шлюхи Екатеринбурга

Медовая ловушка (перевод с английского). Часть 1

Многое можно узнать о ком-то, играя с ним в теннис. Я обнаружил, что как правило, те парни, что являются джентльменами на теннисном корте, такие же джентльмены и в своей жизни вне корта. И наоборот, я наблюдал, как парень демонстрирует худшую порядочность, какую я когда-либо видел, играя со своим лучшим другом. Позже меня не удивило, когда этот парень бросил семью и сбежал с женой другого мужчины.

А еще есть Фрэнк Кэлхун. Фрэнк — большой парень. Фактически, он играл в футбол в Технологическом институте Джорджии, пока не сломал себе колено. После того как хирург-ортопед отремонтировал его, Фрэнк переключился на теннис. При этом он играл в теннис как футболист, делая мощные подачи и расстреливая играющего у сетки с базовой линии.

Но я мог победить его. Мне нравилось подходить к сетке и давить на него, чтобы он бил в меня. Как правило, он бил слишком высоко, и мяч отлетал к боковому ограждению. И не говорите, что это я его провоцировал. Скажем так, я заставлял его сомневаться, когда он бил.

В результате Фрэнк всегда хотел играть со мной. Он просто терпеть не мог проигрывать «маленькому парню». Вообще-то я — не маленький, на самом деле мой рост — метр восемьдесят два. Но я — довольно худой и жилистый, что делает меня небольшим по сравнению с Фрэнком, который на семь с половиной сантиметров выше и на тридцать четыре килограмма тяжелее меня.

Неудивительно, что я не очень-то желаю играть с Фрэнком, но его трудно избежать, потому что мы оба живем в районе Эден Пойнт к северу от Атланты. Поскольку Атланта — этакий большой теннисный город, наша секция была построена вокруг здания клуба с бассейном и множеством теннисных кортов. С таким количеством людей, играющих в командах лиги Атанта Лаун Теннис Ассошиэйшн, довольно сложно избежать кого-либо вроде Фрэнка.

Но хорошая новость заключалась в том, что я также могу играть с множеством по-настоящему хороших людей — например, с моей партнершей по смешанным парам Пенни Пеннингтон. Я познакомился с Пенни через мою жену Мелани. Мелани — инструктор по пилатесу, и многие люди, живущие в Эден Пойнте, посещают занятия в ее студии, в том числе и Пенни. К сожалению для меня, Мелани не любит теннис, но когда она узнала, что Пенни ищет партнера, то представила меня ей, и мы с Пенни играем вместе уже около года.

***

Клуб, в котором мы играли в сегодняшнем матче, находился довольно далеко, в Стоун Маунтин, поэтому я предложил, чтобы Пенни поехала со мной, чтобы сэкономить бензин. С учетом того, что в субботу после обеда движение становится тяжелым, мы запланировали сорок пять минут, чтобы добраться туда.

Когда она вышла из парадной двери, я вновь задумался, почему Пенни все еще не замужем. Частично это было связано с тем, что три года назад она потеряла мужа в автомобильной катастрофе. После долгого траура одним из способов, которым она справилась со своим горем, было присоединиться к уроку пилатеса у Мелани. Другой способ — вернуться в теннис, в который она играла в старшей школе. Результатом всех этих физических нагрузок стала подтянутая стройная темноволосая женщина лет тридцати с небольшим. Я ожидал, что такая красивая женщина как Пенни, будет привлекать женихов, как мух на мед. Но она все время говорила Мелани, что просто не нашла себе подходящего мужчину.

— Эй, Пенни, — поздоровался я с ней, когда она открыла дверцу моей машины, — ты готова сегодня побить их?

Она усмехнулась мне.

— Готова поспорить, Майкл. Я давно ждала реванша с ними.

В то время как я выезжал на шоссе I285, мы говорили о нашей стратегии на матч, но меня прервал звонок мобильного телефона.

— Привет, Роберт… Ты шутишь?!… Нет, здесь все отлично… Черт. Хорошо, мы перенесем расписание.

Пенни вопросительно посмотрела на меня, когда я свернул на следующем съезде и направился домой.

— Это был наш противник, — сказал я ей. — Он сказал, что только что прошел ливень, и на кортах играть невозможно.

Атланта известна локальными ливнями, которые могут залить один район города, в то время как всего в нескольких милях от него ярко светит солнце.

Пенни была явно разочарована.

— Черт возьми, я очень хотела сыграть сегодня.

— Послушай, — сказал я, — почему бы нам не вернуться в клуб? Мы сможем потренироваться, и, может быть, там найдется кто-нибудь, кто захочет сыграть.

