Лара Крофт и Юла безвременья

Лара Крофт и Юла безвременья

«Есть, есть еще места на планете, куда дух глобализации и толерантности не проник!», — думала Лара, в потемках приближаясь к громаде замка, чернеющего на фоне ярких звезд и Луны. Она с детства грезила тайнами, с подростковым энтузиазмом копаясь рядом с отцом на раскопках, хотя и мечтала о чем-то гораздо более «приключенческом». И вот случай представился – в городской библиотеке нашелся старинный свиток с описанием замка в Румынии, где можно добыть «Юлу безвременья». Что это такое не объяснялось, но звучало очень романтично. В свитке упоминались и все таинственно-ужасающие подробности: якобы в замок могут проникнуть только женщины и только в обнаженном виде; якобы мужчины и одетые женщины приносятся «стригоями» в жертву «Бабе Докие»; якобы неодетых женщин тоже поджидают многочисленные опасности и ни одной не удалось их преодолеть. Тогда Лара пошарилась в интернете и решила, что, как обычно, все страшилки про мистических существ — сказки. Зато в сети не было никаких упоминаний о Юле безвременья, а координаты замка оказались в центре заповедной территории, куда не допускались ни туристы, ни даже местные жители. Совпадение? Лара так не думала. Наверняка, артефакт еще в замке! В любом случае, если в действительности всё не так, как на самом деле, то это все равно станет ее первым настоящим приключением. Ведь вполне вероятно, что колоритная личность графа Дракулы заслонила остальные необъяснимые события и явления в Трансильвании. Вдруг она будет первой за много столетий, кто отправится в замок, не имеющий отношения к Владу Цепешу?.. И стопудово проведет время на каникулах гораздо интереснее, чем поехав домой или согласившись на романтическое путешествие: студенты ее элитного колледжа – несколько шт., преподаватели – 2 шт., знакомые байкеры – 3 шт., друг отца – 1 шт. и хозяин местного ресторана – 1 шт. звали провести лето перед последним курсом на море.

Смущало в предстоящем приключении только одно – к этому времени Лара превратилась в ослепительно красивую девушку с длинными ногами, округлой женственной попой и большой, но высокой и упругой грудью. И хороша же она будет, если в замке обитают добропорядочные хозяева, а она явится перед ними в голом виде! Вот будет позор-то! А если не очень добропорядочные? Не сотворили бы с ней чего нехорошего, клюнув на суперсексуальную внешность и провокационную обнаженность…

Лара отсчитала третий каменный блок от угловой башни, второй от уровня земли и нажала, уперевшись в него обеими руками, а пятками — в каменную осыпь перед рвом. Сердце тут же полетело вскачь: камень с натугой сдвинулся, и в стене начала открываться узкая щель. Правда! В свитке была изложена полная правда! Честно говоря, Лара не верила, что вот так просто подтвердятся сведения, изложенные в старинном документе, по крайней мере по отношению к проникновению в замок. У нее с собой был и арбалет, чтобы выстрелить кошкой с канатом – можно преодолеть стену, поднявшись по нему, и отмычки – можно было попробовать взломать замок калитки (ведь в больших воротах должна быть калитка!), и даже небольшой газовый резак – мог бы пригодиться для железной решетки. Однако, ничего этого не понадобилось!!!

Лара торопливо разделась догола и протиснулась боком в проход, к счастью пропустивший ее объемную грудь и роскошную попку. Но все равно соски иногда задевали шероховатые стены, заставляя тихонько шипеть, причем не от боли или дискомфорта, а от определенного возбуждения. Многие девушки начинают течь при вроде бы неприемлемых для этого условиях: например, от дикой скорости на шоссе… Или при покорении высокого пика или проникнув ночью на кладбище… Лара начала течь при приближении к тайне.

К сожалению, одним из условий проникновения, изложенных в свитке, было то, что с собой нельзя ничего брать, поэтому девушке пришлось пробираться впотьмах, с трудом разбирая дорогу. Впрочем, количество шагов и направления поворотов она выучила так хорошо, что через пять минут с колотящимся сердцем стояла в каменной кишке коридора перед солидной дверью. Света луны и звезд, льющегося в ряд бойниц, хватало, чтобы оценить ее монументальную неподъемность…

Однако, едва Лара, пару раз глубоко выдохнув, толкнула дверь, как она очень легко и бесшумно скользнула вбок, и перед девушкой открылась обширная комната. Стало немного боязно. Такое впечатление, что из этого помещения, словно вырезанного из средневековья, только что вышел ученый-алхимик: горели открытым пламенем светильники; на потемневшем от времени письменном столе находились аутентичная чернильница с гусиным пером и раскрытая старинная книга; стены были украшены барельефами в виде звезд или, скорее, пентаграммам; а в центре на восточном ковре стоял небольшой, но основательный шестиугольный столик… А на нем… На нем присутствовала та самая Юла безвременья!!! Ничем другим эта непонятная штука просто не могла быть!

