шлюхи Екатеринбурга

Мыло на веревке (перевод с английского)

К тому времени, когда мы оторвались от оставшейся части группы и направились к лифту, я почти забыл о нашей большой ссоре. Это был отличный вечер, и мы с Мари прекрасно провели время, встречаясь с семьей и друзьями, собравшимися со всей страны на празднование.

Мы махали рукой и улыбались, когда двери закрывались и отрезали нас от шума и яркого света вестибюля отеля, как волшебный выключатель звука. Но как только мы остались одни, я понял, что ее веселое отношение было не чем иным, как искусной игрой, и пришло время опустить занавес. О да, наша ссора все еще продолжалась, и наш прекрасный совместный вечер ничего не изменил. Ослепительная улыбка Мари растаяла как тонкий ледяной покров весной и сменилась выражением каменного презрения.

Я опустил плечи и вздохнул.

Я был вознагражден хмурым видом, прежде чем она повернулась, чтобы нажать кнопку. Пока мы ехали в лифте, она не обращала на меня внимания, а когда мы добрались до восьмого этажа, быстро пошла впереди меня, как будто мы были двумя незнакомцами, что просто случайно шли в одном направлении.

Честно говоря, я не особо возражал против того, чтобы она шла впереди, потому что мне открывался отличный вид на нее. Даже за сорок, и после того как она дважды родила, Мари все еще можно было любоваться. Ее длинные вьющиеся рыжие волосы и то, что зеленое шелковое платье облегало ее фигуру, ее восхитительно изогнутое тело, делали ее на десять лет моложе. Черт, если бы мы уже не были женаты, я бы вдул ей в задницу быстрее, чем гепард в охоте. Мой член согласился с оценкой, и я почувствовал явную жесткость в моих нижних областях. Я догадывался, что перед сном мне понадобится долгий холодный душ.

Мы подошли к двери нашего номера, и Мари протянула руку за ключом. Когда я подал его, она заметила мою напряженную область в промежности.

— Мечтай, — усмехнулась она и открыла дверь в наш номер.

Да, действительно — долгий холодный душ.

***

Я сел на кровать, освободив гудящие ноги от блестящих, но не очень удобных модельных туфель, пытаясь урезонить сварливую жену.

— Черт возьми, Мари! Ты злишься уже больше недели. Мне очень жаль, что я принял приглашение, не посоветовавшись сначала с тобой. Но это — свадьба Гарри, ради Бога, и я подумал…

Мари вышла из ванной с шашкой наголо.

— И это наш первый совместный отпуск за более чем год, Дэйв! Ты это понимал? Я забронировала себе бунгало на тихом пляжном курорте Бермудских островов, где мы могли бы расслабиться и подзарядить свои батареи. Занимались бы любовью под лунным небом под звуки океана и тропической ночи.

Она резко вдохнула, готовясь к удару.

— Но вместо этого мы застряли в раздражающем ЛАС-ЕБАНОМ-ВЕГАСЕ С НЕКОТОРЫМИ ИЗ САМЫХ РАЗДРАЖИВАЮЩИХ ЧЛЕНОВ ТВОЕЙ РАЗДРАЖАЮЩЕЙ СЕМЬИ!

Я мудро промолчал.

Яростно протопав назад в ванную, Мари проглотила пару таблеток снотворного и запила их стаканом воды. Затем она сбросила халат и надела уродливую розовую рубашку с надписью «сегодня вечером секса не будет», в которой она иногда спала при низкой температуре. И несмотря на то, что это была Невада, в воздухе определенно было морозно, когда она проскользнула под одеяло, отвернувшись от меня, и выключила прикроватный свет на своей стороне.

— Повсюду гребаный песок, но пляжа нет, — кисло пробормотала она.

Я ничего не мог с собой поделать.

— Значит, я правильно понял на пятьдесят процентов, не так ли?

— Ебать тебя, Дэйв, — съязвила она.