Подъехав к главному входу в Эден Пойнт, я свернул на дорогу, ведущую к моему дому.

— Я хочу остановиться на минуту и забрать свой чек на клубные взносы за этот квартал, — сказал я Пенни. — Я буду через минуту.

Я припарковался у обочины и бросился к входной двери. Вчера вечером я выписал чек и оставил его на комоде, так что, знал, где его найти. Но идя по коридору, я услышал звуки, доносящиеся из главной спальни, звуки, которых я не должен был слышать.

— О, пожалуйста, сделай это еще раз… Да, вот так… Ооо!..

Это был голос Мелани! Что за черт?

Я на цыпочках прошел по коридору и заглянул в дверь. На кровати лежала обнаженная Мелани, ее ноги были раскинуты в стороны и широко расставлены. Между ними на корточках сидел мужчина, работая над ней руками и губами, а она стонала и ахала.

Я чувствовал себя так, будто попал в автомобильную аварию. Я был ошеломлен, не мог двигаться, не мог думать. Все внезапно изменилось, и я не мог понять, что происходит.

Затем мужчина встал и высоко поднял ноги Мелани, чтобы облегчить проникновение.

«Нет, этого не может быть», — подумал я, узнав фигуру Фрэнка Кэлхуна. Я услышал ее стон, когда он скользнул в нее. Затем она начала скандировать в такт толчкам:

— О боже… о да… да… о боже!..

Я отшатнулся от двери, как будто меня ударили кулаком. Это было невыносимо. Первым моим порывом было ворваться в комнату и наброситься на него.

«Но что в этом хорошего?» — в отчаянии спросил я себя. — «Она уже изменила мне, драка с ним этого не изменит. Кроме того, даже если я попаду с первого удара, он намного больше меня, и все равно сможет меня избить до полусмерти. Но я не хочу, чтобы он этого избежал.

Стоя там, я внезапно вспомнил, что в машине ждет Пенни. «Вот дерьмо, мне нужно сначала отвезти ее домой, а потом я смогу вернуться сюда, чтобы встретиться с ними лицом к лицу», — подумал я.

Я обнаружил, что иду обратно по коридору в оцепенении и выхожу из дома. Мне казалось, что в любую секунду меня может вырвать. Я поднял глаза и увидел, что на меня через окно машины смотрит Пенни. Через мгновение я забрался на водительское сиденье и завел двигатель.

Не знаю, как я выглядел, но, видимо, не слишком хорошо.

— С тобой все в порядке, Майкл? — с тревогой спросила Пенни, глядя на меня. Я не мог говорить. Я вцепился в руль так крепко, как только мог, направляя машину к дому Пенни. Когда остановился, я поставил машину на парковку и сказал, не глядя на нее:

— Прости, Пенни, но я не смогу сегодня играть с тобой.

— Что случилось, Майкл, что случилось? — спросила она с растущим беспокойством.

Когда я не ответил, она потянулась и выключила зажигание, затем вынула ключи и взяла с собой, выходя и подходя к моей двери. Я повернулся к ней.

— Мне надо ехать, Пенни. Пожалуйста, верни мне ключи.

— Нет, — твердо сказала она, — пока ты не расскажешь мне, что случилось.

Когда я ничего не сказал, она открыла дверцу машины и потянула меня за руку.

— Ты никуда не пойдешь, пока не войдешь внутрь и не расскажешь мне, что происходит.

Я как робот вышел из машины и позволил ей отвести меня к себе домой. Она на секунду исчезла и вернулась со стаканом ледяной воды. Я автоматически пригубил его, в то время как она смотрела на меня. Когда я поставил стакан, она взяла меня за руку и сжала в своей.

— Скажи мне, Майкл. Что там произошло?

Внезапно все мое сопротивление исчезло, и я откинулся на спинку ее дивана. Я попытался заговорить, но мое горло внезапно снова сжалось, поэтому я сделал еще глоток воды.

— Это

были Мелани с Фрэнком, — сказал я напряженным тоном.

Она непонимающе посмотрела на меня.

— Ну же, — сказала она.

— Они были там вместе, в нашей спальне. Они были… — мой голос затих.

Она ахнула.

— Нет! Этого не может быть. Мелани никогда бы этого не сделала!

Образ их двоих вернулся ко мне с полной силой, и я почувствовал, как по моему лицу стекла слеза.

— Я тоже так думал, — прохрипел я, когда боль в горле усилилась.

— Не могло ли это быть что-то еще, Майкл? Ты не мог ошибиться? — спросила она.

Я знал, что она пытается помочь, но это не удержало меня от злости.

— Когда я заглянул внутрь, она лежала на спине, а Фрэнк облизывал ее киску. Когда я уходил, он закинул ее пятки на плечи и накачивал ее своим членом. Так ты говоришь мне, Пенни, что я ошибся?

Она вздрогнула от моего гневного сарказма.

— Мне очень жаль, Майкл. Я не сомневалась в тебе, просто надеялась, что тут может быть какое-то другое объяснение.

Меня пронзило от еще больше боли.

— И из всех людей — с Фрэнком Кэлхуном! — сердито сказал я. — Как она могла позволить этому большому бабуину приблизиться к себе?

— Думаю, это объясняет, почему Фрэнк начал брать у Мелани уроки пилатеса, — вслух размышляла Пенни.

— Он брал у нее уроки? — крикнул я. — Она никогда не говорила мне об этом.

Моя злость все еще истекала из меня.

— Большое спасибо за предупреждение, — горько сказал я.

Теперь было больно Пенни.

— Это нечестно, Майкл. Я понятия не имела, что между ними двумя что-то происходит.

— Прости, Пенни, — сказал я, — я не хотел тебя обидеть. Просто сейчас я довольно груб.

Она сжала мою руку.

— Все в порядке, Майкл. Я могу лишь представить, как ты себя чувствуешь.

Я встал.

— Я должен идти, — сказал я ей. — Я должен вернуться туда и узнать, что происходит на самом деле.

— Ты ведь не будешь делать ничего сгоряча, Майкл?

— Нет, мне просто нужно получить ответы.

Она сжала мою руку.

— Пожалуйста, дай мне знать, что происходит, Майкл. И дай мне знать, если я могу чем-то помочь.

Я поблагодарил ее и вернулся к своей машине. Возвращаясь к себе домой, я боялся того, что надвигается. Я обдумывал все вопросы, которые хотел ей задать, и пытался предугадать ее возможную реакцию. Я ожидал слез, отрицаний и гневных слов. Как мне ответить на них? И что насчет Фрэнка? Что, если он все еще там? Я чувствовал, как адреналин накачивается в моем организме.

***

Когда я вошел через дверь кухни, Мелани, должно быть, услышала меня, потому что вышла мне навстречу. На ней был халат; ее волосы были завернуты в полотенце.

— Ты рано вернулся, — весело сказала она. — Как прошел матч?

— Там все залито дождем, — сказал я отрывистым голосом.

— Ой, мне жаль, что тебе не удалось сыграть, — сказала она. — Держу пари, Пенни была разочарована.

Я просто смотрел на нее. Я не хотел вести бессодержательный разговор.

— Мне позвонили по поводу дождя сразу после того, как мы уехали, — тихо сказал я.

Она моргнула, но выражение ее лица не изменилось.

— Я вернулся в дом, — сказал я ей, и мое сердцебиение учащалось, — и увидел тебя вместе с Фрэнком.

Из множества сценариев, которые я придумал, реакция Мелани оказалась самой непредсказуемой.

— Мне жаль, что тебе довелось это увидеть, — спокойно сказала она.

— Это все, что ты хочешь сказать? — недоверчиво спросил я. — Ты изменяешь мне и сожалеешь лишь о том, что я был свидетелем этого? Разве ты не собираешься даже сказать, что сожалеешь о том, что трахнула его? Как долго это продолжается? У тебя нет никаких объяснений?

Она скрестила руки на груди и вздохнула.

— Сядь, Майкл, — сказала она, указывая на стол в столовой.

— Я предпочитаю постоять, — сердито сказал я.

— Как хочешь, — сказала она и села на стул. Я стоял, ошеломленный полным отсутствием ее реакции.

— Послушай, Майкл, мы все равно скоро собирались сказать тебе, но думаю, это лишь немного ускорит график. Я ухожу от тебя. Мы с Фрэнком любим друг друга, и я собираюсь переехать к нему. Мы поженимся, как только развод станет окончательным.

Я решил сесть. Я не хотел рисковать упасть.

Прежде чем я смог придумать, что сказать, она вскочила и сказала:

— Подожди здесь, — после чего исчезла обратно в нашей спальне. Через несколько мгновений она вернулась, сжимая в руке пачку бумаг. Она протянула их мне через стол.

— Это не должно быть для тебя чересчур плохо, — сказала она. — Я даже не хочу от тебя никаких алиментов. Я сняла все деньги с нашего сберегательного счета, но это справедливо, поскольку оставляю тебе дом. Это предложение намного лучше, чем ты получишь, если мы пойдем в суд, но я согласна с ним, если ты подпишешь бумаги и позволишь нам всем жить своей жизнью.

Я посмотрел на пачку бумаг: это было прошение о разводе.

— Ты уже была у адвоката? — удивился я. — А как насчет нашего брака? Что случилось с последними десятью годами, которые мы провели вместе?

— Мне очень жаль, Майкл. Это не было тем, что я планировала, это просто так случилось. Просто прими это как данность.

— Принять это?! — закричал я. — Согласиться с тем, что моя любящая жена трахает этого засранца Фрэнка Кэлхуна в нашей собственной постели?! Согласиться с тем, что наш брак окончился именно так?!

Она встала.

— Я разочарована, Майкл. Я надеялась на более зрелую реакцию от тебя. — Она повернулась и пошла обратно в спальню.

Я сидел за столом, глядя на лежащее передо мной прошение о разводе и пытаясь понять, что происходит. Если бы кто-нибудь в то утро спросил меня, я бы сказал им, что люблю свою жену, и что у нас крепкий брак. Сегодня днем я узнаю, что она бросает меня ради другого мужчины. Прямо когнитивный диссонанс!

В тишине я слышал гудки мобильного телефона, а затем обрывки разговора:

— Он нас видел… Примерно так, как ты и ожидал… Это было бы хорошо.

Вернувшись, то была полностью одета и несла ночную сумку и набор для макияжа.

— Теперь, когда ты поставил вопрос ребром, я не собираюсь оставаться здесь на ночь. За мной приедет Фрэнк. Мы вернемся в понедельник, когда ты будешь на работе, и заберем остальные мои вещи.

— Так ты уходишь, вот так?

— Так и должно быть, — сказала она.

— Хорошо, — с горечью сказал я. — А что мне говорить нашим друзьям?

Она вздохнула.

— Послушай, Майкл, мы с Фрэнком не сделали ничего плохого, и не собираемся прятаться как преступники. Мы собираемся и дальше вести активную социальную жизнь. На самом деле, мы, вероятно, завтра же вечером пойдем на прием в Эден Пойнт. Тебе не придется никому ничего объяснять, потому что они все равно об этом узнают.

В этот момент снаружи раздался звуковой сигнал. Мелани выглянула в окно.

— Приехал Фрэнк, — сказала она. — Я ухожу.

Закрывая дверь, она оглянулась и посмотрела на меня.

— Просто подпиши бумаги, Майкл. Чем раньше ты это сделаешь, тем лучше будет для всех нас. — После этого она ушла.

Не знаю, как долго я просидел. Эмоции пролетали во мне, как вагоны проносящегося мимо поезда. В одну минуту я кипел от гнева, а в следующую вспоминал счастливые времена и был полон печали. Я говорил себе, что обращался с ней как с королевой, потом думал, что я сделал такого, что она ушла?

— Без нее мне лучше, — повторял я, пока меня не охватило одиночество.

Звонок моего мобильного телефона поразил меня, и я быстро ответил. Подсознательно, думаю, я надеялся услышать голос Мелани, но это была Пенни.

— Как дела, Майкл? — спросила она.

— Не очень хорошо, — ответил я. — Она ушла от меня.

— Я слышала, — сказала она.

— Ты слышала? — удивился я. — Где… как?

— Мне очень жаль, Майкл, — грустно сказала она, — Фрэнк хвастался этим в клубе.

«Вот дерьмо», — подумал я. — «Это уже началось».

***

В воскресенье я позвонил капитану нашей мужской сборной. Я ни за что не собирался приходить туда.

— Прости, Джо, — сказал я ему, — сегодня тебе придется вычеркнуть меня из состава. У меня некоторые личные проблемы, с которыми требуется разобраться.

— Да, я слышал, — сочувственно сказал он. — Мне жаль. Удачи, приятель.

Я поблагодарил его, но знал, что все, чего мне следует ожидать, — это еще больших неудач.

Я провел целый день, не выходя из дома. Думаю, я прятался, хотя мне было больно признавать это. По телевизору шли спортивные передачи, но я не обращал внимания. Мои мысли все время возвращались к моему браку с Мелани. Где все пошло не так? В какой момент она меня разлюбила?

Я был уверен, что она любила меня, когда вышла замуж сразу после колледжа. Мы стабильно были вместе на протяжении всего последнего года обучения; Я предложил ей выйти за меня замуж во время рождественских каникул. Она специализировалась в области здравоохранения и физического воспитания, и всякий раз, когда мои братья по студенческому сообществу видели ее в спортивной одежде, это было мне неприятно. У нее было то сочетание неотразимости, подтянутости и сексуальности, перед чем невозможно устоять; Я бросил попытки в ту же минуту, как встретил ее.

Мы легко вошли в семейную жизнь. Я получил отличную работу в Атланте, а она нашла работу инструктором в классе аэробики. Через несколько лет мы накопили достаточно денег для первоначального взноса за дом и нашли именно то, что искали, в совершенно новом комплексе под названием Эден Пойнт.

Я думал, что мы были действительно счастливы здесь, в Эден Пойнте. Я получил несколько повышений в своей компании, а Мелани решила вести самостоятельный бизнес. К тому времени у нас было достаточно денег, чтобы арендовать место для ее студии в одном из небольших торговых центров в этом районе, и ее бизнес шел очень хорошо. Наш сберегательный счет рос, у нас появилось множество друзей и знакомых, особенно в Эден Пойнт, и мы даже заговорили о том, чтобы через год или два завести детей.

Наша сексуальная жизнь немного успокоилась, но меня это не удивило. Я был занят работой, а ежедневное обучение пилатесу утомит любого. Вспомнив об этом, я начал понимать, что за последние шесть месяцев все действительно сбавило темп, хотя в то время я этого не замечал. Также я вспомнил, что Мелани временами казалась немного отвлеченной, как будто находилась в другом мире. Но когда мы занимались любовью, это было для меня как никогда хорошо, и я думал, что Мелани чувствовала то же самое. Очевидно, я ошибался.

Я мысленно пнул себя. Как я мог быть настолько слепым, чтобы не осознавать, что она связалась с кем-то другим? Как я мог не понять, что она разлюбила меня и влюбилась в Фрэнка Кэлхуна? Единственное, что я мог понять, это то, что когда вы любите кого-то и доверяете ему, вы не ищете признаков предательства и обмана.

«Нет», — сардонически подумал я, — «тебе просто нужно подождать, пока тебе дадут подзатыльник».

***

В понедельник я пошел на работу рано, чтобы прийти перед началом. Около девяти часов я позвонил в офис своего адвоката, чтобы договориться о встрече. Когда секретарь спросила о цели встречи, я не хотел углубляться в тему о нас с Мелани, поэтому сказал ей, что мне нужно внести некоторые изменения в свое завещание. Когда она вернулась на линию, то сказала мне, что я могу прийти сразу после обеда.

Когда я добрался до адвокатского бюро, меня в холле встретил Джонатан. Он был нашим одноклассником еще в студенческие годы, и когда мы с Мелани решили составить завещания, я пошел к нему.

После того как мы сели в его офисе, он с беспокойством посмотрел на меня.

— Все в порядке, Майкл? Я так понимаю, что тебе нужно изменить свое завещание. Уж не болен ли кто-нибудь из вас с Мелани?

— Спасибо за беспокойство, Джонатан, но все не так уж плохо, — сказал я ему. Затем я передал ему бумаги, которые Мелани дала мне в субботу. Читая их, он цокал языком про себя. Закончив, он посмотрел на меня.

— Мне очень жаль узнать об этом, Майкл. Как ты думаешь, нет ли шанса на примирение?

— Я так не думаю. Она уже выехала из нашего дома и переехала к своему парню. Она сказала, что они планируют пожениться, как только наш развод станет окончательным.

Он покачал головой.

— Я никогда такого не ожидал. Вы двое казались идеальной парой.

Затем выражение его лица изменилось, и его голос приобрел профессиональный тон.

— Учитывая эти обстоятельства, я советую тебе, как твой юридический советник, немедленно подписать это соглашение.

— Просто так вот стереть десять лет брака? — с горечью сказал я.

Он терпеливо покачал головой.

— В таких вопросах, Майкл, ты должен перестать думать сердцем и начать думать головой. Я считаю, что Мелани сделала тебе очень щедрое предложение, намного лучше, чем ты бы получил, если бы решил бороться против него. Частью ее мотивации может быть чувство вины, но я готов поспорить, что основная причина — дать тебе стимул для быстрого согласия, чтобы она смогла выйти замуж за своего нового мужчину. Хотя при этом может показаться, что ты сейчас ей уступаешь, правда в том, что если ваш брак распадется, это — лучшее, на что ты можешь надеяться.

Я знал, что он прав. Черт, после того что она сделала, я все равно не хотел оставаться с ней в браке. И все же казалось, что они с Фрэнком обыграли меня в игре, в которой я даже не подозревал, что играю.

Тон Джонатана снова стал сочувствующим.

— Послушай, Майкл, я знаю адвоката, которого наняла Мелани. Если ты подпишешь, мы сможем очень быстро подать это соглашение об урегулировании претензий в суд. Это хорошо закрепит то, что она предлагает. Затем, если она решит, что сделала ошибку и захочет вернуться — и если ты будешь готов забрать ее обратно — у тебя будет еще тридцать дней, чтобы отказаться от развода.

Я знал, что этого не произойдет.

— Можно одолжить твою ручку? — спросил я.

***

Вернувшись в офис, я направился прямо в отдел кадров. Мне нужно было внести множество изменений в свою медицинскую страховку, свой план пенсионного накопления и множество других льгот, которые касались супругов. Помогавший мне клерк, должно быть, часто это делал, потому что смог заполнить все необходимые мне формы в короткие сроки. Подписывая их, я взглянул на него и увидел, что он смотрит на меня. «Думаю, теперь мне не потребуется делать объявление в офисе», — иронично подумал я.

По дороге домой в тот вечер я остановился в соседнем ресторане и взял с собой ужин. Вернувшись домой, я обнаружил, что днем там была Мелани и собрала все, что хотела. Конечно, исчезла вся ее косметика, но я был удивлен, обнаружив, что некоторые предметы одежды остались. Однако, когда я более внимательно изучил их, то понял, что это были вещи, которые она больше не носила. «Думаю, мне удастся оттащить их в Гудвилл», — мрачно подумал я.

Дальнейшее расследование показало, что спальня была не единственным местом, на которое она совершила налет. Пропал наш хороший фарфор вместе с большинством предметов сервировки, которые мы получили в качестве свадебных подарков. Также была увезена из кухни, я заметил, кое-какая утварь и наш набор хороших разделочных ножей. Не хватало нескольких предметов мебели, а когда я вошел в комнату, то увидел, что большая часть нашей коллекции CD и DVD тоже пропала. Осматривая наши вещи, я заметил, что она оставила нетронутым наш свадебный альбом. Почему-то это меня угнетало больше, чем все то, что она взяла с собой. Как будто она хотела стереть все воспоминания о жизни со мной.

Я вернулся на кухню и спрятал в холодильник купленную еду. После обнаружения ее вторжения у меня не осталось аппетита. Я сделал себе мысленную заметку, чтобы поменять замки. «Черт возьми, как можно за три дня пройти от счастливого брака к одинокому разведенному мужчине?» — спросил я себя. Все это казалось чертовски несправедливым.

***

Следующую неделю я провел в виртуальной изоляции, каждый день рано приходил на работу и поздно уходил. В противном случае я оставался бы в доме один. Унижение от того, что Фрэнк Кэлхун украл мою жену, было мучительным, а тот факт, что я ничего не мог с этим поделать, был почти невыносимым.

Признаюсь, у меня возникали фантазии о нападениях с бейсбольной битой или кастетом, иногда мне снились наемные убийцы и бомбы в машинах. Но потом я вернулся в реальный мир. Неужели я действительно собираюсь разрушить свою жизнь, только для того чтобы отомстить подлецу, гоняющемуся за юбками, и жене, которая не может держать свои ноги сдвинутыми?

К пятнице я решил, что пора выходить из кокона. Я не сделал ничего плохого, и у меня не было причин прятаться. Я позвонил Пенни.

— Эй, напарница, у нас не запланирован на эти выходные теннисный матч? — спросил я, пытаясь показаться оптимистичным и позитивным.

— О, Майкл, я так рада слышать тебя, — быстро сказала она. — Я много раз думала о том, чтобы позвонить тебе, но решила, может, ты какое-то время предпочитаешь побыть наедине.

— Спасибо, Пенни, — ответил я, смягчая свой тон. — Это была тяжелая неделя.

Я продолжил рассказывать ей все, что произошло; затем спросил, что происходит в Эден Пойнт, что я пропустил. Несколько секунд она говорила уклончиво и расплывчато, прежде чем признать, что наша ситуация стала предметом разговоров в секции.

— Можно подумать, что у них для обсуждения нет ничего получше, — резко сказал я.

— Может и есть, — допустила Пенни, — но Фрэнк и Мелани не облегчают задачу. С прошлой субботы они каждый вечер общались в клубе. Фрэнк почти открыто хвастается тем, что победил лучший человек, а Мелани висит на нем, как влюбленная школьница.

Я слышал в ее голосе гнев.

— Это просто противно, Майкл. Я сразу бросила ее курс пилатеса и сказала, что больше не могу быть ее подругой, — сказала она. Ее преданность заставила меня почувствовать себя немного лучше.

— А что насчет других, Пенни? Что они говорят? — спросил я.

— Я думаю, это то, чего ты ожидаешь, Майкл. Есть некоторые, кто очень недоволен Фрэнком и Мелани, и они стараются как можно больше избегать влюбленных. Еще есть группа, которая всегда тусуется с Фрэнком. написано для bеstwеаpоn.ru Они все превозносят его мастерство, если ты понимаешь, о чем я. Но для большинства людей это — просто печальная, неловкая ситуация, и они стараются держаться подальше от нее, насколько это возможно.

Умом я понимал, что так и будет, но часть меня хотела, чтобы сообщество смолило и перетерло Фрэнка и Мелани и увезло их из города на поезде. Но я был полон решимости не позволять разочарованию сдерживать меня.

— Как бы то ни было, я не собираюсь проводить остаток своей жизни в бегах, — сказал я Пенни. — У нас на субботу запланирована игра, и если вы не против, я собираюсь выйти на корт со своей партнершей, — сказал я ей.

— Я рада, Майкл, — горячо сказала она мне, — ты можешь на меня рассчитывать.

***

Я специально приехал на теннисные корты с небольшим опозданием, чтобы не разговаривать на темы, которые не хотел обсуждать. Это помогло мало: когда я подошел к теннисному павильону, я почувствовал на себе взгляды соседей и товарищей по команде. Я мог понять их любопытство, но все равно терпеть не мог это чувство.

Увидев меня, ко мне подбежала капитан нашей команды смешанных пар.

— Майкл, мне очень жаль. Вторая команда в последнюю секунду изменила свой состав, и некоторые матчи уже начались, поэтому я не могу ничего изменить. Если не захочешь играть, я пойму.

— О чем ты говоришь, Мэри? — спросил я. — Я не понимаю.

— Это Фрэнк, — сказала она. — Вы с Пенни должны играть против Фрэнка и его партнерши.

«Вот дерьмо», — подумал я. — «Это последнее, чего я хотел».

В этот момент подошла Пенни, и когда поняла, что происходит, ее лицо побледнело. Она отвела меня в сторону и прошептала:

— Мы не обязаны этого делать, Майкл. В этом нет ничего страшного: нас просто запишут поражение, а на следующей неделе мы сыграем с кем-нибудь еще.

— Нет! — сказал я так громко, что Пенни подпрыгнула. — Я не собираюсь прятаться от этого ублюдка до конца своей жизни. Мне придется столкнуться с ним лицом к лицу, и это может начаться прямо сейчас.

Пенни обеспокоенно посмотрела на меня, но я снова повернулся к Мэри.

— Все в порядке, — сказал я ей. — Мы с Пенни будем играть.

Это была бойня. Я играл хуже, чем когда-либо, и мои очевидные эмоции затронули и Пенни. Фрэнк, напротив, действительно был весь в игре, и его мощные, грохочущие удары по земле обжигали сетку, как выстрелы из РПГ. Что еще хуже, он постоянно дразнил меня на протяжении всего матча.

— Давай же, Майкл, ты же можешь ударить сильнее, — крикнул он после того, как я произвел слабый удар, в результате чего он забил мяч нам. В другой раз он крикнул:

— Даже твоя жена может бить сильнее. Ой, подожди, виноват, у тебя же нет жены. — Я просто злился.

Чтобы добавить оскорбления к травме, наше маленькое состязание собрало толпу, и я поднял глаза и увидел Мелани, стоящую у забора. К ее чести, она вздрагивала от некоторых комментариев Фрэнка, но ни разу не посмотрела в мою сторону.

В какой-то момент я провел слабую вторую подачу через сетку, и Фрэнк послал ее прямо в Пенни. Мяч отскочил от ее плеча и чуть не сбил ее с ног. Я бросился к сетке с занесенной ракеткой, готовый обезглавить ублюдка, но Пенни схватила меня за руку и умоляла не перелетать через сетку к нему.

— Это было справедливо, — сказала она. — Я в порядке, я не пострадала. Это — просто часть игры.

Я смотрел на него со злобой в глазах, в то время как он делал вид, что завязывает шнурки. Наконец, я вернулся на свою позицию в гневном разочаровании.

Итоговый счет был 6:2, 6:1— унизительное поражение. Стиснув зубы, я подошел к сетке, чтобы пожать руку соперникам. Партнерша Фрэнка казалась смущенной его демонстрацией и извинилась передо мной, пожимая мне руку. Фрэнк, однако, просто подошел к нам и, не потрудившись протянуть руку, сказал:

— Все было очень весело. Давайте сделаем это еще разок, когда в следующий раз вам захочется быть побитыми. — Затем он многозначительно повернулся, подошел к Мелани и крепко поцеловал ее через забор высотой по пояс.

Не знаю, что увидела в моем лице Пенни, но она схватила меня за руку и вытащила с корта.

— Он пытается тебя спровоцировать, Майкл. Он хочет, чтобы ты начал с ним драку. Не бери это близко к сердцу. Пожалуйста, ради меня.

Я сел на трибуну, и кто-то протянул мне чашку ледяной воды. Я сделал несколько глотков, а затем вылил остаток на голову. Я не мог себя чувствовать хуже, чем в тот день. Я извинился перед Пенни за такую неудачную игру, и хотя она возражала, я сел в машину и уехал домой.

Бросив одежду в корзину, я затащил себя в душ и в течение получаса позволял воде каскадом стекать с себя. Когда вода, наконец, остыла, я вылез, вытерся и плюхнулся на кровать, злой и раздраженный.

Я знал, почему проиграл: я позволил Фрэнку добраться до меня. От этого знания мне стало только хуже. Он добрался до меня, и также он добрался до Мелани, хотя, очевидно, другим способом. Тем не менее, результат был тем же: превратить проигравшего, такого как Фрэнк, в крупного победителя. Я поклялся себе, что не собираюсь больше терпеть оскорбления от Фрэнка или Мелани. Я собирался найти способ перехватить инициативу против них обоих. Теперь все, что мне нужно было сделать, это придумать способ как этого добиться.

***

Я лег на кровать и подумал о том, что говорил мне мой старый тренер по теннису:

— Играй на слабостях своего соперника. — Теоретически это звучало хорошо, но как я могу применить это в данной ситуации?

Я себя знаю. Когда я начинаю работать над проблемой, мой мозг продолжает атаковать ее, даже когда мое сознание переключается на другие задачи. На самом деле я часто обнаруживал, что если я не буду некоторое время думать о проблеме, то когда я вернусь к ней, решение будет на виду. Так и произошло в данном случае. Некоторое время я размышлял над задачей, а затем отложил ее, чтобы провести большую часть воскресенья, выполняя работу во дворе, которой я до этого пренебрегал. К той ночи я настолько устал, что заснуть не было проблемой.

Когда на следующий день я пришел на работу, то понял, что у меня есть возможное решение. «Вероятно, это будет дорого», — подумал я про себя, — «но если сработает, оно того стоит».

Примерно в середине утра я позвонил одному из наших лучших продавцов.

— Привет, Джерри, — сказал я, подойдя к нему, — есть ли шанс сегодня пообедать с тобой? Я угощаю.

— Конечно, Майкл, особенно если угощаешь ты.

Мы встретились в гриль-баре, который, я знаю, немного захудалый, но там — отличная еда. После того как мы сделали заказ, Джерри посмотрел на меня.

— Привет, Майкл, мне было очень жаль услышать о тебе и Мелани. Я думал, что у вас, ребята, все шло как по маслу.

— Да, я тоже, Джерри, я тоже. Но на самом деле, именно поэтому я и хотел с тобой поговорить.

— Конечно, Майкл, буду рад помочь, чем смогу.

— Хорошо, Джерри, вот мой вопрос: когда ты развлекаешь своих лучших клиентов, тебе когда-нибудь приходилось пользоваться услугами эскорта?

Он странно посмотрел на меня.

— Нет, Майкл, исключено. Это противоречит политике компании, и я бы никогда этого не сделал.

Я наклонился к нему через стол.

— Джерри, это — не проблема компании, и мы здесь не по делам. Это — строго личное, если ты понимаешь, о чем я.

Он несколько секунд смотрел на меня, а затем в его глазах загорелся огонек.

— О, я понял, — сказал он. — Думаю, для тебя это был долгий период на мели из-за того, имея жену, ты надолго выбыл из игры в свидания и все такое.

Он остановился, а затем наклонился ко мне.

— Конечно, я знаю одну из лучших служб в городе. Но послушай, Майкл, они обслуживают только самых крупных клиентов, понимаешь? Их девушки невероятны, но я думаю, что они могут оказаться далеко за пределами твоего ценового диапазона.

Я улыбнулся ему.

— Позволь мне побеспокоиться об этом. Просто скажи, как с ними связаться и чего ожидать.

И он сделал именно это за гамбургерами и пивом…