Хоумвидео, как стимулятор либидо. Заключительная часть

Людмила.

Я посмотрела на то, как папка начал кадрить Лиду. Переведя взгляд на маму, поняла, что она вникла в ситуацию и не кипишит. Это её муж, не мой. Она решает позволить ли супругу трахаться на стороне. Может они обговорили своё дальнейшее существование и приняли его условия. Мысли о их отношениях, перешли на мою семейную жизнь. Допустим появится какая-то семейная пара и предложит мне родить им ребёнка, как это происходит у суррогатных матерей. Согласится ли Котя на такой вид заработка? Я ведь согласилась с тем, что он оплодотворит Рафаэлу. И совсем не стану противиться, если Розочка захочет потрахаться с ним.

«Зачем тебе это, дурочка? Выискиваешь обходные пути, чтобы самой взбляднуть? Думаешь различными уступками ему, сможешь оправдаться, если будешь поймана за изменой? Или в твоей башке сложилась идея отомстить всем мужикам, за Лёнькину измену? Так вычеркни такую дребедень к чертям! Котя не только мужик, но и твой супруг… Пусть неверный… Он ведь мамочку свою потягивал потихоньку. И может быть не сказал до сих пор, не проболтайся он тогда. Ещё один довод, чтобы отмазаться? И довод, между прочим, железобетонный – мы же поклялись не изменять друг другу, а он первый начал… Ну и что, что это его мать? Меня тоже бывший приглашал… Ладно и что из этого? Допустим повод изменить Коле есть. Что ты собираешься делать и с кем? Вон сколько членоносцев тут крутится! От того же Андрея, до… его отца. Да, такой бычара тебя в бараний рог скрутит и напялит на член, как в порнушкке с Пайпер Перри Вспомни, как дрочила, смотря это видео. Мечтала быть скрученной такой мощью, чтобы полизать свою пизду. Вспомнила? А с Андреем? Смотрела же какой у него небольшой, но твёрдый член, который отсасывала та блядёшка?! Чешется? И в пизде, и язык хочет ощутить стальной болтик мальчишки…»

— Люда, Эле хочется… Где туалет? – спросила Розочка, прервав мои пьяные размышления.

— Идёмте, девочки. Вон деревянное строение в глубине огорода. – позвала и придерживая Элю под локоть повела к сортиру. Простейшее обустройство отхожего места вновь ввергло немочек в ступор. Я пояснила, что нужно делать. И тут появилась проблема – Рафаэла хотела по большому. Ладно с омовением ануса после дефекации, но она не сможет сидеть на корточках – её нужно придерживать. К тому же вонь хлорки, неаккуратно насыпанной в дыру, обжигала слизистую носа.

Эля сказала, что потерпит, но сколько не знает. Ольга попалась мне удачно. Поговорила с ней. Она поведала:

— Современный санузел есть в некоторых домах. У Наташи… вон той, рыжеволосой. Потом у дяди Вовы… где же Лида, она бы отвела вас к себе? Вон Андрей, попросить его?

— Не надо, мы сами! – остановила я Ольгу, не желая её большей откровенности в разговоре с парнишкой.

Андрей встрепенулся, когда я отозвала его в сторонку.

— Мы девушки цивилизованные, не умеем справлять естественные потребности в сортире. Свози нас к себе…. Не на байке. Вот моя машина… могу дать… порулить если умеешь. – от парнишки исходил смрад табака и сук, но я сама, как сука потекла и стала заикаться, находясь в ауре пубертата парнишки. Мне с трудом удалось не опустить глаза на то место, где у мужчин находится «склад с болтами».

Андрей ответил, что опыт вождения автомобиля у него имеется, т.к. у отца иномарка с автоматом. Когда, он спокойно вырулил на дорогу, появился мой супруг. Котя поинтересовался, выслушал мой ответ и сказал, что ему тоже хочется похезать в нормальных условиях. Дом оказался кирпичным, двухэтажным, с кованными финтифлюшками на металлической ограде и флюгером на коньке крыши. Он провёл нас к туалету, показал где, что находится. Предложил посидеть, пообщаться с родственниками. Эля обрадовалась наличию не только унитаза, но и биде. Отправив меня с сестрёнкой болтать с парнем, она закрыла дверь на шпингалет.

Андрей ознакомил нас с расположением комнат. Наличие пяти спален объяснил стандартным проектом здания и вероятным прибавлением большого семейства, когда повзрослеет сам. Роза сказала, что их дом так же имеет пять спален и большую гостиную. Парень и девушка стали хвастаться у кого дом практичней, а я прильнула к плечу мужа… вернее вошла в его ауру.

— Ведь не хезать хочу. Тебя трахнуть желаю! – тихо поведал Котя, подсунув ладонь из-за моей спины к груди. Нежно пожмякал её…

«Пиздец я дура какая. Сегодня больше ни грамма алкоголя в рот! А то лягу на дорогу, как блядь подзаборная и будут меня ебать, сношать, вафлять! Да и все глаголы применят в отношении моего молодого, и пьяного тела!»

— В санузел идём вместе! – сказала и присосалась к губам мужа до тех пор, пока нас не заметил Андрей.

— Оставайтесь у нас ночевать! – предложил парень. – Сестрички уже согласны…. Батя сам хотел предложить. Мама его поддержала. Правда они думали о тёте Инге и девушках, но и для вас место найдётся. Если хотите, можете лечь в старом доме… Он через дорогу находится. Там баня дровяная, здесь инфракрасная. Но старой баней мы пользуемся чаще. Как забуримся втроём, так часа по три расслабляемся. Особенно зимой классно – из парилки в сугроб как нырнёшь…. Да, папка, мама и я. Чо тут такого? Он нам обоим отец. Как начинали с моего детства купаться втроём, так и продолжаем. Только там туалет во дворе…

— Мы ляжем там! – сказал Котя. – К сортирам привычные. На службе гальюн на десять очков.

— Гальюн? Ты в морфлоте служил…? Папка наш во Владике мореманил. Такими же словечками говорит.

— У погранцов немало заимствованных у моряков терминов…

Появившиеся сестрички не дали ему договорить. Котя предложил осмотреть старый дом, приготовиться ко сну. Он опять взял Элю на руки, снёс с крыльца, т.к. подниматься ей было удобно, а вот спускаться вниз не очень. Пока он нёс её, она что-то шепнула и весело засмеялась. На предложение Розы рассмешить и нас, ответила отказом.

Старый дом содержался в чистоте – видимо Лида или постоянно тут убирается, или предугадала ночёвку гостей. Парню можно было и не показывать где лежит постельное бельё, так как чувствовалась свежесть простыней. На стенах сохранились старые фотографии. Даже несколько фронтовых. Мальчик объяснил кем им доводятся люди со снимков. Это навело Розу на создание родословного древа, и молодые принялись вспоминать о родичах. На наше с Котей желание помыть тела перед сном, Андрей предложил или затопить эта баню, или вернуться в новый дом с его современной сауной и душевой кабинкой. Эля выбрала старую баню, попросила сестрёнку сбегать к нашей машине за чемоданом с её одеждой.

В воздухе запахло грозой. Не натуральной, но по поведению парнишки стало понятно – у него начался гон, и он не отстаёт от самочки. Девочка тоже потекла – этот запах мне знаком с моих девичьих лет. Он воздействует на тех, у кого обоняние не повреждено, а в крови циркулируют вещества, сразу вступающие в реакцию с женскими феромонами. И вот эти образования берут управление конечностями и самца, и самки в своё управление и гонят его, гонят. Всё больше сгущая кровь, которая закипает в капиллярах, распаляя кожный покров снаружи и органы деторождения внутри. Вместе с пóтом через поры исходит информация о готовности обоих к самовоспроизводству.

