шлюхи Екатеринбурга

Римляне

Глава 1

Величественный храм «Венеры», сегодня был заполнен гостями как никогда, ведь приближался праздник в честь Минервы — Богини, покровительствовавшей городам и мирным занятиям их жителей. Она была дочь Юпитера, ее особым расположением пользовались ремесленники, художники и скульпторы, поэты и музыканты, врачи, учителя и искусные рукодельницы. Празднества в честь прекрасной и мудрой богини проводились во второй половине марта, назывались квинкватрами и продолжались пять дней. На этот день прерывались военные действия, если они имели место, и происходило общее бескровное жертвоприношение лепешками, медом и маслом. Затем устраивались гладиаторские игры, а в последний день приносились жертвы Минерве в специальном помещении сапожников и происходило торжественное освящение труб, состоявших под особым покровительством богини, поскольку сословие трубачей играло большую роль в городской жизни, участвуя в торжественных церемониях, похоронах и различных обрядах.

Куртизанки свободно разгуливали по многочисленным залам абсолютно голыми за исключением замужних женщин, покрывающих свое лицо полупрозрачными накидками. Когда начинались развратные оргии, равным им не было, ведь «свободная» женщина в отличии от рабыни зарабатывали здесь «неплохие» деньги…, а некоторые богатые дамы просто получали полноценное «сексуальное удовольствие», в отличии от их престарелых мужей…

Самым распространённым способом совокупления был «тройничек», когда два мужчины сношали женщину, один в рот, другой в вагину или зад, для этого использовались специальные масла…так как женщин было намного больше чем мужчин то они не гнушались и взаимным удовлетворением друг друга, для чего использовали искусственные фаллосы, как из дерева, так и с серебра и бронзы…были также любители «золотого дождя» для этого в специальных ванных были оборудованы как душ, так и слив проточной воды…

В храме лежала статуя богу Матунусу, вот несколько молодых девушек в белых туниках поочередно садились на нее, совершая «половой акт» и лишаясь девственности, ведь у нее был член реальных размеров. Потом подошла троица вполне взрослых женщин и тоже нанизывались на этот окровавленный после девственниц, гранитный «стержень» намереваясь «забеременеть», божественной силой, здесь это считалось нормой…

— Максимиллиан (потомок величайшего, рим.), какого дьявола ты здесь делаешь? Тебе что жены и рабынь не хватает? — гневно спросила молодая стройная девушка, с закрытым лицом у рослого парня, беззаботно снашивающего чернокожую куртизанку.

— Вот, у меня точно такой же вопрос к тебе сестричка Крискентия (растущая, рим.), что старый «пердун» Вендимиан (собиратель винограда, рим.), не справляется со своими прямыми обязанностями? Ты решила поразвлечься или все-таки «залезешь» на Матунуса и он своим божественным началом оплодотворит тебя?

— Не смей, богохульствовать, братик, ты знаешь у меня крепкая рука…

— Все, все… сестра, умолкаю, помню, как ты вместо рисования бегала в гладиаторскую школу к дядюшке, Руфину (рыжеватый, рим.) и он тебя многому там научил. Давай договоримся ты ничего не скажешь моей супружнице Лукреции (богатая, рим.), а я буду «нем, как рыба», перед твоим «старцем» … Да еще я прекрасно помню твой замечательны ротик, ведь именно я научил тебя всем любовным премудростям… становись на колени…

Девушка послушно опустилась на пол и сразу же взяла внушительный отросток брата за щеку…как когда-то в юности…ведь они спали долгое время в одной комнате и почти каждую ночь юноша опустошал свои яички со спермой в ротик сестричке, а когда она стала старше то первым «распечатал» ей зад. Уже потом Крискентия, подверглась насилию со стороны отца, который наравне с матерью мог их содомировать часами, попеременно меняя раскрасневшиеся заднепроходные отверстия с их ртами… мать же безропотно удовлетворяла все прихоти мужа и сына всеми своими растянутыми отверстиями.

Сейчас она была благодарна родным мужчинам, ведь в древнем Риме женщины не имели никаких прав, а только обязанности ублажать мужа. Отец мог продать дочь замуж, чтобы поправить свое финансовое состояние, а муж просто временно «подарить» другу для личной выгоды. Лишенную же целомудрия девушку могли попросту судить в лоне семье и убить без всякого наказания со стороны властей. Девушку хорошо подготовили к «взрослой» жизни…

Глава 2

Незнакомка открыла глаза, но увидела лишь желтый «серп» луны и несколько мерцающих звездочек, в чувство ее привел «собачий холод», ведь ее тело почты полностью было погружено в воду, кроме головы и части плеча. Сильный озноб, заставил двигаться в направлении берега. С трудом она повернулась на живот и поползла, на сколько хватило сил, ее тело было абсолютно голым и сильно избитым, а лицо явно изуродовано, но самое ужасное девушка не помнила, как судя попала, и даже своего собственного имени…

— Вон, гляди Сикст (шестой, рим.) труп чей-то у дороги валяется, кажись баба, вон какие сиськи «аппетитные», при жизни были…вот бы ее сейчас…

— Терентий (назойливый, рим.) успокойся, грешник. Вот продадим кожу на базаре, пойдем в дом «терпимости» и там ты уж… ты посмотри она руку подняла… кажись живая… может рабыня беглая…

Мужчины спрыгнули с повозки и подойдя вплотную, тщательно разглядели все тело незнакомки на предмет клейма – его, не оказалось.

— Вот, боги услышали мои молитвы! Теперь можно даже сэкономить, давай ее подальше от дороги отвезем вон в ту рощицу, да и «оприходуем», пока живая…жаль лицо все разбито…но женские прелести почти не пострадали: — бормотали возбужденно ремесленники, затаскивая беззащитную добычу на телегу со шкурами. Когда они въехали в лесную чащу, то услыхали тихий шепот:

— Воды, дайте мне воды, и не смейте меня трогать, подонки! Я не помню своего имени, то точно знаю, что из богатого рода, и вам не поздоровится, если что…, а коли поможете, то станете на несколько мешочков серебряных динарий богаче…

Но разве это могло остановить похотливых самцом, имеющих жен размером с корову и с таким же выменем… растянув несчастную на голой траве они поочередно стали насиловать ее во влагалище… попытка засунуть один конец в рот несчастной, чуть было не закончилось принудительной кастрацией одного из насильников.

— Ладно, «дикая кошка», мы отвезем тебя в город и даже поселим в гостиницу, пока за тебя не принесут «выкуп», а сейчас попей воды из этого бурдюка и дай обработать тебе раны. Мы получили сегодня что хотели, завтра хотим забрать остальное: — молвил один из купцов болезненно потирая укушенную головку пениса…

— О, боги, что я здесь делаю? — голосно крикнула женщина, подняв голову к небесам, стоя на оживленной площади. Ночью к ней постоянно кто-то пытался проникнуть, стуча в двери, гостиницы, а утром, когда она их всё-таки открыла, чтобы позавтракать, к ней вломились, ее вчерашним «спасители» вместе с друзьями. Будучи изрядно пьяными они уже ни на что реагировали, а хотели лишь одного – ее великолепного тело и желательно бесплатно.

— Твари, вас повесят за причинное место, если вы ко мне прикоснетесь! – злобно шептала девушка пытаясь увернутся от потных рук, похотливых мужчин. Но многочисленные ремесленники уже были на «пределе» и думали лишь тем самым местом…явно что не головой…

— Мы тебя… спасли… одели… лечили… ты нам должна…шлюха… свою…

Ее насиловало больше десяти человек, до самого обеда… потом «насытившись» всеми ее отверстиями по несколько раз, удовлетворённые мужчины спустились на первый этаж, в харчевню…

— Вот мы сейчас перекусим, винца попьем и снова вернемся: -ухмыляясь во весь свой беззубый рот произнес в дверях Сикст и добавил:

— Тебе еды принести, или ты уже нашей спермы наелась?

— Внизу слышалось громкое «ржание», а голос кожевника Терентий произнес:

— Если в желудке ее мало будет, наша шлюха может ее из других дырок «зачерпнуть» …

Прошел целый час, ее никто не тревожил, и незнакомка успокоилась, потом оделась умылась и попил воды из кувшина.

— Боги, почему я ничего не помню, какие-то обрывки воспоминаний: -шептала девушка и ее пальцы крепко сжились в кулаки. Когда к ней снова вошло двое насильников она уже знала, что нужно делать…

— Получи чернь! Еху…ей! — злобно крикнула она, и ее колено больно врезалось в пах ближайшего насильника, второму она нанесла двойной удар ладоней по ушам, и он взвыл, словно дворовая «шавка», поджавшая хвост» …

— Странно, я оказывается умею драться, никогда бы не подумала: — удивлено рассматривая свои руки, произнесла девушка и еще пару раз стукнула ребром ладоней обоих мужчин поочередно. Потом вытащила у каждого из-за ремня кожаный мешочек с монетами и тихо вышла за двери. Девушка шла, опустив голову по знакомым улочкам, и какие-то смутные видения возникали у не перед глазами – вот она находится в регионе Лацио, внизу протекала река Тибр. Она вспомнила легенду об герое Энее, сбежавшего из Трои, в поисках родной земли, и добравшись до места где вскоре возник Рим, он подошел к устью реки к месту обитания пастухов и узнал, что они поклоняются богу Tibirinusu и в его честь прозвали эту реку… Яркие картинки какой-то «распутной» жизни завертелись у нее перед глазами. Но то что она была ее прямой участницей, не вызывало никакого сомнения…. Неужели я была богата и знаменита… сорила деньгами… пользовалась успехом у мужчин… поддавалась соблазнам духа и тела… низ живота заныл, от сладостных воспоминаний плоти…

Глава 3

Звуки ударов клинков и крики первых раненых заполонили весь амфитеатр, с полсотни человек дрались не на жизнь, а на смерть, кто-то, будучи плененным рабом, кто-то погрязшим по долговым обязательствам, или будучи преступником и лишь один гладиатор попал сюда из-за чувства справедливости, это был — Максимиллиан. Ведь именно он вступился за честь своей сестры Крискентии когда ее престарелый муж Вендимиан, этот «барыга», торгующий вином по всем провинциям римской империи, проиграл жену в кости центуриону римской армии, а тот решил, «порадовать» всех своих друзей и многих подчиненных-легионеров…бесплатной куртизанкой…

Полгода назад, Максимиллиан получив расчёт, услыхал знакомый голос на втором этаже здания и незаметно поднявшись туда с удивлением узнал Вендимиана — одутловатого мужа сестры, тот в пьяном угаре громко кричал:

— Слушай меня, Саторний (сытый, рим.), я проиграл тебе в «кости» целое состояние, но мы с тобой «деловые» люди, я хочу предложить тебе мою молодую жену Крискентию… я уже стар и не всегда могу ее порадовать… думаю твой «воинственный» приап будет ей кстати…

— Ты, смеешь предлагать «свою» женщину первому встречному?

— Нет, конечно, я ведь тебя давно знаю, а в последнее время только благодаря тебе мои поставки вина во дворец и солдатские казармы возросли вдвое… думаю ты тоже не в накладе … а насчет «своей», так она уже давно «расставляет ноги» моим финансовым партнерам, раз не может мне родить наследника, пускай тогда поднимает мой статус и денежное благополучие… у нее там «не сотрется» … тем более не она первая…

— Старый ты «пройдоха», уж не думаешь, ли ты, что ночь со «шлюхой» даже если она и «благородных кровей» будет равноценным обменом по проигрышу?

— Хорошо, хорошо, можешь забрать ее на целый месяц и «содомировать» хоть всем своим легионом…родители ее мертвы… благодаря тебе, а значит жаловаться будет некому…

Последние слова этого напыщенного «предателя», словно катапульта подтолкнули Максимиллиана к действиям. Он в два прыжка одолел лестницу и буквально как кабана, насадил убийцу своих родителей острым кинжалом. Он достал его из-за голенища, и пронзил глаз, пробивая череп.

Развернувшись, «мститель» уж было попытался выдернуть свое орудие мести, и добраться до главного «заказчика», но быстро «протрезвевшие» легионеры, быстро скрутили юношу, повязав веревками. Потом началось жестокое избиение ногами и если бы они не мешали друг другу, то обязательно бы его убили.

Последнее что он услышал, теряя от боли сознание, хрюкающие крики Вендимиана:

— Так просто ты не умрешь! За убийство центуриона тебя повесят! Нет! Ты издохнешь на арене Максимиллиан, а твою сестру я задешево продам в бордель… она бесплодна, а значит бесполезна, да чуть было не забыл… твою супружницу Лукрецию, я сделаю своей собственной рабыней и каждую ночь она будет целовать мои ноги…

Девушка, быстро забежав в дом брата с изумлением увидела полностью разграбленное помещение и следи крови на стенах… что же здесь произошло? Куда подевалась Лукреция, его жена, почему ее стали ловить на улице, слуги магистрата «triumviri nocturni»? Интересно кто ее обучил так ловко драться, ведь она «вырубила» двух крепких стражей в течении минуты…

Внезапно она сообразила, нужно допросить одного из них. Затащив не без труда, тела обоих нападавших в дом, она стала бить одного из них по щекам, потом вылила ему на голову, кувшин холодной воды.

— Где я? Что это было?

— «Кардан от машины», придурок: — быстро ответила беглянка абсолютно незнакомые ей слова и недоуменно добавила:

— Если сейчас не расскажешь, почему я «в бегах», я тебе «глаз на задницу натяну»! Понял?

— Видимо сыщик явно представил себе подобную «изуверскую» пытку потому-что сразу же начал рассказывать:

— Полгода назад, твой брат Максимиллиан убил центуриона Саторния, он как раз получил должность гастата при дворе правителя, и был на «особом счету» покровительства. После чего, его жену отдали на поругание, целому отряду легионеров… потом ее кажись выкупил в качестве рабыни торговец Вендимиан, а тебя Крискентия, он продал за «тридцать серебряников» в «дом наслаждения», где ты и была все это время в качестве дешевой шлюхи…

— Целых полгода, меня «потребляли во все места», все кому не лень, а я ничего не помню? Этого не может быть! Говори, что было дальше, или я действительно оторву твой похотливой отросток, а потом засуну тебе его в рот и заставлю проглотить: — злобной «пантерой» зашипела девушка и сильно схватила мужчину за «причинное место»

— Айайай…ой…больно… все скажу только отпусти! Ты как – то умудрилась ночью сбежать, тебя несколько дней вылавливали ликторы (охранники и исполнители наказаний) но безуспешно. Тогда триумвиры (должностные лица) дали указание вигилам (стражники и пожарные в одном лице) закрыть ворота и пропускать только с обязательной проверкой каждого входящего и выходящего. Но скорее всего тебе удалось как-то выскользнуть «из капкана» и только сейчас ты появилась здесь… учти за тебя префект назначил крупную награду, центурион был ему толи другом, толи братом…обещал если поймаем — кошель «золотых», а тебя в солдатский бордель…направить… будешь снова «подстилкой» для когорты легион…

Договорить он не успел, потому что девушка резко ударила его в горло сжатыми пальцами, перебивая трахею, второму фрументарию, она с хрустом, сломала шею… теперь пока их не найдут, у не будет время подумать, что делать дальше…

Глава 4

Быстрой перебежкой Крискентия достигла второго «спасительного» берега, когда над его ухом «засвистели» стрелы… мотаясь из стороны в сторону, словно «маятник», беглянка перепрыгнула густой кустарник и оказалась в зоне безопасности… когда девушка услыхала за спиной лошадиное ржание и ругань преследователей то тотчас вспомнила… именно также она вырывалась из «рабства» куртизанки…

Да… да… именно пару дней назад, она сумела вместе с караваном купцов перебраться через городские ворота, но потом, ее кто-то заметил или предал… стражники затащили ее в казармы и в течении нескольких дней насиловали всеми доступными способами, а потом продали за пару кожаных бурдюков вина, легионерам с дальней заставы… когда же и они вдоволь «насытились» ее женскими прелестями, беглянка была уже без сознания… посчитав девушку мертвой мужчины «без зазрения совести» просто бросили ее в реку… значит она тогда умерла…или нет? Нужно добраться к своему «горячо-любимому» мужу, может тогда все прояснится… мне нужны зацепки… я чувствую память постепенно ко мне возвращается…

— Успокойся Вендимиан, видишь, как все хорошо закончилось, вначале ты «прикончил» их родителей и стал почти в два раза богаче, потом сделал из его и своей жены безотказных шлюх, а вчерашняя смерть этого отпрыска, сделала тебя полноценным хозяином этих земель и всего ихнего имущества. Предлагаю выпить за предприимчивость и сопутствующею ей удачу! За тебя дорогой, надеюсь ты не передумал вложить все наши общие средства в строительство подземных акведуков? – молвил худощавый инженер гильдии мастеров и по совместительству главный советник правителя Октавиана Августа. Выпив одним глотком весь кубок, до дна, он продолжил:

— Ты же знаешь, как я умею «зарабатывать» на строительстве дорог, а эти «барыши» мы отобьем в течении этого года… и до конца жизни будем ни в чем не нуждаться… и детям, и внукам хватит… как кстати твоя новая пассия Лукреция, такая же «непослушная» и все еще «кусается»?

— Нет что ты, дорогой мой партер, после того как ее в собственном доме «пропустили» через когорту легионеров, она кроткая что та рабыня, можешь сам в этом убедится, и хозяин дважды хлопнул в ладони.

Через минуту вошла измученная девушка с «остекленевшим» взглядом и увидев кивок своего господина, сбросила с плечей тунику, будучи полностью обнаженной, она стала на колени и поползла в сторону гостей…

Ублажая мужчин орально, она привычно проглотила их застоявшуюся сперму, потом также, по привычке облизала их волосатые зады, и сама стала нанизывается свои влагалищем на восставшие вновь приапы своих господ… ведь она теперь бесправная рабыня, с которой можно делать все что угодно…

Крискентия проникла в «хоромы» своего бывшего мужа, словно «кошка», беззвучно и незаметно для охраны, когда она выглянула из-за портьеры то просто оцепенела от ненависти… несчастную Лукрецию насиловали трое мужчин одновременно, проникая в нее со всех сторон… лишь Вендимиан сидел в своем «любимом» кресле и с бокалом в руке, «наслаждался» этим зрелищем…

От всего увиденного, девушка сразу же вспомнила почти все что с ней было в последнее время, и то как ее саму, использовали многочисленные мужчины в борделе и то, как муж лично «подкладывал» ее тело, под своих друзей и партнеров по бизнесу…сейчас она их прекрасно узнавала…

— Глаза «пылали» огнем, тело налилось «стальной» силой, а сердце наполнилось «ядом» … видения чьей-то чужой жизни, снова перемешались с ее собственной… рука плавно подняла со стола острый клинок… потом второй…

— Ну все котёнок, «отожрался»! Пришло время платить по счетам! — молвила беглянка в пол голоса, и ринулась на «обидчиков» …

Первым пострадал толстый «боров» муж, он как раз вскочил на ее голос, и тотчас лишился своего возбуждённого приапа… завизжав словно свинья он потерял сознание, от болевого шока, и свалился на пол… следующим был хозяин борделя…

— Дамиан, «радость моя», ты меня надеюсь узнал, как и то что делал со мной в «доме терпимости», вот получи мой «выкуп», надеюсь он тебе понравится: — хрипло произнесла девушка и одним движением клинка, снесла ему голову… фонтан крови забрызгал все вокруг, включая и ее саму, но это казалось только придало ей ярости…

— Вот, кто это такой «неподвижный» лежит под девушкой, неужто торговец шелком, Валерий? Помнишь, как ты часто любил меня содомировать, уж не обессудь…почувствуй тоже самое… окровавленный клинок почти по рукоять вошел ниже копчика.

Единственно-уцелевший, советник правителя, с криками ужаса бросился на лестничную клетку, но весьма искусно брошенный бронзовый поднос глубоко застрял его в затылке, и он стал заваливаться на поднимающуюся охрану. Убывать троих «щуплых» невольников девушка не стала… сама знала-они себе не принадлежат… просто нанесла несколько ударов ребром ладони по сонной артерии, и связала их найденными веревками…

Глава 5

Сбежав из дома, полного трупов, первое что они сделали это пошли в городскую баню. Девушки с огромным удовольствием плескались в теплой воде, хотя стоимость омовений была не маленькой, но это того стоило… ведь им нужно было смыть всю ту грязь и мерзость, которая у них накопилась… уж если не из головы, то хотя бы из тела. Вокруг них плескались «благородные» дамы из богатых семей, некоторые даже казались Крискентии весьма знакомыми, но сейчас ей было не до «любезностей». Главная задача, которая стояла у беглянок – под видом состоятельных господ, проникнуть в школу гладиаторов и выкупить любимого человека из рабства… лишь бы он только оказался жив…

— О боги! Хорошо то как, подруга! — радостно воскликнула Лукреция и пригнула с бортика в бассейн, потом она подплыла к Крискентии и положила ей голову на колени.

— Знаешь, я только сейчас понял, как от всего этого устала… от постоянного страха… от унижений и издевательств… от похотливых мужчин… и невозможности за себя отвечать… глядя на тебя… мне кажется, что ближе и роднее никого нет и, наверное, никого не будет… она стащила за ноги, девушку в воду и страстно поцеловала в губы, а та ей ответила взаимностью…они ласкали друг друга руками, губами и языками… потом смышлёные невольницы принесли им приапы искусно вылитые из серебра и золота, им тоже нашлось применение…

Девушек можно было понять — все римские женщины были несамостоятельными и находились под постоянной опекой отца или мужа… исключения были лишь для дев-весталок, которые римляне, к уважению у них жреческого сану, освобождали от опеки. В те «смутные» времена отцы или братья имели полное право «продать» свою дочь или сестру в замужество, мужья могли «приобретать» жен разбоем или «покупкой», то есть распоряжаться их телами словно бытовым имуществом…

Потом любовницы напились вина и уснули крепко обнявшись, прямо на шкурах диких антилоп…

Когда она открыла глаза, то первое что увидала — толстые прутья потолка, сквозь которые светило яркое солнце и глиняные стены вокруг … она была в невольничьей яме…

— Лукреция, девочка, где ты? — завопила что есть силы, и тотчас услыхала ответ над головой:

— Не кричи рабыня, а то хуже будет! Подружка твоя в солдатском борделе… сейчас через нее, наверное, прошел уже целый легион (от 2 000 чел.) … трибун (командир) говорил, что она пользуется «бешенным» успехом…вряд ли долго протянет… но вот тебя почему-то не убили, а продали сюда в школу гладиаторов… наверняка твой муж «словечко замолвил». Ты кажись Крискентия, сестра Максимиллиана… знатный был боец из моего лудуса (школы)…будем знакомы, хозяин рабов – Аврелий…

— Не может этого быть! Что значит был? Он что убит, где его тело, мерзавец? -кричала истерическим голосом девушка, питаясь допрыгнуть до ухмыляющегося сквозь решетку лицо…

Глава 6

Римляне предавались утехам, особенно не заботясь о поле, согласии или красоте объекта утех, но все же выбирая рабынь, определяли по определённым признакам, какая из них предназначена для спальни, а какая для службы в доме. Главное это кожа — лучшая девушка, та что не «знала солнца». При выборе служанки для кухни, смотрелись сильные ли руки, нет ли «дерзкого взгляда», все ли зубы на месте и не испорчены ли они …

На что вообще не обращали внимание, так это на девственность, пленниц в основном добывала римская армия, соответственно какая уж там «невинность» после «изголодавшихся по женской ласке воинов…

— Ну что красавица, тебе несказанно повезло, что ты попала мне «на глаза», до того, как тебя не бросили в солдатские казармы: — хмурясь, молвил военный трибун (лат. tribunus militum) римского легиона, Магистриан (учитель, рим.), после «бесконечной ночи» со своей пленницей Лукрецией, потом он налил кубок вина, предложил девушке и продолжил:

— Твой родственник Вендимиан идиот и «прощелыга» … он думал я «сгною» тебя, ему на радость, как он уничтожил твоего мужа, а я тебя «возвышу», ты первая женщина, в которою я влюблен… по настоящему… поверь у меня было с кого выбирать…мой род из знатной семьи, я сам из числа сенаторов и, хотя сейчас руководство легиона осуществляет легат (военачальник), Авдикий (отрицающий, рим.), он мой близкий родственник, да и две когорты легионеров способны нас с тобой защитить от любой угрозы…иди ко мне моя «рабыня» покажи все на что ты способна, и я достану тебе с небес «радугу»…и еще, я хочу чтобы ты мне родила сына… тогда я «достану» для тебя даже луну…

Девушка «мило» улыбнулась своему «спасителю» и привычно поползла к нему на коленях, когда ее голова уткнулась в мужские колени, то ее глаза были наполнены слезами горечи… из-за всего что с ней приключилось… и что может приключится в дальнейшем… но плакать в голос, невольница не смела…

Она профессионально заглотала в самое горло, внушительный приап своего хозяина и замерла лишь, сжимая горловые мышцы, потом стала вылизывать волосатые «бубенцы» и растянутый анус… будучи потомственным римским воином, мужчина давно уже прошел суровую школу легионеров, которые в многолетних походах, умели получать удовольствие не только от женщин, но и от себе подобных…, а о несчастных домашних животных лучше промолчать…

Дальше повелитель, долго сношал ее истерзанное влагалище и еще более растянутый задний проход… куда и кончил… потом облегчившись ей в рот мочой, он хлопнул в ладоши…и началось самое неприятное…

Чернокожий раб завел огромного пятнистого дога, и тот словно зная, что будет дальше, довольно заскулил. Лукреция знала, что этот пес не раз защищал своего хозяина на поле боя, и согревал своим телом во время стоянок, также она знала, что его потребности кобеля, в основном удовлетворяли не суки, а рабыни, и вот теперь настала и ее очередь, хотя ей казалось, что «падать» дальше некуда…

— Становись на колени милая… ты знаешь, что кроме меня и «Цезаря» у меня никого больше нет, и я хочу, чтобы он тоже был «членом» нашей семьи…

Девушка, глотая от обиды слезы, покорно выполнила приказ, ведь она хоть и любима, но все таки-рабыня… без прав, свободы и выбора…

«Цезарю» это было делать не впервой… облизав своим длинным шершавым языков промежность невольницы, он тотчас запрыгнул ей на спину, крепко обхватив лапами живот… быстро задвигавшись, он только с третей попытки попал волосатую вагину, своим весьма крупным отростком, но до самого конца, вместе с узлом… от сильных толчков рабыню шатало, а весьма болезненные удары в шейку матки, заставляли постоянно вскрикивать…вскоре он стал заполнять ее внутренности горячей семенной жидкостью, а собачий «узел» прочно держал их обоих даже после того как он с нее спрыгнул и развернулся.

— Ползи ко мне моя любимая, я что-то сильно завелся, глядя на вас: — молвил трибун, попивая из кубка вино, и красноречиво кивнув на поднятый фаллос. Лукреция таща за собой скулящего пса, безропотно всосала «мужскую гордость» в самое горло …

Глава 7

— Мои легионеры, мне рассказали «занятную сказку», Лукреция, на том последнем морском сражении уцелело несколько «висельников» и среди них, якобы был твой муж Максимиллиан. Что скажешь милочка? Смотри в глаза «грязная» рабыня!

Глаза девушки радостно блеснули, ведь она давно «похоронила», но увидав весьма грозный взгляд своего господина, тотчас опустила голову, а по ее щекам побежали слезы.

— Запомни, «зеленоглазая нимфа», я никому тебя не отдам… даже своему правителю… если понадобится убью каждого, кто к тебе подойдет! — молвил яростно, трибун и красноречиво достал меч из ножен, потом тихо прошептал:

— Лучше бы он там на галерах погиб, а не то я отрублю голову прямо у тебя на глазах…

Максимиллиан, в это время, незаметно обошел все кордоны стражи, патрули, и весьма искусно спрятался в густых зарослях дикого винограда. Дождавшись глубокой ночи, он тайно проник в опочивальню к сопернику Магистриану, а когда увидел на постели, совершенно обнаженную жену в объятиях чужого мужчины то хладнокровие покинуло его, он стремительно бросился с мечем на перевес, не думая о последствиях…

Боевая выучка не подвела бывшего легионера римской армии, а ныне трибуна, он, словно что-то почуяв, скатился на пол и вскочив с уже готовым к бою мечем…

Острая сталь скрестилась друг с другом, высекая искры и начался бой не на жизнь, а насмерть — за самую прекрасную женщину в их общей судьбе.

Силы были примерно одинаковыми, у Максимиллиана — возраст, и суровая гладиаторская школа у Магистриана — опыт и суровая подготовка римского легионера, а главное — десятки сражений на поле боя…

Вот получил колющую рану в плечо первый, и тотчас рубящая кровавая борозда через всю грудь пересекла второго… проснувшаяся Лукреция в ужасе застыла, словно изваяние, боясь пошевелится…снова выпад, и на лице любимого мужа появился кроваво-красный рубец… но и любовник тоже получить острую рану в районе бедра, и завалился на столик, ломая его вдребезги.

Забежало четверо спохватившихся стражников, ночью шум уж был явно слышен…развернувшись в сторону «нового» врага гладиатор очень мастерски парировал все удары, так как охрана мешала друг другу и наконец зарубил каждого их них по отдельности.

— Берегись милый сзади! — крикнула девушка, когда увидела вновь поднимающегося трибуна, на этот раз он выдернул из стены декоративное копье и вонзил его в спину противника. К счастью окрик заставил его пригнутся и острый конец распоров ему спину, воткнулся в деревянное кресло.

— Убью! Задушу собственными руками! Лукреция моя! Только моя, ты слышишь, раб? — кричал не своим голосом ее хозяин и вцепившись в шею юноши «стальным» захватом стал его душить. Силы покидали молодого воина, кровь сочилась со всех ран, а сознание ускользало…

— Получи гадина, за все получи, сполна тварь! Мой муж не раб и я не рабыня… я его люблю и только его…, и мы свободные римляне…

Когда Максимиллиану стало легче дышать, он открыл глаза, и увидел над собой остекленевший взгляд соперника, а из его горла торчало лезвие кинжала, с сочащейся кровью, прямо ему на лицо…

— Нам, надо уходить, любимый, сейчас я тебя перевяжу и переодену в одежду легионера… пока остальная охрана не подняла шум… поднимайся и обопрись ко мне на плечо… мы теперь вечные изгои и враги государства. О, боги почему вы так жестоки… как нам спастись и спасти Крискентию?

Глава 8

Этот день был один из самых трудных в жизни Максимиллиана… впервые он выступал под чужим именем, под чужой одеждой и вольнонаёмным гладиатором, а не рабом. Состоятельные господа довольно часто устраивали смертельные игрища, в своих обширных владениях, приглашая лишь избранных, как гостей, так и профессиональных бойцов…делались весьма крупные ставки, как и «внушительный» призовой фонд победителя…

Вначале он «схлестнулся» с двухметровым великаном, вооруженным трезубцем и сеткой, в течении получаса он сумел измотать его, а потом перебить сухожилие на ногах. Перерезать ему горло, помешали хозяева, опустившие палец вниз, уж больно им жалко было терять такого раба, в качестве прислуги.

Потом ему пришлось сразится с весьма умелым Леквеарием, которому удалось своей веревкой опутать плечи воина, и даже копьем слегка ранить в бедро, но на этом его везения закончились… Максимиллиан проткнул насквозь сердце противника, умелым выпадом, прямо лежа на песке…

Третий противник был не просто искусным фехтовальщиком, но и еще оказался одним из немногих, кто уцелел вместе с ним на том самом «морском» сражении, и получивший меч-рудис, а значит свободу….

— Максимиллиан это ты, неужели выжил, «бродяга»? Узнал, это я Флорентий (процветающий, лат.), из лудуса Дометиана, Мне говорили, что ты сумел-таки освободить свою женщину из рабства трибуна, и теперь у тебя «на ногах» гирями висят, все слуги магистрата «triumviri nocturni»: — тихо шептал его противник Скиссора, нанося беспрерывно удары ножом в виде полумесяца, закрепленным на руке, вторая же с мечом умело парировала все выпады сотоварища.

— Вот теперь даже е знаю, убить тебя и получить главный выигрыш, или сдать прямо сейчас фрументарияв, (шпионам) и тоже получить хорошую награду за твою голову…думаю лучше вначале убить… труп тоже можно будет выгодно продать… кстати твоя любимая сестренка… тоже недавно объявилась в поселении ремесленников… на представлении амфитеатра в Путеолах (Неаполь)… неплохо себя там показала… Спартаной кличут…кажись рядом крутился ланиста Аврелий и этот… старик Руфин… знаешь таких? Жаль девка на арене быстро «согнется» а так можно было бы годами использовать в качестве дешевой солдатской шлюхи…говорят, что у нее давно уже ноги не сходятся, от постоянного сношения … еще говорят римский трибун ее под своего пса «подкладывает, а сам это время рукоблудием занимается…думаю, что скоро и конь римской кавалерии ее легко оприходует, у нее там уже такая дырень что, наверное, ведро со свистом пролет…

Договорил бывший соратник по оружию просто не успел, так как Максимиллиан «пригвоздил» его пальцы ног, щитом к земле, и резким ударом кривого меча пронзил ему подбородок до самого мозга…

Последнего противника «окрылённый» хорошей новостью, о том, что сестра и дядя живы, Максимиллиан своим безудержным напором просто заставил сдаться, но этого воина хозяева не помиловали…приказав — «насадить его на клинок» …

Глава 9

На следующий день, состоялась долгожданная встреча… слезы радости и крепкие объятия всех близких людей, довели до слез даже такого «закостенелого» ланисту как Аврелия, он просто приказал слугам накрыть стол для всех, во дворе дома, а сам удалился в направлении Колизея, там на завтра уже готовилось представление и нужно было «утрясти» все финансовые вопросы, по поводу своих воинов-участников, этого кровавого поединка…

— Крискентия милая, дядюшка Руфин… уже послезавтра утром зафрахтованный корабль увезет нас в Египет, и мы сможем там надежно укрыться…заняться земледелием или торговлей… на первое время деньги есть…

— Подожди племяш, ты думаешь нас там римские законы не «достанут»? Твоя сестра возможно завтра станет свободной, тогда ей и здесь ей найдется чем заняться…вместо того чтобы «хвосты верблюдам крутить» …

— Погодите, погодите… мы только встретились, сколько всего пережили, а если ее убьют? — запричитала в голос Лукреция, вытирая слезы.

— Не бойся, не убьют, я хорошо подготовлена, да и боги на моей стороне, я это чувствую всем сердцем: — произнесла девушка, обнимая свою подругу.

Хорошо, я тоже согласен, только одно беспрекословное условие – я тоже буду на арене Колизея, «прикрою» если что… потом всем нам предстоит плаванье. Договорились? Не слышу…

— Но ведь там будет много стражи и тебя наверняка опознают: — испугано запротестовал старик Руфин.

— Не бойтесь, не узнают… я уже сражался в чужом обличье и под чужим именем, и со мной у Крискентии шансов уцелеть будет намного больше…

До самого утра Лукреция, Максимиллиан и Крискентия не спали… их любовные объятия казалось готовы были растопить лед, в самых северных широтах земли…

Вначале обе девушки нежно ласкали своего мужчину одновременно, одна сосала приап, другая все что было расположено под ним, потом его жена нанизывалась своим хлюпающим от похоти влагалищем, а сестра уселась ему на лицо, ерзая словно в припадке…когда первая с криком и брезгающей соками вагиной стала скакать словно наездница, то несколько раз соскакивала, и поэтому сменила отверстие на сжатый анус, губы девушек переплелись, и они одновременно кончили.

После этого девушки поменялись местами и «танец любви» продолжился с новой силой… влюбленная троица меняла позы, и места по всей комнате борделя… прямо на полу девушки вцепились в промежности друг друга своими губами, переплетаясь словно лианы и мужчине все время приходилось выискивать удобную позицию для проникновения своего члена то в рот, то в вагину, а то в растянутые зады девушек. Максимиллиан сумел «оросить» спермой, каждое, столь желанное отверстие как жены Лукреции, так и сестры Крискентии, дабы сэкономить время по «малой» нужде они тоже не ходили охотно, принимая мочу друг друга. Потом девушки стали засовывать друг в друга свои руки, нежно лаская органы размножения изнутри Обе были хороши, но каждая по-своему… жестокая жизненная школа научила их приносить любое мыслимое удовольствие своим господам, но только сейчас они по-настоящему были счастливы и могли не только любить, но и быть любимыми…

Хотите продолжения? Пишите отзывы и предлагайте свои собственные версии событий…