается назад, она задыхается, я продолжаю двигаться в ее киске… Она глубоко вздохнула, поглаживая мои волосы. "Вау…"

Бет встала на колени. Я двинулся за ней, плавно вошел в нее.

— О да, — выдохнула она. — Я думаю, ей тоже понравится, что ты сделаешь с ней то же самое… Неожиданный поворот в фантазии Бет, это все, что было мне нужно, чтобы я достиг оргазма, и я снова глубоко вошел в ее великолепную расщелину, и поддался непреодолимому давлению, извергаясь в ее дальние уголки, в то время как Бет тихо стонала от удовлетворения.. .