шлюхи Екатеринбурга

Дела семейные. Часть 4

Три недели спустя, в субботу днем, мы с Кэти были дома, просто наслаждаясь тихим уединением в течение нескольких часов, пока Дэйв был на работе, а Сью пошла пошулять с друзьями. Однако вскоре в гостиную ворвалась вернувшаяся Сью.

— Привет, мама! Привет, папа!

Она не стала ждать, чтобы услышать наши ответы и поторопилась в туалетную комнату. Кэти усмехнулась и продолжила чтение. И тут мы услышали визг из туалета. Кэти с тревогой посмотрела на меня и встала.

— Я лучше пойду проверю, — сказала она. — Может, это девчачьи штучки.

Кэти быстро вышла и постучала в дверь туалета.

— Сью, милая? Что случилось?

— Мама? – раздался из-за двери приглушенный голос Сью, — не могли бы ты зайти сюда, пожалуйста?

Я услышал, как Кэти открыла дверь и быстро вошла в ванную. Почти сразу же после того, как дверь закрылась, я услышал, как она вскрикнула от удивления. Их голоса затихли и я не мог расслышать ничего, кроме неразборчивого шепота. Они явно обсуждали то, что вызвало такой переполох. Через несколько минут Кэти вернулась ко мне с улыбкой смущения на лице.

— Что случилось? — спросил я.

— Клещ, — ответила Кэти, — у нее клещ.

Я приподнял брови.

— Ну и что за проблема? Берете пинцет и вытаскиваете.

Кэти покачала головой.

— Это… ну… проблема в том, где именно находится клещ. А еще в том, что я с детства до ужаса боюсь кровососущих насекомых – ты же меня знаешь.

Последнее замечание было действительно справедливо. Видимо некоторые страхи передаются по наследству, потому что Сьюзен тоже не выносила вида клещей, слепней, оводов и тому подобных тварей.

Я понял, что ответственность переложена на меня, и направился было к Сью.

— Подождите, — остановила меня жена, — клещ… это он…

Я недоуменно посмотрел на нее.

— Что?

Кэти многозначительно показала на свой пах.

— Клещ там, внизу, — пояснила она.

Я молча уставился на нее, не зная, что делать дальше.

— Может быть, нам стоит пойти к врачу и попросить его вытащить его? — предложила она.

— Страховка не покроет визит доктора только лишь для извлечения клеща — это довольно глупая трата. Это простое удаление клеща, а не сложная операция на мозге.

— Тогда знаешь-ка что? Она же твоя дочь. Ты же видел ее голой много раз…

— Видел, но до того, как она достигла половой зрелости, — напомнил я супруге.

Кэти кивнула и пожала плечами на мое возражение.

— Не думаю, что стоит тратить не один час и платить сотню долларов за то, что займет у тебя одну секунду. Давай это сделаешь ты, а я буду наблюдать. Все-таки она наша маленькая девочка, которая уже не такая маленькая.

По тону Кэти было ясно, что она уже не отступится.

— Ну папа! — жалобно позвала Сьюзен из туалета.

— Ладно-ладно, иду, — крикнул я.

Как солдаты на боевом задании, мы с женой направились к дочке. Я открыл дверь и увидел Сьюзен. Она сидела на унитазе, широко расставив ноги, в короткой летней юбке, задранной до талии, и без трусиков. Ее киска была полностью обнажена. За считанные секунды мои глаза разглядели множество интересных деталей. Во-первых, я отметил, что моей дочери довольно симпатичная киска. Во-вторых, она побрила свой холмик (что имело смысл, учитывая, что она была в команде поддержки и не хотела, чтобы случайные лобковые волосы случайно показались во время танцевальных прыжков и наклонов). В-третьих, она дрожала как осиновый лист. И, наконец, на ее левой большой губе было маленькое черное пятнышко, которое, несомненно, было клещом.

Я принял уверенный, властный и спокойный вид. На меня смотрели ее широко раскрытые и полные страха глаза. Все эротические мысли тут же испарились, и в моем мире не осталось ничего, кроме заботы о благополучии моей Сьюзен.

— Ты в порядке, котенок? — осторожно спросил я.

— Нет! – завизжала она, — ты же видишь, что нет! Убери клеща!!!

— Я сейчас принесу пинцет, — быстро сказала Кэти.