Я подумывал о зеркальном ответе типа «Да, пожалуйста», но решил сдержать свое поддразнивание. Не знаю, правда ли то, что они говорят о рыжеволосых и вспыльчивых, но Мари была живым доказательством того, что это высказывание подходило по крайней мере для одного из них.

Так что я решил не искушать судьбу и остановился на «Доброй ночи, дорогая».

Я не ожидал ответа и, как и предполагалось, его не получил.

***

Конечно, я хорошо знал свою любящую жену.

Это то, чего вы ожидаете после пятнадцати, в основном счастливых, лет брака. На самом деле, я все еще был влюблен в нее в тот день, так же сильно как и в день нашей свадьбы, а наши дети не могли и желать лучшей мамы. Добавьте к этому тот факт, что наша сексуальная жизнь была хорошей и достаточно частой — за исключением случаев, когда она злилась на меня — и должно быть очевидно, почему я обычно был счастлив, как свинья в грязи. Мари была любовью всей моей жизни, и точка.

«Но она, черт возьми, может затаить обиду», — вздохнул я, откинувшись на кровати и закинув руки за голову.

Иногда мне хотелось, чтобы она просто взорвалась и покончила с этим. Обрушь на меня ядерную бомбу, разбей несколько тарелок, кричи, пока соседи не вызовут полицию, выйди со своими подругами и нажрись в хлам, соглашаясь, что все мужчины — козлы, и так далее. Но нет, сэр, это — не моя Мари. Она безжалостно наказывала меня стеной молчаливого негодования в течение дней, недель, а иногда и месяцев.

И конечно, никакого секса.

Само собой разумеется.

Черт…

***

Я проснулся на кровати полностью одетым. Дерьмо! Я не мог себе позволить испортить костюм — он был нужен на следующий день, а гладить его было некогда. Мои часы показывали два часа ночи, и во рту был привкус затхлого алкоголя. Фу! В довершение всего мне требовалось пописать, как скакуну. Я встал и, пошатываясь, направился в ванную комнату, все еще ощущая эффект от вина и — сверх всякой меры — спиртного.

После быстрого душа и обычных действий в ванной моя одежда была аккуратно сложена, костюм выглядел восстановимым, а я был готов ко сну. На самом деле я готов был трахнуть Мари, но, как все выглядело в тот момент, кровать должна была подойти больше. Кровать как «место для сна».

Я открыл дверь ванной и застыл на месте. На кровати рядом с ней кто-то лежал!

Дерьмо!

Насколько я мог судить, это был толстоватый парень средних лет. По моим предположениям, около сорока пяти, а его мятая белая рубашка и черные брюки выдавали в нем гостя отеля, который тусовался слишком сильно и слишком мокро. Мало чем отличается от того, что я видел в зеркале перед душем, за исключением того, что я был моложе, стройнее и мой костюм выглядел лучше.

Вся эта информация в одно мгновение промелькнула в моем мозгу, пока я изо всех сил пытался осознать тот факт, что парень при этом держал руку под ночной рубашкой моей спящей жены.

Я быстро вышел в ванную и закрыл дверь. Вот дерьмо! Неизвестно, каким человеком может быть этот парень. С логической точки зрения он, вероятно, был именно тем, на что был похож — пьяным тусовщиком, который зашел не в ту комнату, но теоретически он мог быть каким-то замаскированным насильником в отеле. Парень также выглядел довольно большим и, вероятно, весил не менее чем на двадцать килограмм больше меня. Нехорошо, даже если это не были чистые мускулы.

Оружие!

Бля да! Мне нужно было проклятое оружие. Желательно ракетную установку или АК-47 — но без этих опций, по крайней мере, что-нибудь тяжелое и смертоносное.

Быстрый осмотр ванной заставил меня согласиться на довольно массивное мыло на веревке. Я поднял плетеный шнур в руке и сразу почувствовал себя намного лучше. Очевидно, злоумышленник все еще не подозревал о моем присутствии, так что, элемент неожиданности был на моей стороне. Неплохие шансы, как говорят в Вегасе.

«Это самое мощное мыло для рук в мире. Давай, балбес. Сделай мой день».

Да, иногда я — идиот. Так что, подайте на меня в суд.

Я выключил свет в ванной и осторожно открыл дверь в главный номер, готовый подкрасться к этому парню в стиле ниндзя и намылить его нащупывающую мою жену задницу с крайним предубеждением.

Я выглянул.

Ага, у него рука определенно была между ног моей все еще спящей жены, и теперь она была так глубоко зажата между ее бедер, что невозможно было сказать, что именно он там ласкал.

«Ублюдок», — подумал я про себя. — «Будь готов к серьезному наказанию».

Но почему-то я не двинулся с места.

Блядь!

Я просто стоял там как идиот, и смотрел, как какой-то незнакомец трогает мою жену! Не то чтобы я был парализован или что-то в этом роде. Ни за что. Но внезапно я просто «не захотел» двигаться.

Что, черт возьми, со мной не так? Этот мудак щупает Мари, ради Христа! Я натягивал людей за меньшее. По крайней мере, мне следовало вытащить его из нашей кровати и растоптать его изменчивые гонады. Но я ничего не сделал. Ни фига. Ничегошеньки.

В этот момент я понял, что мой член стоит прямо, как флагшток на здании. Очевидно, моя маленькая голова была очарована видом не меньше, чем большая. Ага, это одна из проблем быть обнаженным. Действительно сложно скрыть свои истинные чувства.

Тут же я принял ключевое решение этой ночи: я «не буду» вмешиваться.

О, не ошибитесь. При первых признаках причинения боли моей жене последним, что он запомнит, перед тем как проснуться на больничной койке, будет ужасающий вид обнаженного мужчины с тяжелым ударом, выходящего из ванной и продолжающего избивать его до кровавой кашицы мылом на веревке. Мари конечно — сука, но она — МОЯ сука, и я умру, прежде чем позволю кому-нибудь причинить ей боль.

В любом случае, причинение ей боли было далеко от желания парня. Напротив, я бы сказал, и мог бы поклясться, что Мари слегка подвинула верхнюю ногу, чтобы облегчить ему доступ к вкусностям — почти так, как если бы ей понравилось внимание. Может, она думала, что это я? Или, может быть, ей приснился один из ее снов о беспомощной-в-руках-Брэда-Питта?

Эта идея сделала мой член еще тверже, если есть такое понятие, как «тверже, чем твердый», и я начал дрочить себя.

Через несколько минут парень убрал руку и лизнул большой палец. Думаю, не было никаких сомнений в том, какой палец он использовал и где он его использовал. Похоже, ему понравился вкус, потому что следующим его грязным поступком было расстегнуть молнию на штанах и стянуть их. Его член, теперь освобожденный от какой-либо стесняющей одежды, выступил в твердой готовности.

Да, я ДЕЙСТВИТЕЛЬНО принял к сведению размер. Привет! Я — парень, ладно? Соревнование у меня в крови, и мой мозг пещерного человека требовал, чтобы я его оценил.

Он не был огромен, но с того места, где я стоял, казалось, что он мог быть несколько больше моего. По длине мы были примерно равны, но было ясно, что его член толще моего и имел почти смехотворно большую голову. Она была похожа на гриб-мутант с Планеты Икс. Все это выглядывало из густого буйного гнезда вьющихся седых волос, что указывало на пренебрежение к стрижке и бритью.

«Если он женат, кто-то должен подарить его жене на Рождество чертов триммер», — подумал я. — «Мари бы сошла с ума, если бы была в сознании».

Штаны сброшены, парень перекатился в позу ложки, и хотя его член был теперь вне поля зрения, было ясно, что он мастурбирует напротив нее. Вся эта идея была, мягко говоря, сногсшибательной, и мне пришлось отступить в ванную и минуту погрызть полотенце, чтобы успокоить прерывистое дыхание.

Чувак, я чувствовал себя больным сукиным сыном. О, я уже говорил это? Правильно.

Восстановив самообладание, я вернулся на свое место в затемненном дверном проеме.

Парень больше не мастурбировал. Вместо этого он упирался пахом в задницу Мари, явно пытаясь войти в нее. Видимо, неудачно, потому что сразу изменил подход. С напряженным стоном он встал на колени, перекатил Мари на живот и раздвинул ей ноги. Она все еще не реагировала, когда он бесцеремонно переместил свое тело между ее бедер и лег на нее.

После того, как он немного поерзал, его бледная волосатая задница начала двигаться вперед-назад в устойчивом ритме, и в этот момент невозможно было ошибиться в том, что происходит.

Этот парень трахал Мари!

Я на секунду зажал лицо ладонью и снова взбесился своей пассивности. «Что, черт возьми, не так в этом сценарии? Какой-то идиот буквально насилует мою спящую жену прямо у меня на глазах! А я стою здесь как идиот! Какого черта? Это больно. Я должен что-то сделать…»

Но все же я не делал ни дерьма, кроме как стоял, оцепенев в тени темного дверного проема, меся свой железно твердый член и трясясь от возбуждения, в то время как мистер Гриб-член колотился в киске, которая была исключительной моей областью почти два десятилетия..

Мари преподнесла следующий сюрприз, внезапно кончив…

Как я мог узнать?

Что ж, наблюдая за тем, как она это делает тысячи раз на протяжении многих лет, я хорошо знал признаки. Сначала она на несколько секунд застыла, как доска, что было легко понять по тому, как вытянулись ее ноги. Затем, когда напряжение было снято, она содрогнулась в серии небольших оргазмических спазмов, сопровождаемых подходящими звуками «оохх», как если бы кто-то бил ее в живот. Я знал по опыту, что ее киска в этот момент сильно сжимает его член благодаря ее регулярным упражнениям на сокращение мышц влагалища, и это всегда заставляло меня кончить, если в это время я оказывался внутри нее.

Да, после многих лет брака я знал оргазмическую реакцию моей жены как свою ладонь, и если она не кончила прямо сейчас, ты можете вытатуировать мне бабочку на моей заднице и называть меня Румпельштильцхен. Думаю, я был прав. Ей это ДЕЙСТВИТЕЛЬНО понравилось — по крайней мере, на подсознательном уровне.

Я увеличил интенсивность дрочки, намереваясь синхронизировать эякуляцию с чуваком. Это скроет мое дыхание на случай, если у него хороший слух. Конечно, я чувствовал превосходство, размахивая непобедимым «Мылом на веревке судьбы» в левой руке, но, как сказал мастер кунг-фу, «самая сладкая победа достигается без боя».

Однако, к моему удивлению, он продолжал накачивать эту киску, как будто ни черта не заметил. Хуже того, он даже не «пытался» следовать за ее оргазмом своими поглаживаниями. Удовольствие Мари явно не беспокоило этого засранца. Он просто использовал ее, чтобы кончит. Обращался с ней как с обыкновенной тряпкой для вытирания спермы…

Не то чтобы мое собственное поведение было лучше, теперь, когда я задумался об этом. Однако она была моей женой, а супругам разрешено использовать друг друга для сексуального удовольствия. Мистер Бесстрашный волосатый член, с другой стороны, был гостем, и у него НЕ было права проявлять неуважение к Мари. Я зарегистрировал свое негодование для последующего извлечения.

Посмотрев на часы, я заметил, что прошло целых десять минут! У этого парня наверняка была настоящая выносливость. Не то чтобы это, конечно, спасло его от моего гнева, но я с неохотой был впечатлен. При такой интенсивности я бы уже взорвал свой пыж или, по крайней мере, был бы вынужден сделать перерыв на куннилингус или два.

Другой загадкой было, как, черт возьми, могла Мари взорвать свой разум в оргазмическом смысле этого слова, не проснувшись, будь то снотворное или нет.

Что ж, оказалось, что не могла. написано для bеstwеаpоn.ru Она постепенно начала двигаться и сдвигаться под руководством мистера Отбойный молоток. Вероятно, в попытке обернуться и посмотреть, что происходит, но безуспешно. Парень даже не изменил ритма, игнорируя ее. Издавая стоны, Мари боролась минуту или две, по-видимому, еще только наполовину проснувшись.

Я услышал ее сонный голос:

— Дэйв… пойми… что… ты… что… о… о… БОЖЕ!

Последний крик резко оборвался, и ее тело охватил новый бушующий оргазм. И этот был явно значительно выше по шкале Рихтера. Судороги заставили ее согнуться под парнем, как бык на родео, и обычные звуки «оохх» сменились серией громких криков. Она изо всех сил держалась за столбики кровати, и мистеру Трахальщику даже пришлось немного изменить свое положение, чтобы удержать ее в позе.

И все же он ВСЕ ЕЩЕ не шел на спад. Я имею в виду ДАВАЙ! Этот идиот теперь водил своим толстым членом взад и вперед по моей жене большую часть пятнадцати минут и пережил два из ее самых сильных оргазмов за всю историю, не подавая никаких признаков того, что сам был на грани. Он трахал ее как лесбуху страпоном, не обращая внимания ни на что, кроме накачки ее киски.

Поправка: МОЕЙ киски.

Несмотря на возбуждение, я начал испытывать приступ ревности и крепче сжал Мыло на веревке. Тот факт, что Мари перестала бороться и, казалось, подмахивала его ударам, чтобы он глубже проникал в нее, мог иметь какое-то отношение к моему растущему чувству сожаления.

— Ей не положено слишком сильно веселиться, черт возьми!

Может быть, мне пора положить конец этой игре.

Но мой пульсирующий член и капающий с него преэякулят явно не соглашались, поэтому я не стал останавливать. Если я когда-либо и был так возбужден, то не мог вспомнить когда, и в моей голове не осталось места для рациональных мыслей.

В этот момент мне пришлось приложить сознательные усилия, чтобы не прикасаться к своему члену, потому что до оргазма оставалось всего пара ударов. И не было никакого, бля, способа, которым я собирался стоять здесь и стрелять, пока кто-то еще имел свой член в МОЕЙ п…

Я снова услышал голос Мари:

— О, Иисус… О Боже… Черт!… Черт!… Черт!..

И еще один сильный оргазм обрушился на нее, как всепоглощающая волна. Она билась еще сильнее, чем раньше, и безудержно царапала простыню, издавая серию хриплых мучительных криков, которые вряд ли казались человеческими. Это могла бы быть сцена из «Экзорциста», если бы рядом с кроватью находился католический священник и несколько ведер с зеленой слизью… и, конечно, если бы не было большой волосатой задницы, которая двигалась вверх и вниз между ее дрожащих ног..

В конце концов, казалось, что мистер Трах-вечеринка исчерпал свою сверхъестественную выносливость. Последним мощным ударом он воткнул свой член как можно глубже в мою жену, ревя, как борец сумо с очень тяжелым геморроем, который насрал.

Это подтолкнуло Мари к краю и прямо на путь другого оргазмического цунами, которое привело ее в полное безумие. Я никогда раньше не видел и не слышал, чтобы она вела себя подобным образом, и был почти благодарен за сто килограмм человеческого мяса, которые удерживали ее на месте. Она закричала, как банши, и рухнула под парнем, в то время как я мог только предположить, что его член был занят, накачивая ее своим семенем.

Хотел бы я увидеть свое собственное выражение лица прямо здесь. Моя незащищенная фертильная жена полностью вышла из-под контроля с животным вожделением и доила этого засранца, как будто завтра не наступит!

Это было так неправильно!

Это было так опасно!

Это был чертовски самый волнующий опыт в моей жизни!

А потом настала моя очередь кончать…

Ощущение тёплого жужжания распространялось из моего паха, и я кончил, как никогда раньше. Конечно, я читал об оргазмах всего тела, но никогда не верил в них и не испытывал. Не до этого момента. Я даже не прикоснулся к своему члену, но смутно осознавал, что он начал стрелять струями спермы, когда я, пошатываясь, вернулся в ванную и упал на пол. Да, этот оргазм буквально ошеломил меня, и какое-то время я лежал на полу, окутанный облаком чистого оргазмического блаженства.

О, черт возьми, это было круто!

***

В послесвечении я медленно восстановил самообладание и неуверенно поднялся на ноги. На секунду я поборол желание лечь и заснуть на месте. Нет, я не мог этого сделать. Мне нужно было сразу проверить Мари, а мистеру Волосатая задница пора было покинуть помещение — добровольно или иначе. Мой оргазм возвестил о возвращении моей ревности и способности рассуждать — и на этот раз моя маленькая голова была слишком изнурена, чтобы возражать. Я хотел, чтобы задница парня УМАТЫВАЛА с большой буквы У, даже если это означало использование мыла на веревке.

К счастью для него, он уже вышел из комнаты. Я застал Мари в кровати одну и снова без сознания, а еще я мог слышать звуки из коридора, как будто дверь в наш номер была открыта. Я быстро надел бесплатный гостиничный халат и побежал к двери.

Она действительно была широко открыта, и высокий, пухловатый мужчина средних лет стоял в коридоре, озадаченно поглядывая из стороны в сторону, как будто не совсем понимая, где он и как сюда попал. Его глаза выглядели расфокусированными, и он держал штаны в руке, вместо того чтобы надеть их. Под его свободно свисающей рубашкой я заметил капающий с кончика член, который только что подарил моей жене отличный трах с множественными оргазмами. Член незнакомца был пропитан соками Мари. Мой гнев нарастал.

Парень повернулся ко мне без всяких признаков узнавания и пробормотал что-то вроде «Ух…»

Это все, что он успел сказать, прежде чем я быстро выхватил его штаны и бесцеремонно захлопнул дверь перед его носом.

— Да, ты тоже «Ух… « и лошадь, на которой ты ехал жопа с ручкой… — бормотал я, как бы невзначай выбрасывая штаны в окно и глядя, как они планируют в ночи Лас-Вегаса.

Эй, а чего вы ожидали? Чувак трахнул мою жену! Конечно, мне это очень понравилось, но ДОЛЖНЫ же быть последствия за такое дерьмо. У мужчины есть гордость.

***

Говоря о моей жене, она действительно была сплошным беспорядком, и кровать была такой же плохой. Простыни были пропитаны различными телесными жидкостями до такой степени, что я был вынужден предположить, что Мари либо сквиртила, либо писала во время сексуального контакта с мистером Бесштанным. Я ни за что не собирался спать в этом дерьме, но к счастью, у горничной в ванной был запас белья. Катая мою коматозную жену из стороны в сторону, мне, в конце концов, удалось сменить простыню и сделать кровать несколько более презентабельной.

Едва я закончил, как в дверь громко постучали. Я накинул на Мари одеяло и пошел открывать. Снаружи стояли двое мужчин в гостиничных куртках и мистер Бородатая задница. Последний теперь был одет в халат, который выглядел на три размера меньше.

— Простите, сэр, но у вот этот джентльмен утверждает, что вы находитесь в его комнате, — начал тот, что был в самой красивой куртке.

— Подожди минутку, — воскликнул я, показывая свое раздражение. — Это смешно. Я не знаю этого мужчину, но если у вас есть имя заказчика, то я могу легко подтвердить свою личность. Дэвид Коннор к вашим услугам — приятно познакомиться. Я принес свой паспорт, и, конечно, он соответствовал регистрация… Даже фотка была похожа на меня.

Мистер Трахмашина теперь заметно разволновался и начал тираду на языке, которого я не понимал, заканчивая «Хозе».