Лара быстро пересекла половину комнаты и ухватила Юлу. Неужели все так просто? Сильнейшее разочарование охватило девушку. Всего-то прогуляться в голом виде по темному замку, забрав из пустой комнаты странный артефакт… Ну, какая в этом может быть романтика?..

И тут вдруг за спиной хлопнула дверь. Лара взвизгнула и подпрыгнула, одновременно разворачиваясь, чтобы увидеть, как с громким стуком падает тяжеленный брус засова. Поднять его будет непросто! Девушка опять повернулась (может есть еще одна дверь?) и снова завизжала: к ней приближалась массивная, но не лишенная какого-то хищного изящества, фигура.

Откуда она взялась? Пряталась в дальнем углу, куда не доставал свет светильников? Выскочила из потайной двери? Или соткалась из темноты??? Впрочем, разгадывать эту загадку Лара не спешила, развернувшись, чтобы все же попытать счастья с тяжелым брусом. А изображение обитателя замка буквально отпечаталось на сетчатке глаза. Фигура была явно женская – с сильными бедрами, огромными грудями, но довольно тонкой талией; голова выбрита полосками; лицо, привлекательное хищной красотой; при оскале видны небольшие клыки; татуировки на руках; странный БДСМ-купальник… Но самое главное, внизу этого самого купальника из кольца желтого металла торчал член огромных, ужасающих размеров! Таких не может быть в природе!

Однако образ обитателя (или, все, обитательницы?) замка, как и сомнения в правдоподобности происходящего были лишь фоном – Лара, уронив Юлу на ковер, уже мчалась к двери. Не тут-то было! Словно вихрь сбил ее с ног, и тут же железная рука прижала ее к полу, буквально вмяв грудями в ковер.

— Пожалуйста! Что ты делаешь? – запричитала Лара, чувствуя могучую хватку на шее сзади. – Давай все решим цивилизованно! Кто ты такой… такая?

Хватка не ослабевала, но послышался мелодичный, с небольшим акцентом и с такой же небольшой хрипотцой голос, из тех, что пробирают мужчин до самых печенок (или, вернее, пещеристых тел):

— Англичанка? Хм… Я – потомственная стригоя Михаэла… Я вижу, ты пришла за нашим артефактом. А готова ли ты уплатить компенсацию за попытку воровства?

— Да-да, готова! У меня есть деньги!

— Деньги мне ни к чему! Но ты сказала, что готова компенсировать, не забывай своих слов и, может быть, уйдешь отсюда живой. А теперь непосредственно к компенсации!

С этими словами железная рука вздернула Лару за шею вверх, словно пушинку, а в следующий момент ее бросили на пустой шестиугольный столик. Стригоя прижала девушку с такой силой, что сиськи сплющились о твердое дерево чуть ли не до состояния блинов, но это была меньшая из проблем – почувствовалось, как огромный член ткнулся в половые губки и начал медленно, но уверенно вдавливаться внутрь.

Лара взвизгнула, ощущая полную безнадежность и от этого еще более полное отчаяние – нечего было и думать вывернуться из стальной хватки стригои, кроме того, до дрожи в коленках наспугала угроза смерти, если она будет сопротивляться.

— Пожалуйста! Пожалуйста, не надо! Ты же меня порвешь! – ужасающий член продолжал входить, постепенно растягивая дырочку так, что, казалось, половые губки сейчас вот-вот лопнут от напряжения. – Нет! Я уже не могу терпеть! Достаточно! Ты уже трахнула меня, компенсация выплачена! А-а-а-а!

Слезы брызнули из глаз, т.к. чудовищный член, преодолев наконец, узкий вход, буквально провалился внутрь, и Лара задергалась, заизвивалась от ощущения неимоверной распяленности, поняв, что кажется себе гайкой дюймового диаметра в которую без изысков забили болт диаметром дюйма в три, а то и побольше… В общем-то это примерно так и было, только эластичная «гаечка» покорно растянулась, уступая мощи и напору.