Девочка и мальчик возвратились запыханные. Вроде недалеко ходили, вес чемодана небольшой. Волосы на затылке и у неё, и у него взъерошенные. Моё нетрезвое заключение – целовались огольцы. Котя и Эля улыбаются, а я ревную. «Розочка, милая, дай мне ещё один вечер! Заглуши мои дебильные мысли о совокуплении с посторонним мужчиной». Котя и Андрей пошли разжигать дрова в печи, натаскать воды в чаны и котёл.

— Роза ты целовалась с ним! – сказала Рафаэла со свойственной ей улыбкой и интонацией.

— Я ему сказаль: «Нихт!» Он силь применяль. А потом мне понравилься целюй его. Не заметиль я время. Он спросиль хорошо целулся он. Я говориль курить вонять. Он обещаль курить нихт, если я быть его девушк. Я сказаль проститутк тоже нихт. Он: «Клянусь!» — говориль. Потом опять целуй меня.

— Ты абсолютно правильно поступила. Как и подобает настоящей женщине. – я вспомнила наставления Лизки о доминировании над парнями, начала их вплетать в сознание Розы. – Теперь он захочет оказаться у тебя в постели, а ты ему про обещание бросить курить. Так и скажи: «Завтра посмотрю на то, как ты выполняешь свои обещания. Закуришь – всё, ты не мужик, а трепло! Иди, целуй проститутку свою!» И следи за выражением своего личика. Будь серьёзной с ним. И не волнуйся – от этого ты забываешь все русские слова, он тебя не поймёт. И ещё, самое главное забыла – ни при каких условиях не допускай насилия над собой. Станет грубо тебя домогаться, ударь его по щеке. Хлёстко так и с максимальной силой. Объяснишь ему, что насилия не приемлешь. И опять его к шлюхе направляй.

— А если он всё равно будет лезть? – спросила Эля.

— Коленкой ему в пах… по яйцам. Но хватит о грустном. На вашем участке что посажено?

— Цветы и ягодные кустарники. – ответила Эля.

— С примене…ни…ем ядохи…микат…ов в Ойропашеюнион больш…ие трудность…и. – добавила Роза. – Овощи можно сажать только в теплиц…ах. Были две яблони, но старые уже… не рож… ну ты поняла.

— А мы с Колей надумали построить в этом селе дом. Вот тоже думаю, нужны ли мне сад и огород. Охота своих продуктов, но ни опыта, ни желания возиться с землёй… Кстати! Нужно будет показать вам мамин сад-огород, который ей подарила ваша мама. Вот кто любит возиться с рассадой и различными привоями-подвоями.

— Эля тоже любит копаться в кустарниках — подрезать, подвязывать стебли. – поведала Роза. – У Андрея сразу… встал. Моя рука сама потрогаль… потрогала член в штаны… штанах. – девчуле не хотелось трепаться о вершках-корешках. Она всё ещё опьянена гормонами. – Один мой парень… Людвиг такой же возбудимый. А второй… Юрген как-то сдерживается. Как Юргену удаётся?

— От факторов зависит. Воспитание; психика; железы внутренней секреции; даже места обитания особей влияют на возбудимость. А может Юрген обычный пидорас и тебя он считает просто подружкой. Но я начинаю тебя ревновать, крошка моя. Подозреваю, что ручки твои до того шаловливые, что хватают мальчиков за причиндалы, как только они оказываются в досягаемости. Эля, а ты ревнуешь сестрёнку?

— Нет. Она моя отдуфына в мир эротики. Когда выйдет замуф уговорит мува трахаться со мной. – Рафаэла ничуть не смутилась и свободно раскрыла их секрет. – Давай завтра поедем к вам, фтобы Коля трахнул меня?

— Я понимаю твоё нетерпение и согласна. С утра посетим вашу прапрабабушку и от неё поедем к нам на квартиру.

— И я с вами быть! Как подружка невеста…ты! – Розочка подскочила сначала к сестре, поцеловала в губы. Меня целовала в засос.

— Конечно! Ты будешь не только подружкой невесты, но и поможешь нам восстанавливать эрекцию мужчины. Вдруг наши с Элечкой ротики устанут сосать. Пососёшь… даже можешь петтингом с ним заняться. Знаешь, что это?

— Нам не запрещён сёрфинг по сети…. Я так думаю, что родители специально развращают Элечку, чтобы потом папа мог трахать её…. Гороскоп запрещал только зачатие! Ха-ха-ха! Элечка, ты повозвращению домой сразу ляжешь с ними в постель?

— Дурофька! – Эля покраснела и слегка надулась на болтушку. – Я фитала, фто фастые половые снофения ведут к овырению. Не хофю быть толстой, как мамка! И как её мувыки не презирают?

— Всё на любителя! – сказала я. – Кому-то стройняшки не нравятся, не желают отираться членом о кости. Меня саму мой первый парень всего один раз трахнул, а потом заявил, что я излишне стройна. И повёлся он лишь на мою целку… гад такой! А я в него была полгода влюблена. Сейчас женат на пухляшке…

— Девушки, баня будет готова через полчаса. – войдя к нам, сказал Андрей. – Можно и я с вами буду купаться?

— НЕТ! – такой слаженности из трёх ртов нужно долго репетировать, но у нас получилось сразу. – Я буду купаться с мужем, а потом ещё и с девочками… они ведь неопытные, могут ожечься. И да, Андрей! Там занавески есть…? Ну так найди, чем прикрыть окна. Тебя же не убедишь, что подсматривать за голыми девушками не есть гуд!

— Ой, нужны вы мне! Будто я ни разу не видел голых девушек и женщин.

— НАС не видел! А узнав сегодня о тебе одну плохую вещь, вообще не доверяем…! Да, я о том, что ты выставил напоказ своё отношение к пожилой женщине… к Марии Ильиничне…. Ты думал, что, если деревенским парням и девушкам безразлично твоё… нехорошее… поведение, то и все люди такие? Мы… приличные девушки и даже близко не допустим скотского отношения к себе. Если врубился о чём я, иди занавешивай окна!

Ухмылка на лице, удаляющегося мальчишки означала только одно – держи своё мнение при себе и не учи учёного. Я успокоила себя решением узнать, как там мои родители.

— Мам, вы определились где будете ночевать? – сказала я в микрофон смарта.

— Да тут народ расходиться не собирается и о ночлеге не думают. А вы где?

Я попыталась обрисовать, каким путём добираться до этого дома, но только сильней запуталась. Предложила отправить за ними Андрея, но тут выяснилось, что папа до сих пор «прогуливает» Лиду. Нифига себе прогулочка! Почти четыре часа. Они там в пепел от трения не превратились?

— Ладно я за тобой отправлю Колю. – сказала я маме и едва дала отбой, как в дом вошли «гулёны» — папка и Лида.

— О! Вы уже сами определились где ночевать?! – произнесла деревенская Венера. От неё действительно веяло свежестью и здоровьем. Ничто в облике не говорило о половом контакте с моим отцом. – Здесь тесниться не нужно: девочки могут ночевать в новом доме!

— Кого-то супруга потеряла! – сказала я отцу. Как партнёр он меня уже не волновал, но о мамочке я не забыла, говорила от её лица.

— Лидия Владимировна познакомила меня со своими коллегами по танцевальному кружку, где она обучает сельских детей современной хореографии. И хоть я не специалист в этих делах, всё же мне понравилась пластика танца.

Я тормознула, соображая кто такая Лидия Владимировна и это погасило мой гнев.

— Людочка, Степан… Батькович говорит у тебя есть знакомая в доме детского творчества. Можешь обговорить с ней насчёт меня? – плюхнувшись на диван, спросила Лида. Коротенько обрисовала ситуацию.

— А вот я с супругом, наоборот хочу поселиться в Дорофеевке. – начала я. – Один раз здесь переночевала и сразу очаровалась чистотой и тишиной. Да и родившихся детей хотим оградить от растления.

— Ага – чистота! Это только по центральной асфальтированной улице, а по другим, после дождя или весной, только в кирзачах дефилировать. Ещё чо ты говорила? Ах, да о растлении. Вот ты в городе часто замечаешь случки собак…? А в деревне не только собаки вяжутся, но и все домашние животные. Я даже не помню сколько мне лет было, когда впервые наблюдала, как бык вскочил на корову. И сразу же получила ответ от моих сверстниц, с подробным объяснением – что-откуда-куда-зачем. И уже другими глазами ребёнок смотрит на голого родителя в бане! Когда он после трудового дня торопится отдохнуть и тащит с собой дитя. А там у родителя из-под ног выскакивает чёрт. А если он не трезв, то при ребёнке начинает совокупляться с мамкой…. Нет, я не о своей семье! – малоубедительным возгласом ответила на мой вопрос хозяйка. – Я для примера. А потом ребёнок рассказывает о виденном друзьям-подружкам. У тех аналогичные наблюдения, плюс детская фантазия, со своими играми в папу-маму, когда писюны преобразуются в колышки, а девчачьи складочки распираются кровью, становятся овражками со своим ручейком, обжигающим ляжечки… О! Ну-ка подойди ко мне! – сразу переключилась Лида на вошедшего сына. – Что за погань ты творишь? Зачем унизил Марию Ильиничну…? Не мамкой мне! Мне было так стыдно перед людьми, сказавшими о твоей подлости. Байк поставь в гараж и две недели сиди дома…! Папка тебе тоже назначит своё наказание! Марш отсюда!

— Мам, ну лето же…

— Хорошо, катайся, гуляй, насилуй слабых. А я всем пацанам и девчатам расскажу о тебе… кое-что позорное. Выбирай, мозгляк! Иди, не нервируй меня! – она отвернулась от сына, демонстрируя пренебрежение им.

— Окна занавесил. – буркнул пацан и удалился.

— Так вот о деревне! – продолжила Лида прерванную тему беседы. – Зимой трубы как начнут коптить…

— Тут же газовое отопление. – вставила я.

— Не у всех есть деньги для подключения домов. Да и в хлевах почти у всех есть обычные печи, чтобы за скотиной убираться в тепле.

Мы с хозяйкой продолжили минусовать-плюсовать разности жизни в селе и городе. И если бы не вернувшийся Котя, не остановились.

***

Николай.

Возможно кто-то, не разбирающийся в электрике, не заметил бы дополнительных проводов, уложенных параллельно кабелю освещения, но я обратил на них внимание. В цоколе плафона увидел непредусмотренное производителем отверстие. Отблеск в нём свидетельствует о стекляшке. Я догадался, что это глазок камеры. Когда Андрей пошёл в дом, я нашёл блок питания камеры. Прикрытый банными принадлежностями ноутбук вместо регистратора лежит на полке для головных уборов. Кто соорудил систему видеонаблюдения догадаться не сложно. Покопавшись в системе ноута, выяснил, что всё это оборудование начало работать девять дней назад. Две записи, видимо, когда тестировалась система, (если так можно назвать одну камеру и старый ноут), удалены с накопителя.

«Нахер! Пусть подсматривает за своими подружками и выкладывает в сеть! Нам с Люсей такая слава не нужна! – сказал себе и просто вынул блок питания из розетки. – Но над жёнушкой по прикалываюсь! Посмотрю, как она отнесётся!»

В доме помимо моих девушек находятся тесть и Лидия. Хозяйка и Люся спорят о прелестях жизни в селе и городе. Тесть рассматривает фотоснимки на стене, а немочки шушукаются о своём. Подсел к ним, прижавшись к Эле плечом.

— Коля, у нас в Германии есть аквапарки с банными комплексами, где все люди обоих полов обнажены. И взрослые и дети, без разницы чужие это люди или родные. Мы с Элечкой несколько раз посещали эти заведения вместе с родителями. В ваших банях тоже купаются голыми? Мы вместе будем купаться? – закончила речь Розочка. Я не перебивал, давая ей спокойно говорить.

— Не, у нас высокоморальное общество! Вряд ли позволено даже родным, разнополым людям омываться одновременно. Исключая, конечно, супружеские пары и совсем малолетних детей. Я хочу видеть вас голенькими и настаиваю на общем посещении бани.

— Баня большая? Шесть человек поместятся?

— Вы хотите, чтобы и Степан с Лидией с нами были? – спросил у девушек.

— Коля, я заболталась совсем. Привези сюда мамочку. – перебила нас Люся.

— Я сам схожу! – опомнился тесть. – Нашу машину тоже сюда надо пригнать.

— Заблудишься! Я тебе провожу! – сказала Лидия. Женщина поднялась с дивана, расправила складки платья на ягодицах, одновременно отлепляя ткань, прилипшую к внутренним сторонам ляжек.

— Ну, что, дамочки мои, готовы смыть грехи? – спросил я. – Тогда собирайтесь. Люсь, девушки выразили желание совместно омываться.

— А мы там локтями друг другу рёбра не переломаем? – спросила жёнушка, тем самым согласившись с желанием девчат.

— Ну у нас же рёбер не по одному! Подумаешь парочку поломаем, зато какая прелесть…

— Жаль камеры нужно беречь от влаги, так бы поснимали наши омовения. – сказала Люся.

— Ха! Там, кстати, Андрей уже замастрячил систему видеонаблюдения. Одна, двухмегапиксельная камера, съёмка будет некачественная.

— Ты же сможешь потом испортить записи, скачав на нашу флешку?

— А может порадуем парнишку эротическим омовением?

— Если бы не его поганый характер, то я бы не была против.

Не поняв о чём говорит она, переспросил, получил полный доклад о действии мальчишки.

— Но пофантазировать мы сможем! – сказал я. Немочки к этому времени приготовили свои вещи.

Войдя в предбанник, я воткнул блок питания в розетку, объяснил девушкам, что запись будет вестись. Уточнил кем «состряпано» оборудование. Обнажившись первым, подбодрил Элю и Розу. Войдя в помывочную, Роза поведала, что в аквапарках тоже есть русские бани. Но там не ощущается запах дерева и всегда ароматизированный пар, не поймёшь, чем пахнет. А здесь, пусть не комфортно, вряд ли соблюдены санитарные правила, но энергетика парилки такова, что девушка сразу ощутила, как усталость сменилась возвращением сил.

— Здесь мы с мужем будем зачинать нашего первенца! – сообщила девушкам Люся. – Для этого я чисто омою своё тело. Успокоенным сознанием приму семя своего любимого супруга. Я уверена одного раза хватит, чтобы живчики окучили мою яйцеклетку.

— А я? – присаживаясь голой попкой на полок, спросила Эля.

— Ты тоже хочешь в бане? – задал вопрос я. После утвердительного ответа, сказал: — Предлагаю после дефлорации вернуться сюда и зачать твоё дитя.

Люся с младшей поддержали моё предложение. Жена добавила:

— Роза, пока не гипнотизируй член. Дай нам с мужем помыться.

— Он сама лезть мои глаза. – хихикнув сказала девочка. Но хер мой не падал. Он, хоть и одноглазый, но видит-чует начала девичьих расселин, откуда исходят феромоны. Я осмотрел обнажённых девушек.

Проблемы с координацией искривляют тело Эли при ходьбе – спазмы мышц уже начали растягивать кожу на бёдрах и ягодицах. Коленные и бедерные суставы перекашиваются. Остаётся только надеяться, что через десяток лет Эля сможет так же легко оголиться, не вводя наблюдателя в смущение уже не красотой тела, а уродством. Я догадался, что передвижение на коляске посоветовали специалисты.

Но пока Рафаэла не уродлива телом – привлекательна. А мысль о том, что спазмы при оргазме, будут неизведанными моим членом, закачали в него дополнительную порцию крови. Он примагничивал взгляды девушек, пьянил их сознания. Гормональное опьянение выдавливало из трёх влагалищ призыв к члену подвигаться по трубе вагины, выскрести горячую магму наружу.

— Мы недавно провели эксперимент – какой вес выдержит вот этот член. Почти пять литров висело на конце. – сказала Люся девчатам.

