шлюхи Екатеринбурга

Младшая. Часть 3

«Cтоит ли начинать?»
Я… я не знала. На самом деле из эмоционально нестабильного, несамостоятельного подростка я превратилась в девушку, но такую же эмоционально нестабильную и несамостоятельную. Мне нужна была свобода, самостоятельность для принятия решений, мне нужен был план. Уйти из дома, найти работу, продолжить учебу. Но сначала… сначала я хотела к нему, к Даниле, моему брату. Мне казалось, что вместе все будет легче, все будет возможно. Я опять пошла на поводу у своих эмоций.

План по воссоединению с моей любовью был намного проще, чем по обретению свободы. Я украла деньги у родителей, купила билет на ближайший рейс до Питера, собрала вещи и ничего никому не сказав, улетела. Я даже не стала пытаться искать Данин телефон, чтобы сообщить ему о приезде. Единственная, кто могла бы мне помочь с этим, была бабушка, но мне показалось, что это будет лишней тратой времени и избавляло меня от объяснений перед ней. Подумала мой внезапный приезд, будет вот таким вот приятным сюрпризом. Это потом, позже, я поняла, насколько опрометчивым был мой поступок.

В Питер я прилетела вечером. С момента, как я украла деньги, я была как в бреду. На адреналине, меня потряхивало, все было как во сне. Я толком не помню, как я собиралась, как летела, как ловила такси и с трудом вспоминая Данин адрес, договаривалась о поездке. Подъезжая к Даниному дому, я даже не знала, что буду говорить, как буду себя вести. На автомате поднялась на нужный этаж и позвонила в дверь. Пульс бился как ненормальный где-то в районе горла.

Дверь мне открыла высокая красивая девушка с хорошей фигурой и в Даниной рубашке на голое тело. Я растерялась. Во рту у нее был чупа чупс и она с сочным чмоком вытащила его:

— Здраааасьти, а ты к кому? — девушка откровенно рассматривала меня.

— Я к Даниле. Он дома? — мой голос дрожал от растерянности.

Из глубины квартиры послышались шаги, за спиной девушки замаячил силуэт моего брата.

— Алина, кто там… — девушка посторонилась, Даня в спортивных штанах с голым торсом и босиком вышел вперед — Даша?! Что ты здесь… Как ты тут оказалась?

— Сюрприииз! — я развела руки и глупо улыбнулась. Сама в это время судорожно соображая, что сказать, как объяснить? Что я делаю здесь?

Алина облокотилась об косяк скрестив длинные ноги, с леденцом за щекой и прямо наслаждалась этой нелепой ситуацией.

— Может познакомишь нас, Дан? — она опять с чмоком вытащила леденец изо рта.

— Это моя сестра, Даша…

— Я его сестра…

Мы заговорили одновременно, и Данила осекся.

— На самом деле я к бабушке приехала, просто поздно уже и я подумала переночую у тебя, а утром… Я не хотела мешать, не думала… — я затараторила, потом замолчала.

Я оправдывалась. Стало противно и тоскливо, Даня добавил.

— Заходи уже, нужно было позвонить, но что уж теперь — он шагнул вперед и протянул руку взять чемодан.

И тут меня накрыло волной обиды, во рту пересохло, стало нечем дышать. Заходи уже? Что уж теперь? Я отступила назад на пару шагов.

— Я не смогу — почему-то перешла на шепот,

— Прости, я пойду. — К глазам стали подступать слезы.

— Даша стой, не дури! Ну куда ты пойдешь? — Данила дернул меня на себя — Иди, иди ко мне дурочка, ну все, все, пошли в дом.

И я пошла. Только он обнял меня, поняла — все не уйду, не смогу просто.

Вечер прошел скомкано, неловко. Алина, будто чувствовала что-то, кружила вокруг брата и всячески показывала кому он принадлежит — прикасалась, целовала, заигрывала. Данила почти меня не замечал. Беседа не клеилась, чувствовалась напряженность и вскоре мы разошлись по комнатам спать. Спальни находились рядом и имели общий балкон. На улице было тепло, двери балкона раскрыты, и я хорошо слышала звуки разговора на повышенных тонах из соседней комнаты. Через некоторое время разговор стих и послышались совсем недвусмысленные стоны. Уснуть я не могла, все внутри меня кипело и ноги сами понесли меня на балкон. К двери соседней спальни я буквально подкрадывалась на цыпочках. Его спальня была освещена мягким светом ночника и все было видно, как на ладони.

Алина лежала на кровати головой ко мне, широко расставив свои длинные ноги. Ее полная грудь подпрыгивала в такт размеренным движениям моего брата. Он был на ней, одной рукой сжимал ее горло и трахал ее с каким-то остервенением. Мышцы на его руках напряглись, на лице застыла гримаса страсти. Это было… больно. Больно, красиво и возбуждающе. Не помню, когда я стала гладить и ласкать себя, время остановилось. Остроту моменту и моему возбуждению придавал тот факт, что в любое время меня могли застукать за подглядыванием.

В какой-то момент Данила поднял голову, будто почувствовал, что я смотрю и встретился со мной взглядом, потом опустил глаза на мои руки и на его лице отразилось торжество. Я застыла. Прямо там, напротив открытой двери, в одной футболке и с рукой в трусиках. Данила не выходя из девушки приподнял ее зад, одновременно становясь на колени, закинул ноги Алины себе на плечи и продолжил трахать ее длинными протяжными толчками в упор глядя на меня.

Я не могу объяснить то ощущение, меня окатило такой волной возбуждения, будто это я лежала там, на кровати и стонала от страсти. Не отрывая взгляда, я задрала футболку, спустила трусики и чуть расставив ноги продолжила себя ласкать, только теперь уже для него. Данила на секунду откинул голову назад прикрыл глаза, а потом вновь уставился на меня немигающим взглядом. Его взгляд обжигал, он был диким и страстным. Напряжение росло, но несмотря на то, что зрелище было возбуждающим, кончить у меня не получалось. Мне приходилось контролировать себя, чтобы Алина не услышала и это мешало расслабиться. И тут я услышала:

— Давай, детка, сейчас! — он трахал ее, смотрел на меня, а говорил кажется нам обеим.

— Да! Дааааааа — ее да превратилось в протяжный стон, и я кончила. Мой рот открылся в беззвучном крике, ноги подкосились.

Данила продолжая смотреть на меня ускорил темп, потом прикусил ее за ногу, глухо застонал, еще несколько раз глубоко толкнулся в Алину и почти упал на ее тело. Он тоже кончил. А через несколько секунд вышел из нее, встал, подошел к отрытой двери, где я застыла на полу балкона в нелепой позе и прямо глядя на меня прикрыл дверь и задернул шторы. Меня затошнило.

Утром он опять почти меня не замечал. За завтраком, перед тем как уйти на работу он попросил меня не уезжать к бабушке, так как ей я тоже ничего не сказала о приезде, а после того скандала мы почти не общались и ее надо было подготовить. За разговором выяснилось, что завтра у Дани с Алиной будет вечеринка по поводу годовщины их совместной жизни и я приглашена остаться погостить у них еще пару дней.

Ночью я не могла уснуть опять, все прислушивалась к звукам в соседней спальне, меня преследовали картинки прошлой ночи и в конце концов я забылась неспокойным сном. Так дольше продолжаться не могло, мне нужно было поговорить с братом, объясниться, но мне никак не удавалось остаться с ним наедине. Я не хотела уезжать, я же сбежала к нему, а он… Алина еще эта. Нужна ли я ему? Любит ли он меня еще? Я опять не знала что мне делать, мой план провалился.

Весь следующий день мы готовились к вечеринке и мне опять не удалось поговорить с братом. К вечеру стали подтягиваться гости, среди них были и те, кого я тоже знала и неловкости я не ощущала. К разгару вечера все уже порядком выпили, разгорячились, начались заигрывания, флирт без стеснения, да и просто откровенные ласки и поцелуи между парочками. Я тоже порядком набралась, на протяжении вечера наблюдая как Данила воркует с Алиной. Настроение было паршивым.

Заиграла медленная музыка народ начал разбиваться на парочки и танцевать, ко мне на диван подсел симпатичный молодой человек, кажется его звали Макс и я потащила его танцевать. bеstwеаpоn Парень тоже был пьян, мы неловко раскачивались, и он откровенно

лапал меня. Мне были безразличны его поползновения, но я хотела, чтобы Данила обратил на меня внимание, а может я хотела отомстить за то, что он был не со мной или вызвать в нем эмоции, не знаю. Я стала отвечать на его ласки, увлеклась. Темп музыки уже давно сменился, а мы все продолжали раскачиваться, медленно смещаясь в сторону спальни. Наши движения уже мало походили на танец, скорее на предварительные ласки.

Когда мы оказались в спальне, подол моего платья болтался где-то в районе талии, волосы растрепались, а рука Макса вовсю хозяйничала у меня в трусиках лапая мою попку. Мы завалились поперек кровати, Макс был сверху, вылизывал мой рот и толкался бедрами в меня. Он был возбужден. Я тоже. В какой момент нас стало трое я не помню. Просто вдруг поняла, что голова Макса находится возле моего живота и он медленно опускается ниже, а меня кто-то целует взасос и ласкает мою грудь. Я даже не подумала возмутиться, алкоголь притупил все мои реакции, воздух казался вязким, я будто плавала в сиропе. Было приятно, все проблемы казались ерундой, думать ни о чем не хотелось и я не стала открывать глаза.

Мы все еще были одеты, но Макс уже опускал к коленям мои трусики, немного раздвинул мне ноги и стал лизать меня. Я открыла глаза, другой парень задирал мое платье выше, целуя мою грудь. Он был мне не знаком. И в этот момент произошло два события одновременно: я вдруг подскочила, сообразив, что не желаю группового секса и вовсе не хочу чужого тела и в комнату вошел Данила.

На мой пьяный взгляд он двигался очень стремительно. Вот он был у двери, а вот он уже отталкивает Макса и дергает меня на себя.

— Блядь Даша, что ты творишь? — его красивое лицо перекосило от злости.

— А чтоу? Тебе можно, а мне нельзя? — мой язык заплетался, я пыталась поправить платье и натянуть трусики.

— Нахуя ты приехала?! Тебе опять скучно стало?! — Данила перешел на крик и нависал надо мной как гора.

— Я к тебе приехала… я… чтобы… — мне вдруг стало горько, и я захлебнулась словами.

— Ко мне?! Чтобы что, Даша? Проверить, что я все еще твой? Залезть ко мне в душу, а потом плюнуть туда? Натрахаться рассказывая, как ты меня любишь, а потом при малейшей проблеме убежать? Снова? Нахуй это! Спасибо, я наелся. — он провел руками по лицу и вдруг успокоился. — все.

— Ты сам, сам меня бросил! Ты меня не искал! А мне было плохо без тебя! — я тоже перешла на крик.

— Я искал! — он снова заводился, — хочешь расскажу, что я нашел? Хватит этой хуйни, тебе уже не 9 лет. Ты сама не знаешь чего хочешь!

— Я знаю! Знаю, чего хочу! Я тебя хочу! Я тебя люблю! — я заплакала.

— Нет, Даша, это я тебя люблю! И ради этого я готов на многое. И мне все равно кто и что скажет. Но разве речь обо мне? Все всегда крутилось вокруг тебя, Даша. Чего хочешь ты? На что ты готова?