— Лежи спокойно, англичанка, не сопротивляйся!

Ее наконец-то освободили от жесткой хватки, и хотя бы стало возможно свободно вдохнуть воздуха. А вот сопротивляться Лара и не помышляла – после того, как она обессиленно затихла, любое маломальское движение, казалось, приведет к фатальным последствиям… Видимо, похоже чувствовали себя те, кого казнили на колу…

Однако, у Михаэлы было свое мнение по поводу способа казни – она начала двигаться! Лара снова заорала, чувствуя, что внутри проталкивается цельное полено, пусть и нежное снаружи, зато под бархатистой поверхностью ощущалась крепость дерева.

— Нет! Пожалуйста, не надо! – безнадежно простонала девушка, когда сил орать уже не было, и она, не в силах сопротивляться, была вынуждена полностью покориться. – Ты убьешь меня своим членом!

Насильница совершенно не обращала внимания ни на вопли, ни на жалобные стоны, поддавая членом так, что попка ходила ходуном, а сиськи усиленно елозили по столику. Но и этого ей было мало. Она рванула Лару вверх так, что та действительно оказалась сидящей на колу, ощущая, как огромный член упирается в матку, а ноги болтаются в воздухе. Михаэла сжала податливые груди неспособной к отпору жертвы, ошеломленной новым поворотом, и к дикой растянутости влагалища добавились едва не раздавленные сиськи. Во всяком случае, казалось, что они вот-вот брызнут во все стороны под прессом стальных пальцев.

— Пожалуйста, не надо! Прошу тебя! — умоляла Лара, вися на члене уже минуту и размышляя, на какой секунде пытки взорвутся груди или твердый негнущийся кол проткнет легкие.

И стригоя то ли сжалилась, то ли (скорее всего) решила перейти к следующему этапу – вероятнее всего, неподвижность чудовищного члена, на который было нанизано беспомощное тело, ее не устраивала. Михаэла подхватила несопротивляющуюся девушку под колено и, зафиксировав за ее волосы, принялась засаживать здоровенный кол со всего размаха. Лара снова закричала – смена позы совсем не понравилась: уж лучше сидеть на члене, свесив ножки!

— Я не могу больше! Остановись! Перестань! Умоляю! – вопила она, едва не теряя сознание: или от ужаса перед неизбежным — когда гигантский половой орган выходил из нее почти полностью, или от того, что, казалось, она разорвана пополам — когда он стремительно продирался внутри, забитый со всего размаха и до упора несмотря на сопротивление туго натянутого на него влагалища.

И тут вдруг тело потеряло опору в виде стержня внутри, и Лара обессиленно рухнула на колени, со страхом впившись взглядом в мокрый член в нескольких дюймах от носика.

— Ты молодец, англичанка. Не все могут продержаться до этого момента. Англичанки любят быть жестко трахнутыми? Или только англичанки-красотки? А то я слышала, что у вас мало симпатичных женщин…

Во время этого монолога, на который сил возразить не было, стригоя рванула свой «костюм», вскоре представ полностью голой перед испуганной девушкой, на мгновение решившей, что все самое страшное позади… Но Михаэла так не считала, да и по-прежнему эрегированный огромный член, словно виселица, видимая в окошко из камеры смертников, намекал об отсутствии надежды…

— Соси, англичанка! – ткнула стригоя неимоверно разбухшей головкой в приоткрытый рот заполошно хватающей воздух Лары.

— Но я не умею! – заканючила та, не рискуя отодвинуться, и от этого невольно проходясь губами по навершию. – Я никогда еще этого не делала!

— Ничего сложного! Возьми его в ручки и полижи!

— Но тебе не понравится… Вряд ли я смогу сделать тебе приятно… Да и разве это хорошо, когда девушка обслуживает языком член?

Однако сопротивление было сломлено – в противоположность словам Лара, жалобно глядя снизу-вверх на свою мучительницу, принялась лизать уздечку — она опасалась, что если не будет этого делать, то член изо рта вполне может снова переместиться между бедер.

— А ты права, пожалуй, — промурлыкала Михаэла, а затем рыкнула: — Сделаем тогда так.

Лара не сразу отреагировала на изменившиеся интонацию, а потом стало поздно – стригоя вдруг нажала ей на затылок и с натугой втиснула член в глотку, а потом, взрыкнув от избытка ощущений, продолжила заталкивать головку все глубже.