Я опустился на колени перед Сью, не сводя глаз с ее глаз, и больше никуда.

— Есть идеи, как ты его заполучила в это место? — спросил я ее.

— Я немного повозилась с одним из парней в траве. Но ничего не было, клянусь тебе. Мы просто целовались и все такое. Извини, пожалуйста.

Сью выглядела немного смущенной и огорченной. Я боролся с желанием рассмеяться над ее затруднительным положением. Вот она стоит, широко расставив ноги, чтобы я мог лучше видеть ее киску, и еще извиняется передо мной?

— Все в порядке, котенок. Ты уже большая девочка и сама вправе решать, делать ли такие вещи.

Я решил было попытаться перевести разговор на более безопасную тему, но тут вернулась Кэти с пинцетом и протянула его мне, прежде чем Сью успела что-либо ответить.

— Вот, — сказала она, — я его уже продезинфицировала спиртом.

Она посмотрела на Сью:

— Он может быть немного холодными. Уж извини.

Сью посмотрела на мать с легкой улыбкой.

— Все в порядке, мам. Спасибо.

Она смотрела на меня сверху вниз, а я храбро пытался смотреть куда угодно, только не на причину нашей дилеммы.

— Эм… Мам? Ты будешь смотреть или как?

Я почувствовал, как Кэти напряглась в дверях.

– Если ты не возражаешь, — неуверенно спросила она.

— Вообще-то, — ответила Сью, — я вроде как надеялась, что ты будешь держать меня за руку, пока папа… э-э… работает со мной.

Кэти прошла мимо меня, встала рядом со Сьюзен на комод и посмотрела на меня задумчивым взглядом. Она взяла нашу дочь за руку и сказала:

— Конечно, дорогая. Я здесь ради тебя.

Сьюзен посмотрела на меня сверху вниз, ее глаза снова расширились от страха.

— Будет очень больно? — сказала она замирающим голосом, словно ей снова было шесть лет.

— Вообще-то, не должно, котенок, — ответил я.

Она кивнула мне и прикусила губу в предвкушении боли. Я на секунду закрыл глаза, чтобы собраться с мыслями, а затем открыл их, снова сосредоточившись на вагине дочери. Придвинул пинцет поближе к клещу и ухватил его крошечное тельце зубцами. Осторожно потянул несколько раз, но единственный результат моих усилий свелся к тому, что половые губки Сью раскрылись и ее розовая плоть словно несколько раз подмигнула мне. Но клещ по-прежнему не хотел отцепляться. Я сел на корточки и раздраженно фыркнул, расстроенный тем, что все оказалось сложнее, чем мне хотелось бы. Я оглядел ванную и мой взгляд упал на сумочку Сью.

— Котенок, — спросил я, — у тебя случайно нет лака для ногтей?

Брови Сьюзен в замешательстве сошлись на переносице.

— Есть, а зачем тебе?

— Лак для ногтей лишит клеща доступа к воздуху и он будет искать выход из ситуации. Я бы предпочел не выдергивать его, оставлять головку внутри. Это может вызвать инфекцию и, — я кивнул на ее киску, — будет продолжительный зуд.

Кэти строго посмотрела сначала на меня, а потом на Сьюзен. Не говоря ни слова, она схватила сумочку Сьюзен, открыла ее и достала флакон лака для ногтей, протянув его мне с суровым выражением на лице.

— На этикетке написано, что он быстро сохнет.

Я снял колпачок и поднес щеточку к губам Сьюзен. Я бросил неуверенный взгляд на обеих женщин. Их состояние было довольно контрастным: Кэти выглядела так, будто вот-вот выйдет из себя, а у Сьюзен было самое ликующе-выжидательное выражение на лице. Глубоко вздохнув, я начал наносить лак на переднюю часть клеща небольшими мазками. Бедра Сьюзен слегка дрогнули, когда щеточка первый раз коснулась ее самого чувствительного места, но в остальном она умудрилась остаться совершенно неподвижной, крепко держась за руку матери. Кэти молча наблюдала за происходящим с напряженным интересом. Как только лак был полностью нанесен, я начал осторожно дуть на него, больше по привычке, чем что — либо еще-это то, что вы делаете с лаком для ногтей, когда он был нанесен, верно?

Эффект был мгновенным. Сьюзен стала немного влажнее и громко ворковала, даже когда моя жена держала ее за руку. Вздрогнув, я перестал дуть и посмотрел на Кэти. Она слегка кивнула мне, чтобы я продолжал, но ее глаза все еще были настороженными. Я осторожно наклонился вперед и продолжил дуть на все более влажные половые губы Сьюзен. Сделав несколько выдохов, я посмотрел на Сьюзен.

— Котенок, эм… ты не могла бы попробовать не наслаждаться этим процессом так откровенно? Нам просто нужно, чтобы все это высохло.

Глаза Сьюзен были закрыты. Когда я заговорил, она посмотрела на меня сверху вниз и покраснела.

— Прости, папочка. Я постараюсь.

Она слабо улыбнулась и посмотрела на мать, словно извиняясь. Кэти молчала, погруженная в свои мысли. Я подул на лак еще несколько раз и потом осторожно потрогал его пальцем, чтобы убедиться, что он высох. Ощущение половых губ моей дочери на моем пальце прямо-таки возбудило меня. Я боролся с желаниями, которые испытывал бы любой мужчина, столкнувшись с подобной ситуацией, и пытался сохранить свою роль отца юной девушки.

— Ладно, — сказал я, — лак высох. Теперь мы дадим ему несколько минут, чтобы клещ задохнулся.

Я откинулся назад и снова прислонился к стене, чтобы подождать.

— Как долго ждать? — спросила Кэти, уже поглядывая на часы.

Я пожал плечами.

— Я же не энтомолог — откуда я знаю, как у него дыхательная система устроена. Так что только опытным путем можно. Может быть, через минуту, — предположил я, — а если не получится, тогда попробуем еще раз через минуту. И так далее.

Кэти, словно ястреб, следила за секундной стрелкой своих часов, а мы все трое ждали в абсолютной тишине. Наконец она коротко кивнула мне.

Я снова протянул руку с пинцетом и осторожно потянул за тело клеща. Губы Сьюзен снова приоткрылись, что дало мне еще один вдохновляющий вид на ее самые интимные места, поскольку клещ поначалу продолжал сопротивляться. Однако я продолжал тянуть — и наконец крошечный жучок отпустил место, в которое всосался. Сьюзен исторгла вздох облегчения и ее губы быстро сомкнулись снова. Я увидел, что там, где только что был клещ, осталась крошечная дырочка, похожая на булавочный укол.

— Прости, — обратился я к Кэти, — не могла бы ты сходить за спиртом, чтобы избежать инфекции.

Кэти остановилась на мгновение и уставилась на меня задумчивым, безмолвным взглядом. Наконец она отпустила руку Сью и быстрым шагом оставила нас одних.

Сьюзен посмотрела на меня с широкой улыбкой на лице.

— Спасибо, папа. Ты прямо весь вспотел от усердия, — она помолчала, а потом тихо спросила, — тебе это понравилось, не так ли? Только между нами.

Я смотрел на нее и внимательно прислушивался, не возвращается ли моя жена. Потом понизил голос до шепота и сказал:

— Между нами? Да.

Моя восемнадцатилетняя дочь улыбнулась мне в ответ и прошептала:

— И мне тоже, папочка.

Мы оба пришли в себя за долю секунды до того, как Кэти вернулась в ванную с бутылкой спирта и ватным тампоном в руках.

— Уступи место мастеру, — сказала она мне, — теперь моя очередь заняться делами.

Без всяких предисловий она облила ватный шарик спиртом и начала прикладывать руку к все еще открытой киске Сьюзен. Внезапно она отдернула руку и встала.

— А с другой стороны, — сказала она, протягивая Сьюзен мокрый ватный шарик, — я думаю, что с этим ты можешь справиться сама. Не правда ли?

Сьюзен взяла ватный шарик и посмотрела на нас, выжидательно подняв брови.

— Эм… я знаю, что вы оба видели почти все, что я могла бы надеяться скрыть от вас, мама и папа, но могу ли я сейчас хотя бы попытаться сохранить хоть какое-то достоинство?

Извинившись, мы с Кэти бросились к выходу. Когда вернулись в гостиную, Кэти шутливо, но все же со слегка обвиняющей интонацией сказала мне:

— А ведь тебе это понравилось!..