На что я готова? Я опять не знала. Что ответить?

В комнате стояла гробовая тишина, хоть в дверях, казалось, столпились все гости никто ничего не говорил. И в этой тишине отчетливо прозвучал стук каблуков. Алина подошла к нам и со всего размаха влепила звонкую пощечину Даниле.

— Сука! — развернулась ко мне сверкая глазами — какая же ты сука! — и она выбежала, расталкивая гостей.

Входная дверь хлопнула. Алина ушла. Сцена получилась некрасивой.

— Довольна? Этого ты хотела? — Данила смотрел на меня испытующе.

Я молчала. Он горько улыбнулся и повернулся в сторону гостей, развел руками:

— Концерт окончен, вечер тоже, можно расходиться.

Гости потянулись на выход, я продолжала стоять посреди спальни и плакать. Не знаю сколько прошло времени, но в комнате опять появился мой брат.

— Все ушли, можешь прекращать изображать из себя мученицу, иди умойся.

Я поплелась в ванную. Умылась, попробовала привести себя в порядок. Я была похожа на маленького задрипанного воробья. Мне нужно было поговорить с братом, я открыла дверь, Данила в это время проходил мимо.

— Даня, я хотела по…

Он резко развернулся и втолкнул меня обратно в ванную комнату.

— Хотела? Я знаю, чего ты хотела. Сейчас, потерпи — и стал грубо вытряхивать меня из платья. Я не сопротивлялась и дергалась как тряпичная кукла.

— Сейчас, я все сделаю. Как ты хотела? — он продолжал раздевать меня, приговаривая.

— Обними меня — я смотрела него снизу вверх.

— Что? — он осекся и прекратил меня дергать. Его взгляд, болезненно-голодный бегал по моему лицу.

— Обними меня пожалуйста, мне плохо. — я опять заплакала и подалась к нему всем телом. Он отшатнулся.

— Господи, блядь, Даша, что мы делаем? — Данила закрыл лицо руками.

Я сама обняла его, прижалась к нему и горько заплакала.

— Прости, прости меня пожалуйста, я так тебя люблю, мне плохо без тебя, я хочу тебя, хочу быть с тобой, мне просто было страшно. Прости меня, прости… — я быстро шептала, тараторила как заведенная, целовала его судорожно, в грудь, в живот, куда достаю.

Брат напрягся, а потом подхватил меня и потянул вверх, я обняла его ногами за пояс, взяла за лицо и потянулась к губам. Он застонал и ответил на мой поцелуй. Целовался Данила умопомрачительно, он ласкал мой рот, вылизывал, прикусывал губы. Я так по нему скучала, скучала по его рукам, запаху, вкусу. Добираясь до постели, мы раздевали друг друга, целуясь.

На кровати я оказалась только в трусиках, платье сняла где-то по дороге к спальне. Пока я их стягивала Данила тоже окончательно разделся. Мне нравилось смотреть на него, мне нравилось в нем все. Когда он ласкал меня я теряла контроль, мне хотелось сразу всего, меня сбивало волной возбуждения. В этот раз все было без долгих прелюдий, он взял меня под коленки, резко вошел и начал ритмично двигаться, насаживая на себя. Я кончила буквально после нескольких фрикций, бурно. Данила следом за мной. Сказывался мой голод по нему. А после мы трахнулись размеренно, нежно еще раз.

Уже под утро выводя узоры на моем животе Данила сказал:

— Даш, выходи за меня замуж.

— Что? — я лежала на кровати растекшейся лужицей, совершенно обессиленная и удовлетворённая и не сразу поняла, что он сказал.

— Выходи за меня, так будет правильно. — Данила улыбался.

— Хорошо. — просто сказала я. И он поцеловал меня с той щемящей нежностью от которой замирает все внутри.

А на утро ничего никому не сказав, я улетела. Опять. Убежала как вор. Я испугалась. Опять.

Я его предала. Снова.