Ларе даже заорать было никак, она только и могла, что стучать Михаэлу по бедру ладошкой. Что, впрочем, никак не повлияло на то, что член проникал все глубже, пока не остановился – дальше хода не было: Лара ощущала носиком и верхней губой голый лобок своей мучительницы, а нижней – твердые, словно камешки, яички.

Все было бесполезно! Стригоя продолжала давить, словно желала и яйца загнать в широко, до хруста, распахнутый рот. И едва не терявшая сознания девушка, уступая напору, чуть не завалилась на спину, и насильнице пришлось сделать шаг вперед, нависнув над телом в полуобморочном состоянии. Похоже падение навзничь остановило только то, что член был настолько глубоко в глотке, что стал как бы удерживающим якорем – голова повисла на ужасающем половом органе. Впрочем, под силой тяготения обессиленная Лара, ощущавшая горлом каждый бугорок, каждую бьющуюся жилку на стволе, заскользила к полу. Только когда во рту осталась лишь головка, Михаэла придержала ее за затылок, чтобы еще несколько раз, подтягивая едва соображающую девушку вверх, вновь насладиться неимоверно глубоким проникновением. В промежутках Лара как могла пыталась отсасывать или хотя бы ласкать то, что было во рту, языком — в надежде, что чудовищный член больше не будет заправлен в горло, доставая до самого сердца – так казалось каждый раз, когда губы касались лобка и яичек… Увы, все эти неумелые, робкие попытки ни к чему не приводили – раз за разом ее глотка растягивалась на толстенном стволе.

Наконец, насильница ее отпустила, и Лара, пребывавшая едва ли не в отключке от недостатка воздуха, больно ударилась затылком. Однако, для нее ничего еще не закончилось – Михаэла тут же уселась на живот и, уложив гигантский половой орган в ложбинку между грудями, сдавила их так, что девушка обречённо вскрикнула.

Впрочем, несмотря на то, что ее грубо размашисто трахали между сисек, и, скорее всего, от такого обращения на нежной коже останутся потертости, Лара могла хоть немного перевести дух. Да, она не могла пошевелиться, полностью подвластная мучительнице – та прижала руки коленями, зато ни горло, ни влагалище не подвергались чудовищным нагрузкам от огромного члена… А сиськи… Что ж, они словно отросли как раз для того, чтобы служить уютным и комфортным прибежищем для данного выдающегося полового органа… Она потерпит, лишь бы снова не…

Лара, пребывавшая в прострации, упустила тот момент, когда изнасилование между грудей прекратилось, ее подхватили под колени, а в нежные, побаливающие половые губки ткнулась словно раскаленная раздутая головка.

Сил сопротивляться совершенно не было, только в мозгу крутились панические мысли: «Что опять? Только самое навершие начало входить в мою бедную дырочку, а мне снова кажется, что проводится казнь посажением на кол!». При этом стригоя не торопилась входить полностью, изуверски играя со своей жертвой — головка растягивала тугой вход, но не пронзала девушку. Потом полностью выходила, потом снова задвигалась относительно неглубоко. Пытка ожиданием полной катастрофичной растянутости была едва ли не хуже непосредственного изнасилования. Впрочем, в следующий момент оказалось, что последнее – слишком сильное преувеличение – стригоя одним слитным и резким ударом пронзила расслабившуюся девушку, заставив бессильно и безнадежно заорать – чудовищный член продрал слишком тесное для него влагалище, уперевшись где-то глубоко-глубоко, по ощущениям – в районе солнечного сплетения.

Дальнейшее Лара воспринимала довольно смутно – стригоя взялась за нее со всей грубостью, со всем напором, со всей дьявольской жестокостью. Оказывается, что до этого были только цветочки! Огромный член забивался в безвольное податливое тело так, что ягодицы подпрыгивали над ковром, а сиськи мотались, едва не отрываясь… Возможно, этого не происходило только потому, что они мягко бились о груди нависающей над ней Михаэлы…

Сознание Лары было полностью угнетено здоровенным половым органом, ходящем в плотном плену чудовищно растянутых стенок влагалища. Может быть, поэтому она не сразу поняла, что кончает… Измученное тело не могло адекватно отреагировать на бурный оргазм, по-прежнему безвольно вздрагивая под мощными ударами стригои, но из полуоткрытых губ сорвались тоненькие вымученные стоны… Однако яркость сладких сокращений была такой, что девушка отключилась…

Когда в мозгу немного прояснилось, она обнаружила себя лежащей на столе на боку. Одна нога – выпрямлена, другая подтянута коленом почти к самой груди. И еще были какие-то неприятные ощущения. Вспомнив, что с ней происходило, Лара ужаснулась самой себе: это надо же – умудриться кончить во время изнасилования гигантским членом! Впрочем, дискомфорт ощущался на вполне физическом уровне, а не только на моральном – анальное отверстие было здорово растянуто чем-то горячим, твердым и мокрым.