— Послушайте, ребята. Я не знаю ни этого джентльмена, ни того парня Хосе, о котором он все время бормочет. Как вы можете понять из регистрации, меня зовут Дэвид, и у меня здесь спящая жена, и я очень хотел бы как можно скорее присоединиться к ней. Так что, если нет ничего другого?

— Да, конечно, сэр. Пожалуйста, извините за беспокойство и спокойной ночи вам и миссис Коннор.

Они почти поклонились, когда я закрыл дверь. Я слышал, как мистер Игрушка для траха сердито кричит снаружи в коридоре. Надеюсь, бумажник этого засранца был у него в штанах.

— Йиппи ки-яй ублюдок.

***

Я отодвинул одеяло и любовался спящей Марией. Она не пошевелилась и выглядела полностью потерянной для мира. Я полагаю, что комбинация алкоголя, снотворного и пары ядерных оргазмов делает это с девушкой.

В результате того, что я поправил кровать, она оказалась на спине, так что, я отлично видел ее вкусности. Естественно, я чувствовал себя обязанным, как ответственный и любящий муж, тщательно обследовать ее киску и убедиться, что она пережила вторжение грибного петуха.

Это была хорошо выебанная киска, если я когда-нибудь такую видел. Обычно светло-оранжевые лобковые волосы превратились в жирный красный беспорядок, как будто кто-то промыл ей пах и забыл ополоснуть. Ее половые губы были красными и опухшими вдвое по сравнению с обычным размером. Они все еще были разделены, и я и правда мог

заглянуть внутрь ее влагалища, откуда текла струйка белой жидкости между ее ягодиц, образуя небольшую лужу на простынях.

Дерьмо! Сперма другого мужчины течет от моей спящей жены.

Ага, как вы уже догадались: у меня снова была чертова эрекция!

Черт, я был маньяком!

Возбужденным маньяком.

Я гладил свой быстро надувающийся член, изучая остальную часть ее тела. Мари всегда выглядела великолепно, а хорошие гены в сочетании с большим интересом к фитнесу позволяли ей сохранять фигуру на протяжении многих лет. Но для меня она никогда не выглядела горячее, чем в тот момент. Дело было не в ее плоском животе, подтянутых ногах или юной бледной веснушчатой коже. Дело даже не в ее маленькой твердой груди с постоянно упругими сосками.

Здесь было «все»: тело, разум и личность. Мари была всем.

Это идеальное создание было МОЕЙ женщиной, и мой мозг ящерицы сказал мне, что я должен взять ее СЕЙЧАС. Какой-то другой самец осмелился попытаться осеменить ее, и инстинкты старше самого человечества вынудили меня снова сделать ее своей.

И кем я был, чтобы оспаривать инстинкты старше самого человечества?

Так что, без дальнейших церемоний я взобрался на нее, засунул свой железно твердый член в красный пушистый беспорядок и жестко выебал ее в миссионерской позе.

Было странно ощущать такое болтание в чужой сперме. Было очень мало сопротивления, почти как с перчаткой, полной теплого желе, но в моем текущем состоянии ума это не имело для меня значения. На водительском сиденье сидел мой внутренний пещерный человек, и я тарахал ее со свирепостью рогатого гну. Я был вне слов и лишен всякого видения контроля.

— Угга, угга. Дэйв ебет. Дэйв кончает. Угга, угга

Как вы уже догадались, это не заняло много времени. Менее чем через минуту я обнял женщину, которую любил, и крепко прижался к ней, стреляя той спермой, что я оставил глубоко внутри нее. Это было слишком интенсивно для слов — чувство настолько сильное, что почти болезненное. Думаю, я даже плакал. Я держал ее в тисках, пока мой член полностью не сдулся и не вывалился из скользкой дыры.

Когда я начал осторожно распутывать себя, Мари внезапно зашевелилась и пробормотала:

— Люблю тебя так сильно, милый… — и снова заснула со счастливой улыбкой на лице. Через несколько минут я последовал ее примеру.

***

Кто-то разбудил меня, поцеловав в щеку. Я повернулся и посмотрел прямо в улыбающееся лицо Мари.

— Доброе утро, сонная голова.

— Поцелуй? Не ведро с ледяной водой? Не удар газетой? Значит, я так понимаю, ты больше не злишься на меня? — осторожно осведомился я.

— Нет, я думаю, ты достаточно наказан. Но нам лучше двигаться дальше, иначе мы пропустим завтрак «шведский стол». Кстати, дорогой, вчера вечером мы занимались любовью?

По спине пробежал холодок.

— Да, конечно.

— Это было хорошо?

— О да. И немного ПОТОМ, — заверил я ее с похотливой усмешкой.

— Должно быть, это была одна дикая возня, потому что я чувствую себя мешком с песком Майка Тайсона. И мой бедный любовный туннель не был таким нежным, с тех пор как я родила.

— Извини, дорогая. Думаю, я увлекся. Но ты чертовски виновата в том, что ты такая непреодолимо сексуальная, понимаешь.

— Лесть проведет тебя везде, — хихикнула она. — И я чувствую себя прекрасно. Больно, но здорово. Как в фитнес-центре после серьезной тренировки. Может, доктор прописал мне старый добрый секс. Что бы я делала, если бы мой любящий муж не предвидел мои потребности и так хорошо обо мне не позаботился?

— Ну, — начал я, — я думаю, ты всегда можешь подобрать какого-нибудь пьяного иностранца с волосатой задницей, чтобы заняться с ним сексом…

— А?

Я изо всех сил старался выглядеть невинным. Это сработало.

***

Позже, в буфете, я как раз собирался вонзиться зубами в стопку восхитительных блинов, пропитанных сиропом, когда рядом с нашим столом материализовался официант. Он вручил мне карточку.

— С комплиментами от менеджера и извинениями за прискорбное беспокойство прошлой ночью, сэр.

Он учтиво кивнул нам обоим и продолжил свои дела.

Мари озадаченно посмотрела на меня:

— Беспокойство? О чем он говорил?

— О, там не было ничего, дорогая. Какой-то пьяный устроил неприятности в коридоре за пределами нашего номера. Вот и все. В то время ты спала.

— А это? — она потянулась за карточкой, которую вручил мне официант.

— Бесплатная ночь в самом эксклюзивном люксе отеля. — Я улыбнулся, как Чеширский кот. — Том самом, что обычно предназначается для знаменитостей и нефтяных шейхов. Ходят слухи, что в нем есть джакузи на десять человек.

Я протянулся через стол и взял ее тонкие руки в свои.

— Как насчет этого, дорогая? Ты проведешь дополнительную ночь в Вегасе со своим преданным мужем, чтобы он мог показать тебе, как сильно он тебя обожает? Ночь без компании или семьи? Ночь только для нас?

Я не буду оскорблять ваш интеллект, рассказывая то, что она ответила. Достаточно сказать, что после этого мы могли похвастаться диким и необузданным сексом в джакузи на десять человек. Ну, может, это было больше похоже на «очень осторожный и нежный секс», потому что у одного из нас была больная киска. Истинная причина чего, до сих пор известна только мне… ну и вам, конечно.

Я когда-нибудь рассказал Мари? Черт возьми! Вы свихнулись?

Если бы она на месте не убила меня и не развелась со мной, осознание того, что я позволил незнакомому мужчине насиловать ее во сне, стоило бы мне моей сексуальной жизни как минимум на месяц — а возможно, и на год.

Но если серьезно, это была не настоящая причина. Нет, меня больше всего беспокоило то, что нам обоим, казалось, слишком понравилась эта ночь, а я совсем не был уверен, что для нас и нашего брака будет безопасно продвигаться дальше по этой дороге. Некоторые двери должны оставаться закрытыми навсегда, а некоторые территории лучше не исследовать.