— Фантастиш! – вскрикнула Розочка. – Если брать восемь мущин, ставить на их член доск, то мой вес держать, когда я стоять на доск. Я хотеть плясать такой помост!

Девушка сразу изобразила испанский танец озвучивая его язычком и щелкая пальцами. От возбуждения сисечки её увеличились в объёме, тонкая кожица на сосках казалось вот-вот лопнет от давления крови.

Люся тоже закружилась в танце. Мокрые пальцы её руки звонко аккомпанировали щелчкам Розы. Рафаэла лишь встала рядом со мной и так же изображала жаркую испанку.

— Чтобы мужчины не умерли от жажды, тебе, Розочка, придётся поить их. – Люся окунула пальцы в свою пизду и провела ими по моим губам. Её компаньонки сразу повторили за ней. Я не успевал слизывать с пальцев девичьи соки и вскоре всё моё лицо стало обильно измазанным нектаром.

— Я сама хотеть пить — я убрать доск и сосать все член сразу! – сказав это, не спросив позволения ни у кого, Роза наклонилась к головке и приступила к минету. И, то ли специально, то ли просто так получилось, но попка её оказалась повёрнутой в сторону Люси.

Она не стала размышлять, что делать с шалуньей, опустилась к межножью девушки. Что Люся там делала было скрыто от моего взора упругими ягодицами Розы. Девочка только сделала шаг правой ногой в сторону, облегчая доступ к своим сладостям. Эле достались мои губы и рука, которую она примостила на свою грудь.

Указательный палец второй руки я омочил в дырочке пиздёнки и сразу полез им в Элину попочку. Девушка придавила мою ладонь, глубже затолкнув мой палец в анус. Все четверо наслаждались стимуляцией какого-либо органа до тех пор, пока Эля не произнесла:

— Хофю флен в попку! Мовно?

— НЕТ! – выпрямив тело, вскрикнула Люся. – Сначала моё оплодотворение! А потом делайте, что хотите!

***

Людмила.

— И я попка хотеть! – освобождая ротик от члена сказала немочка, нектаров которой я напилась.

— Ой, да кто бы сомневался! – сказала я. – А завтра можно и писечку твою порушить.

— Письку она подарит своему папе на юбилей… ферез полмесяца. Мы папку больфе мамки любим. Мамка алкафка вырная и злая. А папофька хоровый, невный.

— Люся, мне капелюшки до окончания не хватает. Если не хочешь напрасного выстрела, то давай готовься! – сказал Котя.

— Три минуты! Девушки, оставьте мужчину в покое! Вообще, муженёк мой, присядь на полку, давай вместе помедитируем. – я сразу приняла позу лотоса, закрыла глаза.

— Сосредоточь внимание на яйцах. Посылай живчикам инфу о том, с какой любовью их ожидает моя яйцеклетка.

Замолчав, я полностью расслабила мышцы тела и лица. Отвлекающие моё внимания ароматы, которыми были насыщены мои язык, губы и подбородок тоже привлекла к делу – эстроген подпитывает яйцеклетку. Представила себя, нырнувшую в бассейн, наполненный женскими гормонами. Сразу ощутила всплеск эмоции, говорящей о полной готовности к принятию спермы.

— Ложись сверху! – попросила я мужа, упав спиной на доски. – Можно сразу кончать…

Нефритовый лингам и то будет помягче, чем мой любимый член, ворвавшийся в мою вагину до упора в зев матки. Чмокнув его раз, после пятого поцелуя фалдус приступил к орошению влагалищных глубин.

— Не двигайся! – сказала мужу, окольцевав его конечностями. – Вагина хочет отблагодарить твой хер.

— Я люблю тебя, родимая… — прошептал Котя.

— Ты мой единственный! Ты мой родненький! – шептала я мантру для себя, чувствуя наивысшую эйфорию, когда-либо испытанную мною.

***

Степан.

Я и Лида, как настоящая супружеская пара брели в нужном направлении. Женщина всё удивлялась, чего это хорошего в деревне. С экологией она согласна – даже чадящие трубы печей не так загрязняют воздух, как выхлопные газы ТЭЦ и автотранспорта. Но отсутствие лечебных и развлекательных заведений, не обустроенность дорог, гонят молодёжь из села.

— Предложу им пожить в старом доме сколько захотят. Пусть порадуются, в кавычках, местными благами. Нужно только не забыть Люду предупредить о насильниках…. Да, Стёп, я о сексуальных домогательствах говорю. Меня саму восемь раз насиловали! Это прям болезнь какая-то у местных мужиков. Одному из них папка яйца разбил. Его вновь чуть не посадили. О других я не рассказывала ему. Если начинали приставать, то спокойно отдавалась, лишь бы без следов насилия на теле обошлось…. Конечно я знаю кто они! Да и папка наш не одну меня взял силой. Я беременной ходила, подружка моя Нинка пришла навестить меня. В который раз завела беседу о сексе. Как и всех подростков её интересовала последующая после соития эйфория. Задала вопрос: «Всего один раз он тебя трахнул или был повтор? Сколько раз?» Я рассказала правду о том, как возбуждалась, глядя на голого отца, уже не думая о нём, как о родителе, а как о мужчине, о том, как сама раздвигала ноги, чтобы он помыл моё межножье. Она нетерпеливо выдаёт: «Я бы хотела быть на твоём месте!» И тут папка притащился домой, вероятно слышал, что она сказала. «Пойдём, — говорит, — провожу тебя домой, Ниночка!» И в нашей бане её отжарил. Та прибежала сразу ко мне, рассказала. А папка в баньке отлёживается будто ничего не произошло. Уговорила я подружку не заявлять на него, делая упор на то, что он слышал её пожелание, пообещала каждый месяц покупать ей кило шоколадных конфет. Та согласилась и пошла домой. И сразу же её опять изнасиловали… уже наши сверстники.

— Значит ей так и так было суждено быть изнасилованной. – сказал я. – Нашу сватью сюда нужно поселить. Она прям падкая на насилие над собой. И не просто потрахаться, а жёстко, чтобы до потери сознания.

— Ну-у-у, честно сказать, здешние дамы сами дразнят мужчин. Это где-то на подсознательном уровне…. Да, Стёп, я и сама нарываюсь. Сказать стыдно… но я специально провоцирую сына. Мы трое до сих пор паримся вместе. С ранних пор Андрей видел, как у отца вставал. А если папа был пьян, то брал меня в парилке, вытолкав сына в предбанник. Иногда дверь оказывалась не запертой до конца, и мальчишка видел всё. После и у него вставал колышек, как только у отца поднимался. Однажды папка заставил меня сосать у сына, заявив, что длительная эрекция вредна мужскому организму. Во мне зразу запылали два противоречивых чувства – желание помочь Андрею и гнев на всех мужиков. Я начала материть папку. Он просто завернул мне руки за спину, наклонил к сыну приказав тому трахать меня в рот. Я пыталась держать губы закрытыми, но у Андрея получилось просунуть членик меж моими челюстями и щекой. Папка трахал меня сзади, а сын в рот. Он кончил быстро и пока заканчивал отец, опять возбудился. Папка ополоснулся и подмигнув сыну, удалился. Андрей слабее меня, я могла бы его вышвырнуть, но отбивалась слабо. Он запомнил, как отец заворачивал мои руки назад, повторил приём и сразу вошёл во влагалище. Трахая признавался в сыновьей любви, говорил, что всегда мечтал об этом. Утром, когда наш отец ушёл на работу, Андрей залез ко мне под простыню принялся лапать. А я мечтала о куннилингусе…. Да, Стёп, я хотела, что хоть кто-нибудь отлизал мне. Ещё один бзик местных мужиков – никогда не лизать женское межножье – для них это считается позором. Я напомнила сыну, что он говорил прошлым вечером о любви, попросила куни. В общем, сын мой постоянный любовник, единственный кто делает мне куни… да и ты тоже.

— И когда ты изменила отцу? – мне всё ещё интересно, когда и как дамы изменяют, какие причины побуждают их.

— Да будет тебе известно — я свои половые акты с другими не считаю изменой. Я не давала отцу клятву верности. Он сам говорит: «Если найдётся достойный мужчина, выходи за него». Вот в город перееду, познакомлюсь с кем-нибудь. Андрея назову братиком. А вторым партнёром мне стал одноклассник, с которым я до беременности тусила. Слабенький любовник из него вышел. Распалит бывало меня своими бешеными фрикциями, даже не слушая моих просьб притормозить. Хорошо хоть дома есть папка – лезла к нему сама, насыщалась. Послала я такого любовника куда подальше. Следующие два парня такие же скорострелы. Молодой преподаватель военного дела обещал взять в жёны, как только я достигну возраста согласия. Но был очарован зрелой коллегой, они быстренько расписались и уехали в город. После него старалась избегать ровесников. Но образованные зрелые мужчине в селе, как ты понимаешь, редкость.

— Может твои ровесники сейчас стали более сдержанными, опытными…

— Бегут из села мои ровесники, с которыми можно создать семью. А алкаши и лежебоки… Кого-то супруга потеряла. Не тебя?

Тоня сидела между двумя женщинами и спокойно вела беседу. Заметив нас, вышла из-за стола.

— Поехали отсюда! – сразу озвучила своё желание.

— И я с вами! – ничуть не смущаясь сказала Лидия. – Тут остались самые стойкие выпивохи.

Через пару минут мы прибыли к старому дому Лидии. В нём никого не было, что привело к выводу – помывка в бане в самом разгаре.

— Нудисты мы или нет? – спросила Тоня. – Я возьму наши полотенца и бельё!

— И я с вами! – вновь втесалась Лидия. – Ни разу не была нудисткой… или нудистом?

— Натуралисткой! – сказала моя супруга.

— Тогда предлагаю разоблачиться здесь, чтобы потом не тащить одежды из бани сюда! – сказал я и принялся скидывать одежду. Дамы посмотрели друг на друга, пожали плечами, не найдя в логичном предложении изъяна, спокойно разделись.

— Ой! – вскрикнула Розочка, вскинув ручки на свои сисечки. До этого она раздвигала ягодицы своей сестре, тем самым помогая Коле войти в анальное отверстие.

— О! Быстро вы пришли! – произнесла Люся. Она лежит на верхней полке с задранными к потолку ногами.

— Ух ты! А чё в попку? Целку бережём? – спросила Лида.

— Вы продолжайте, мы вам не помешаем! – придавив «кобру» к низу сказал я. – Мы побыстренькому помоемся!

— А я тоже хочу поучаствовать! – сказала Тоня, придвигаясь к Розе. – Девонька, ты не будешь против, если я тебя поцелую?

— Эля, ты погляди какие у них классные сиськи! – обратилась младшая к сестре. – Я хотеть сосать их!

Роза притянула к себе обеих женщин, потрогала груди.

— Коля, не тормози – Элина попка может засохнуть! – сказала Люся мужу.

***

Людмила.

После того, как Роза насладилась сразу четырьмя сиськами, согласилась подставить свою киску для моей мамочки. Девочка встала на нижний полок задом к маме. Что моя родная там делала могу только предположить, т.к. девчуля начала ласкать мои груди и целовать в губы, тем самым перекрывая обзор. Зато я видела, как начали раскачиваться груди Рафаэлы. А стон, который она при этом издавала, был очень похож на мой, будил во мне желание. Нет, я не хотела трахаться в очко. Можно было долить в пизду сперму, но, во-первых, она должна быть Колина, во-вторых его член сейчас снуёт в попе немочки. Значит мне остаётся только мастурбация. Тем лучше, что мои соски третирует Розочка, я проникла языком в её ротик.

— Я хотеть трах в попа! – развернувшись к моей матери, заявила Розочка. – Тётя Тоня, если вы нихт против, то моя предлагать мой попа дядя Степан!

— Я твоя не понимай! – мама попыталась всё перевести в шутку.

— Она хочет анального секса с твоим мужем. – перевела Лида. – Будь у меня член, я бы воспользовалась…

— Да, но… — промямлил папа. Видимо все мозги у него в члене. В голове остались только «дежурные»

— Роза, если ты ещё не пробовала, то предупреждаю – будет больно! – сказала мама.

— Я терпеть! Так хотеть, что умереть! – сказала и сразу опустила ротик к залупе моего родителя. Даже Коля с Элей приостановили процесс, наблюдая, что творит нимфетка с членом взрослого мужчины. Сдаётся мне девчуля тоже тренировалась с огурцом. Может она скрывает и уже отсосала… хотя нет, глагол «отсосала» не подходит, лучше будет «насосалась» у ровесника или у того же родителя.

— Без меня не начинайте! – сказала и скрылась в предбаннике Лида.

— Коля, продолвай! — попросила Эля, улыбнувшись мне.

Котя трахал немочку в попу медленными фрикциями и поглаживал её по спине. Менее чем за минуту вернулась Лидия.

— Вот обычный крем для рук! – сказала хозяйка, выдавливая из тюбика колбаску. – Стёп, раздвинь ей булочки…. Давай, милая, расслабь дырочку… во-о-от, уже легче пальцу в твоей попочке. Стёп, давай и член помажу, пока пальцы в креме… Готово! Ну, что девочка, готова?

— Ja, Ja! – радостно вскричала девчушка, при этом одной ладонью сильно сдавила мою лодыжку. Личико её было повёрнуто к месту, где папка прилаживал свой звенящий хер.

Я посмотрела на родительницу – безразличие, застывшее на её лице, меня озадачило. Но это отвлекло меня ненадолго – из горла Розы донёсся скрип, больше похожий на кряхтение атлета, взявшего вес. А возможно это был скрип, созданный папкиным болтом в тугой гайке ануса, а горло выполнило роль рупора, каким был оснащён древний граммофон.

Покряхтев несколько фрикций, девчуля повернула мордашку ко мне – слёзки на глазиках сверкают и видимо служат доказательством того, что впервые исполнять необдуманные пожелания, тяжко. А улыбка – это радость достигнутому результату. Я представила себя в таком же возрасте. Вынесла бы я вторжение папиным членом в свою киску. Конечно! Без базара!

И так как Роза сейчас играет роль меня, то не поцеловать себя я не могу – развернула тело к голове Розочки, притянула её к себе, всосала губки. Одним глазом заметила, что мамочка начала целовать моего мужа, а её супруг сосётся с Лидией, плавно гоняя член в очке младшей из нас.

Девочка первой и «выпала» из общего древа оргии – затряслась тельцем и замерла в припадке судороги. Её продолжало трясти даже после того, как папа посадил её у стены на полке. Недолго думая её место заняла Лидия, произнесла:

— И меня в попку. Можно без смазки! – хозяйка властно раздвинула мои ноги, припала ртом к киске. – Моя любимая поза, когда могу делать куни и ощущать член в себе! Особенно в попке. – поведала она мне, после нескольких секунд оральной ласки. – А тебе?

— Не отвлекайся! Потом побазарим! – предложила я, придавила голову хозяйки к своим нижним устам. Лида действовала умело – знала, как долго ласкать клитор, сосать губёшки.

А я отвлеклась на то, как оргазм подействовал на Рафаэлу. Она и так паралитик, так ещё воздействие судороги искривило её тело и лицо. Прелестного (в художественном смысле) в этом нет, и я сразу отвела взгляд на лицо Розочки, так же смотрящей на сестру. Девочка умилённо воспринимала воздействие эйфории на сестру. Когда Рафаэлу усадили рядом с Розой, они поцеловались.

— Лидочка, как насчёт пары членов? – спросила моя мамуля.

— Рекомендуешь? – повернула лицо к маме хозяйка. – Оба в очко?

— Зачем в одно, когда мы двустволки?!

— И то верно! Стёпочка, па-де-труа! Вить-вить! – заговорила женщина по-иностранному. Она повернулась передом к папке, оплетя его шею руками, приподняла левую ногу.

Котя мой не стал дожидаться команды, подойдя к ней сзади, помог приподнять дамочку и насадил её пиздой на папкин член. А после в подготовленное очко вошёл своим. Такого я уже насмотрелась в сети, поэтому позвала девушек остывать.

***

Николай.

«Нет, я не должен выглядеть провинившимся. Она сама участвовала в этой оргии – следовательно не имеет права дуться. – мыслил я, вспоминая прошедшую ночь. Люся бормотала во сне, укоряя меня в том, что я специально трахал Лидку. Что мне это понравилось и теперь без анала и ебли с блядями, у меня на неё не встанет. Сейчас то лежит, обнимая меня. – Но, честно говоря, мне действительно понравилось трахать Элю в плотное очко. Да и у Лидии ничего так скворечня… с мягким бампером и приятно-упругими сиськами. Та-а-ак, давай, мужик, вспоминай чем пахла хозяйка… как кайфово было херу в жаркой попке. О да! А теперь, Люсенька, принимай от меня извинительный трах!»

Развернувшись к супруге лицом, принялся целовать в губы и наминать булочку. Во-о-от, ты уже закинула ножку на моё бедро… давай, милая моя, действуй… Правда от тебя перегаром несёт! Ну да ладно мне ворчать! Сейчас будет не до запахов – начнётся ебля.

— Коть, я обоссусь щас! – очнувшись ото сна промямлила супруга. Резко встала и как была полуголой пошла в туалет.

Вообще-то и мне нужно облегчиться – пошёл за ней следом. Солнце уже оторвалось от горизонта. Просыпалось и село – видимо его шумы разбудили меня. Встав рядом с деревянным строением поссал в кусты. По звукам из-за двери Люся не только писсала. Благо банька в трёх шагах – нашёл большой ковш, набрал в него воды.

— Ой, спасибо, любимый! – Люся только толкнула дверь, как я подал ей посудину. – Ты тоже хочешь?

— Я по малой нужде. Уже отлил. Теперь мы тебя ждём.

— Мы? – громко хлюпая пальцами по пизде спросила жена.

— Я и твой любимый дружок.

— Дружок?

— Ну ты иногда его так называешь, прежде чем взять в ротик.

— Котя, мне нужно больше пить!

— Больше пить алкоголя?

— Ага! Чтобы крыша совсем прохудилась. Ну или вообще не пить, если перестаю соображать. – она распахнула дверь, спросила: — А полотенца нет?

— Идём в баню. Там и вытрешься, и ротик сполоснёшь, и на член сядешь!

— Первые пару пунктов выполним там, а вот член приму только, лёжа в миссионерской позе.

***

Кровать под нами громко клацала пружинами, плюс ещё Люся стонала не по-детски. Тем мы разбудили родителей. Мамуля заглянула к нам, за несколько секунд сообразила, что за шум, а драки нет. Она отсутствовала ещё пару минут, после того как мы закончили.

— Значит к вечеру вы сюда вернётесь?! – с неясной интонацией сказала мамуля, двигая меня плотнее к Люсе. Дочь её прижалась спиной к стене. Тоня тоже легла на бок, прижавшись ко мне голыми сиськами. Плечо и предплечье положила на мою грудь, а ладонью погладила Люсю по щеке. – Может и мне с вами поехать?

— Надоело водку пьянствовать? – спросил я.

— Вы же знаете какая я заботливая. Узнала, что Лидия собирается поселиться в городе, надумала познакомить Олега с ней…. С чего ты взяла, что Лида не будет верна ему? – спросила мамочка у дочери. – Это она сейчас свободна от клятвы верности.

— Вероятно ты права. – сказала Люся, в свою очередь погладив мать по щеке. – Но не кроется ли в твоих расчётах подсознательное желание втянуть Лиду и Олега в свои свингерские игры? Чтобы, так сказать, на оправданных основаниях трахаться с любовником.

— Ха! – подумав с полминуты начала мама Тоня. – Ладно, соглашусь с тобой: ты докопалась до истины. Шестеро ведь лучше четверых! Так ведь, Коль?

— Ты предлагаешь, чтобы я имела член твоего Олега в себе? – мне послышался гнев в её голосе. Что подтвердилось продолжением: — А мой муж будет трахать Лидочку? Потом что? Ещё пары найдутся…

— Конечно… я даже знаю кто это будет. Свекровь твоя с Димой. Так что скажешь, Коля?

— Нам с Люсей сначала нужно принять идеологию свингерства. Обсудить все… подводные камни. И об этом мы поговорим с ней наедине.

— Мамочка, скажи – это ты вчера с Ингой нахваталась… идеологию меж семейного обмена? Что она ещё рассказывала? – недружелюбно поинтересовалась Люся.

— Она практически после ухода твоего отца, исчезла вместе с Владимиром и больше я её не видела. А о свинге почитала в интернете…

Договорить ей помешали шаги в сенях. Пришедшая Лидия, деликатно спросила разрешения войти, пригласила в новый дом завтракать.

Немочки не были так веселы, какими они вчера ушли спать. Но Эля ответила улыбкой на мой чмок в её бархатистую щёчку.

— Как спалось? – спросила Люся у них.

— Спалось хорофо. А когда проснулись, пофювствовали, фто попки у нас болит! – ответила Рафаэла.

— Я два раза ночью вставала покакать. – смущённо сказала младшая сестра. – Лида ночью с кем-то трахалась, громко стонала. Дядя Стёпа с ней был, да? – шёпотом спросила у нас обоих.

— Нет, папа спал с нами и никуда не отлучался. – ответила Люся. – Скорее всего Лида сдерживала Андрея, чтобы он не полез к тебе…. Да, она могла дать ему.

— О, донер ветер! Что же он ей делал, что она так громко стонала? – спросила Розочка.

— Так! Прекращаем шептаться! Это не культурно! – сказала Лидия. – О чём вы там сплетничаете?

— О том, что у девочек болят попочки. – раскрыл я половину разговора.

— Наверняка у младшей сильнее болит! – похихикивая сказала хозяйка. – Роза, начинать нужно было не со взрослого члена…. Я? Ну-у-у, для краткости… это был мальчик на пару лет моложе меня, шестнадцатилетней. А потом постепенное увеличение толщины…. Опс, извиняюсь, гости дорогие! За столом это не дозволительные темы. Андрей! – громко крикнула Лидия. – Ты идёшь завтракать или как?

— Не хочу! – ответил парнишка со второго этажа.

Далее хозяйка предложила нам с Люсей пожить в старом доме сколько нам захочется. Мамуля с батей поддержали её идею.

— Мы с мужем обсудим это предложение… на более трезвую голову. – сказала Люся, после того, как посмотрела мне в глаза. – Я так много алкоголя, как было вчера не пила. До сих пор в неадеквате!

***

Людмила.

Нину Ивановну кто-то предупредил о нашем визите — нас ожидало небольшое застолье с чаепитием. К выпечке и сладостям Роза и Рафаэла добавили своих гостинцев. Младшая из сестёр снимала на смартфон рассказ бабушки о её жизни в деревне, о тяжком труде колхозников. Сделала фотокопии старинных снимков с указанием кто изображён на них.

Коте и мне стало скучно слушать – мы вышли во двор.

— Коть мне страшно. – начала я озвучивать те соображения, что возникли после маминого предложения свинговать не только с ними, но и с посторонними. Муж удивлённо попросил уточнить, чего я боюсь. – Меня мучают сомнения насчёт свинга. Ладно с папкой, мамкой… с мамами, если быть точнее. Но другие бабы и мужики. Это же получается измена!

— Никто нас силком не заставляет совокуплять свои органы с посторонними. Мы же с тобой после траха с родителями посмотрели в интернете, чем является свинг для… интеллектуально целостных людей. А я не считаю нас с тобой быдлом! Мы можем обсудить, нужна ли нам двоим такая фантазия, воплощённая в реальность. Чем, кстати, сейчас и занимаемся. Вот вчера я трахнул Лиду при твоём согласии… или ты была против?

— Конечно, если бы ты вначале обговорил это со мной, то я бы не возражала. Но когда это началось, я была вынуждена сдержать себя. – хотя ни о каком разрешении до этого не думала, сейчас сделала упор именно на предварительном обсуждении.

— Вот это и есть часть идеологии свингерства – принятие сознанием индивидуума, пожелания партнёра. Да, я трахнул Лиду, да мне понравилось. Если бы присутствовал какой-либо мужчина и ты начала бы трахаться с ним, я бы принял это.

— Но мы же задумали рожать… — промямлила я тихим голосом, так как сонмище мыслей мгновенно возникло в моей головушке. И большинство из них были блядскими. От желания сегодня же отдаться маминому любовнику, с последующей вечерней оргией в Дорофеевке с участием бугая Владимира и его сынишки Андрея. И всё это спокойно принимается моим мужем, которого ублажают немочки, Лидия и хрен знает ещё какие мокрощелки.

— Контрацептивы… — предложил мой муж.

— Да можно в гондонах потрахаться. – будто не я сама произнесла эту фразу. Даже появилось какое-то облегчение в душе.

«Чего я спрашивается опять кипишую? – спросила себя. – Нужно спросить своё подсознание, почему оно вновь и вновь выплёскивает, раздражающие сознание мысли о трахе с посторонним самцом. Это что-то типа по Фрейду – чем сильнее что-то отрицаешь, тем сильнее тяга к тому. И ломка подсознательного желания может пагубно сказаться на общей психике индивидуума.

Вспомни, как было после того, когда мамуля объявила о визите германцев. Сначала бешенство, а как приняла разумом, что ничего гадкого в том, что муж оплодотворит бедняжку, нет. Стало гораздо лучше… и спокойней. Мы же не каждый день будем свинговать… и даже не каждую неделю. Ну не понравится мне чужой партнёр, так никто меня насильно не трахнет. Посмотрю, как Котя сношает другую бабу, увижу, что ему нравится…»

— Хорошо, я согласна с твоими желаниями. Но с одним условием – без вранья! – произнесла я уверенным голосом.

— Вот это и есть основное требование свингерства – без лжи и притворства! – сказал Котя. – И у нас главное – родить первенца, затем другого. А свинг – это забава!

После трёх часов визита к старушке мы пообещали ещё раз навестить её.

***

На даче, куда мамуля попросила обязательно заехать, она набрала небольшое лукошко клубники. Вернее, собирали девушки, а я наблюдала за мамой, которая отошла от нас в глубь участка, разговаривая с кем-то по смартфону. Так как она таилась от нас, то я предположила, что она звонит любовнику Олегу.

Котя разговаривает с Ромкой и Костиком. Малый смотрит на наших гостий, всё больше задерживая на них свой беглый взгляд. Почему-то я подумала, что его ровесница Роза более зрелая не только телесно, но и духовно. Это конечно моё знание, что девушка уже начала половую жизнь. Пусть извращённую, но всё же начала. А имелся ли половой контакт у парнишки, мне не известно, но по моим прикидкам салажонок он ещё – ведь у меня есть с кем его сравнить – с Андреем. И тогда получается, что в селе народ развращён гораздо сильнее городских – как и говорила Лида.

Роза попросила моего мужа сделать видео ролик с панорамой участка, чтобы показать своей матери, если та не найдёт времени посетить дачу. Девочка тоже обратила внимание на парнишку. Что-то женское в ней произошло – она явно начала флиртовать — надкусывала ягодку, приложив её к губам, как бы целуя головку члена. Вынимая надкусанный плод, вертела его держа за плодоножку. Красный сок стекал ниже губы – шалунья подбирала влагу язычком. Что творилось в штанах Кости нам не видно из-за частых штакетин.

— Нравится мальчик? – спросила я.

— Сколько ему лет?

— Вы одногодки. – поведала я и шутя брякнула. – Вот с кем нужно начинать разрабатывать попочку. Будет так же классно, но уже безболезненно! – сказала и мгновенно покраснела, так как фантастическая картинка вспыхнула в моём сознании. Я САМА могу начать анальное совокупление с сыном Лизки-бляди, так сказать в виде отмщения за её растление меня. Похотливый разум сразу вывел варианты соблазнения Костика. Чтобы утихомирить буйство пошлости, окончила: — Можешь прогуляться с ним до местного водоёма.

— Нет! – услышав наш разговор вскричала Эля. – У нас другое мероприятие. Люда, долго мы ефё здесь будем?

— Сейчас узнаем у мамы. Ма, — громко позвала я. – не пора ли нам выезжать? – спросила, а сама посмотрела на Векшиных. Они оба смотрели на мою родительницу.

— Вы езжайте. Мне нужно тут кое-что сделать! – так же громко сказала мамуля, не отрывая смарт от уха.

***

Николай.

Я обрадовался, когда наконец выехали к нам домой. Люся объяснила мне почему, по её разумению, мама Тоня осталась на даче. Всё вписывалось в концепцию свингерства – батя завис с Лидией, а мамуле не захотелось наблюдать, что и как там меж ними происходит, решила провести время с Олегом.

— Вэних долвен поднять невесту в дом! – встав перед нашим подъездом, сказала Рафаэла. Она подняла руку, охватила меня за шею – мне осталось только подхватить её под колени и спину. Что я и сделал, направив Люсю открывать входную дверь. – Невеста долвна быть фистой на брафьном лове. – соскользнув с моих рук произнесла Эля.

— А мы приготовим брачный наряд! – подыграла Люся. Ещё загодя она приготовила своё нижнее бельё, в котором она была в день бракосочетания. – Коть, шампанское достань из холодильника.

Пока я ходил к агрегату, супруга вместе с Розой выдвинули обеденный стол, начали выставлять на него подсвечники и хрустальные фужеры, как имитацию празднества. Мне по роли надлежит надеть лишь белую рубашку с бабочкой да трусы. Чтобы обозначить значимость события мне также нужно надеть чёрные носки с туфлями. Плюс к эротизму мужские подтяжки для поддержания носков. Всё это мы заготовили за пару дней до прилёта германцев, учтя даже разность комплекций Люси и Рафаэлы, о чём мы разузнали через мамулю.

— Розочка, ты с собой что-нибудь понарядней привезла? – спросила Люся.

— Нихт! Я не зналь… Шайзе! Что делать?

— Наденешь моё платье. Мы его сзади булавочками стянем.

Прежде чем облачиться в эротическое бельё, Рафаэла направилась в туалет. Розочка объяснила нам, что они где-то вычитали, что перед дефлорацией необходимо опорожнить мочевой пузырь и кишечник. Люся назвала это глупостью, кратко поведав о ощущениях при своём первом соитии.

После того, как Эля вышла из туалета ей понадобилось подмыться, умастить тело какой-то косметикой. В общем это продлилось более получаса. Но в бельё она облачилась быстро.

Тем более, что ей помогали две такие же полуголые нимфы – Люся с Розочкой. Малая, в одних лишь трусиках по краям перемычки которых виднелись крылышки прокладки, бегала вокруг сестры внося в одеяние Эли свои поправки. На моей супруге одежды побольше – платье, призванное изображать торжественный наряд и светло-коричневые чулки с широкой ажурной резинкой.

Из трёх щелей исходили дурманящие меня ароматы. И только активность моих половых сношений в последние сутки оберегает мой хер от разрыва. Да и дамы сами пьяны своими ароматами – принимают развратные позы. Особенно возбудительно это получается у Люси – она складывается пополам, помогая Эле надевать туфли. При этом мокрая пизда и шоколадный зрачок натурально шевелятся, как бы маня в себя. Супруга в очке ещё девственна и тем охуительна. Я предполагаю, что при беременности смогу уговорить её на анал.

— Ну, жених, готов? – спросила Люся.

— Готовей некуда! – ответил я, встав рядом с невестой. Взяв бутылку принялся наливать вино в фужеры.

Камера установлена на штативе, фиксирует, как мы чокаемся, пьём. Затем Люся берёт камеру в руки и снимает, наш с Элей поцелуй. Недолго – минуты полторы от силы, т.к. главное снять акт дефлорации. И к этому процессу все готовы – и мой, гудящий от напряжения член, и умелые действия «невесты»

Рафаэла стоúт на коленях у кровати, со всей страстью исполняет феллацио – то засасывая член чуть ли не весь, то пытается поместить оба яйца в ротик. Извиняется за причинённые неудобства своего небольшого рта и всё время постанывает, так как Розочка, помогая мне с предварительными ласками, вылизывает любовный нектар. Малая при этом лежит спиной на полу и яростно дрочит свои гениталии. Лепестки пиздёнки весело аккомпанируют чмокам рта Эли по члену.

Чтобы продержаться я смотрю на объектив камеры, пытаясь понять каким увеличением сейчас пользуется Люся. Нужен ли нам телескопический объектив, что мы им будем снимать. Только ли происходящее в окнах домов напротив или может быть съёмку природы.

— Ну, всё, Элечка, хватит. Пришла пора раскрыть твою створку! – сказала Люся. – Коль, ляг на спину… Ствол держи… Эля передом ко мне повернись…. Потом нацелуешься! Даже минуты мне хватит…. Роза, уйди с ракурса… Давай, Элечка, насаживайся! Коль, придерживай её за попку… Медленно опускай… ещё медленней… Роза, ты опять лезешь!

— Я хотеть целуть Элечку.

— Потерпи, потом и меня поцелуешь, и сестричку с Колей. Эля, посиди у него на коленях, пусть крови будет побольше… Привстань… опустись… привстань… теперь поднимись повыше… Ух ты, какая большая капля…

Всё! Теперь Эля может повернуться, как ей хочется. Розочка, давай мне сюда свою писечку… — Люся поставила камеру на штатив и легла на пол животом, чтобы вылизывать пиздёнку младшей немочки.

А я опрокинул Рафаэлу на спину, умудрившись удержать член в плотной щели. Плавно гоняя член по свежей трубе, нежно целовал губы и поглаживал груди. Осознание того, что первым проник за девственную портьеру, божественным елеем ласкает мою душу. Ебать молодую пиздёнку во много раз лучше, чем не тронутое очко, каким был вчера анус Эли. Пусть там туже, но в этой щели гораздо теплее и энергетика вагины до того мощна, что я натурально опьянён.

Ухватив партнёршу за ягодицы, перешёл на другую скорость и за десяток шлепков по лобку кончил. Уже опорожнив заряд подумал о том, что фактически стану отцом. И если с Люсей у нас всё по закону, то дитя Рафаэлы будет называть папой её отчима. Но опьянение актом дефлорации мутит мне мозги и поэтому решаю додумать эту мысль позже.

— Как ты? – покрывая телом Рафаэлу спросил. Девушка ответила, что из-за боли никакого кайфа не почувствовала. Но благодарна мне за заботу и тех миллионов сперматозоидов, которые заполнили влагалище.

***

Людмила.

Мимика лица Рафаэлы часто сменяется с радостного на горестное осознание произошедшего. Так было и со мной после первого траха. В тот день меня не покидало чувство потери не только целки, но и статуса девушки. И пусть ко мне продолжали обращаться, называя девушкой, подсознательно я переводила на: «женщина». Я понимаю, что это всего лишь слова, что в дамском кругу называем друг друга «девочки», но знаю, что я уже женщина. Что щель уже пробита и ничто не происходит с ней от количества соитий. Рождение ребёнка конечно нанесёт свой урон на формы преддверия и самого влагалища, но по примеру своей родительницы я начну тренировать вагинальные мышцы. Для чего? В первую очередь конечно для себя – чтобы чувствовать член, как это делаю губами или ладонями плотнее сжимая ствол.

Таким образом я вновь пришла к мысли о трахе с посторонним мужчиной.

«Желание потрахаться с другим мужиком у меня появилось после свинга с родителями. – вывела я. – Это, что за хуйня? Типа заболевания, передающегося половым путём, что ли? Только действующее на психику. Неужто папочка подцепил эту гадость от бляди? Допустим, от той же Лизки. И после траха с отцом, я сама заразилась, наградила своего супруга. Во, прикольная хрень! А она лечится? Как? И надо ли мне лечиться? Может так и оставить? Потому что мы с Котей продолжим трахаться с родителями. Тогда и их нужно лечить! Нужно спросить у мамули, когда ей вздумалось изменить мужу. Менжевалась ли она перед этим? Как стала относиться к супругу. Подруга, ты вроде не пьяна, а такую погань размышляешь. – притормозила я себя, будто другой человек услышал мои мысли. – Измена мужу – есть настройка ему рогов. Рога — это символ козлов. Ты замужем за рогатым? Нет! Так какого хуя ты изводишь себя? Вот пригласит мамуля тебя на свинг с участием других пар, так наебись сколько влезет… Но исподтишка заманчивей! Адреналин опьяняет… Адреналин тебе нужен? Иди занимайся экстремальными видами спорта! Вспомни о том, что хочешь оберечь своё дитя от растления в раннем возрасте!»

— Розофька, помоги мне подмыться. – вернул меня к реалии голос Эли.

Пока младшая вставала с пола Котя поднял «новобрачную» на руки, понёс в ванную.

— Всё – она женщина! – сказала Роза, глядя на окровавленную попочку сестры.

— Сожалеешь? – спросила я.

— Радуюсь…

— Ты серьёзно хочешь отдаться своему папе? Во сколько лет появилось такое желание?

— Когда Элечка рассказала о его члене. Папка у нас рутарис… э-э-э… волос красный…. Да рыжий! А кожа белая. Вот белый член в рыжий… рыжих волосах. Вот его фото. – Роза быстро нашла в смартфоне.

— У тебя такой молодой отец? Сколько ему лет? – удивилась я.

— Тридцать четыре. Ему быль… было двадцать лет, когда мама забеременеть… забеременела мной.

— Значит по залёту они поженились?

— Ага… — начала девушка, но к нам вернулись Котя с Элей. Они сообщили нам, что Эля собирается беременеть в бане и предложили выехать как можно скорее…

***

Антонина.

Прошёл месяц после того, как Инга и её дочери улетели в Германию. Подружка двое суток сношала деревенских мужиков, не взирая на возраст и комплекцию.

«Приеду ли я ещё сюда неизвестно. Так что будет о чём вспомнить. – пьяным голосом сказала немка-полукровка, которую ко мне на дачу привезли Степан и Лидия. – Хотелось бы ещё вашего зятя трахнуть. Поможешь?»

«НЕТ! – отрезала я, сразу догадавшись, что она не здорова на голову, так, как только сознание человека руководит позывами, а не так называемое бешенство матки. Вероятно, она подцепила, как минимум уреаплазмоз, принимая мандой массу членов. Но не только желание уберечь здоровье моего любимого зятя, заставило меня так яростно отвергнуть просьбу Инги. Я просто не хочу такого извращения Коли. – Люда и так с неохотой позволила мужу оплодотворить Рафаэлу». – окончила я примирительно.

«А соседа твоего можно?» — спросила неугомонная нимфоманка. Романа мне не жалко, но и быть сводней не хочу. Посоветовала ей самой кадрить мужика. И ведь пошла, идиотка такая.

— Мам, твоя очередь. – вернула меня к реалии дочь. – Не волнуйся, родненькая – всё нормально. Даю гарантию ты беременна.

Не верила я тестам, сейчас пришла на приём гинеколога. Стандартные вопросы, затем УЗИ матки.

— Пять недель вашему сыночку. – порадовала гинеколог.

Выйдя к дочери, оповестила улыбкой и добавила:

— Мальчик.

— Ура, мамуль! Идём радовать наших мужей. – Люда доверяет тестам и не желает знать пол будущего ребёнка. – Рожу я племянницу своему братику… — интонация последней фразы была очень далека от праведности.