Она непонимающе приподняла голову:

— Что за?..

И тут вдруг пришло осознание, какое чудовищное непотребство собирается учинить насильница. Она раньше только слышала, что женщину можно взять таким противоестественным способом — анально, но никогда не думала, что сама может участвовать в подобном извращении!

Лара ощущала себя измочаленной тряпичной куклой, не способной даже на малейшее сопротивление. Тем не менее, она попыталась избавиться от дискомфортной растянутости ануса, едва шевелясь и вздрагивая от ужаса. Увы, стригоя лишь слегка придержала ее за бедро.

— Михаэла, миленькая, пожалуйста не надо! Я буду ублажать тебя как угодно, сколько угодно, но, умоляю, только не так! Пожалуйста, трахай меня, как хочешь, но не туда! — запричитала умоляюще бедная жертва, чувствуя определённую надежду – член распирал попку только навершием…

И вдруг стригоя вскричала… Вскричала, резко послав член вперед. Лара взвыла, чувствуя, что ее анус разорван. В попку словно раскаленный до красна толстый стержень ворвался, это невозможно было терпеть, но деваться некуда, и девушка только и могла, что тихонько подвывать на одной ноте, ощущая, насколько растянута попка на чудовищном стволе.

Но насильнице было этого мало! Она с хищным рыком почти легла на бедро девушки, с усилием проталкивая член все дальше! Из горла вырвался крик – анус болезненно прочувствовал все мало-мальски выпирающие бугорки и вены на стволе.

А потом Михаэла вдруг задергалась, прерывисто заухав, но самое главное — в попку буквально ударил горячий фонтан, ее просто раздирало напором! Лара, вопящая в унисон со стригоей и в такт сокращениям здоровенного члена, ощущала, как внутри нее словно пожарный брандспойт бьется, а сперма, несмотря на чудовищно натянутый на член анус, выплескивается наружу…

Оргазм насильницы был просто бесконечным, а в конце она, порыкивая от наслаждения, достала все еще сокращающийся член из многострадальной попки и буквально окатила сочными терпкими струями правую сторону Лары — от бедра, через упругий шар груди — до нежной щечки…

Девушка только и могла, что изможденно прикрыть глаза, сжав кулачки – реагировать на то, что терпкая пахучая жидкость течет по лицу, устремляется от соска вниз по упругому холму, скользит по бедру, совершенно не было сил. Болело горло, болело уделанное влагалище, болела попка, казалось, до сих пор сохраняющая диаметр изнасиловавшего ее ствола… И спасительная темнота упала на сознание…

Когда Лара пришла в себя, сперма заползла в рот, капала густыми каплями с одной груди на другую, а из попки сзади натекла нехилая такая лужица – под бедром влажно хлюпало… Девушка со стоном приподнялась на локте. Мучительницы в зале не было, мирно горели светильники… Юла безвременья находилась на своем законном месте, а дверь – приоткрыта (словно намекая: «Пора и честь знать»). Все было точно так же, как и тогда, когда она проникла в эту проклятую комнату… Ага-ага, если только исключить першившее горло, саднящее влагалище, невообразимо распаханную попку и слегка холодящую подсыхающую сперму по всему телу!

Несколько секунд посверлив глазами Юлу, Лара отвела взгляд и, покряхивая, сползла со стола, а затем враскоряку направилась к выходу, старательно гоня от себя мысль схватить артефакт – второго такого изнасилования она не перенесет! «Никогда! Никогда больше я не позволю себя насиловать! — поклялась она себе, и скривила губы в саркастической гримасе: — Хотя не отнять того, что романтики хлебнула… Полной попой!». Клянясь себе, Лара еще не знала, что ей придется не раз покупать жизнь или свободу, зарабатывать артефакты или получать доступ к тайнам, вынужденно расплачиваясь всеми своими дырочками… И даже совсем скоро, но это уже другая история.

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *